люди идут за ним, что его боготворят во дворце и городе, никто не любит Серых, но все любят Генерала. Генерал Лю — народный герой и сейчас, глядя на него — она уже не может сказать, что не верит всем этим легендам про него. Победил войско в сто раз превосходящее его армию по численности? Запросто. Каждый из его солдат готов умереть по его приказу, и с тем же пылом — убивать по его приказу. Победил Дракона? С таким умом и обаянием он мог не только его победить, но и трахнуть. Генерал Лю — легенда. Бедный Ли Шан… он никогда не вырастет из тени своего отца. Любая девушка, что видела его отца — невольно сравнивает их и это сравнение никогда не будет в пользу мальчика Ли Шана. Сотник, Золотой Карп, силен, мужествен, красив, богат… и все? Интересно, Вишенка уже влюбилась в Генерала или нет?
Сяо Тай косится на Юиньтао и поражается ее реакции. Та сидит, напряженно прямо держа спину и глядя прямо перед собой. Ее руки сложены вместе, но по побелевшим суставам видно, что она сдерживает себя что есть силы. По ее скулам ходят желваки, она мрачнее грозовой тучи. Сяо Тай никогда не видела ее в таком вот виде, она даже в бою легкая и радостно позитивная, а тут… в чем дело? Она бросает взгляд в другую сторону, на Джиао. Та, как и всегда — сидит бледной тенью и легкая улыбка играет на ее губах, глаза смотрят в пространство, она находит в чаше перед собой кунжутный шарик и рассеяно отправляет его в рот. Ловит на себе ее взгляд и улыбается, наклонив голову. С ней все ясно, думает Сяо Тай, никаких сюрпризов, но что с Вишенкой случилось, какая муха ее укусила? Не дай бог в разнос пойдет…
— Ну… раз уж мы достигли определенного взаимопонимания… — разводит руками Генерал Лю: — ничто не мешает нам продолжить нашу приятную беседу. Поварам дана команда, сейчас принесут еду, на голодный желудок говорить опасно, еще поссоримся. Меньше всего мне бы хотелось поссориться с девушкой, которая покорила этих чертовых разбойников за три дня… и это я еще не говорю про остальные грани вашей личности… Госпожа Кали.
— Буду только благодарна, Генерал. Я бы тоже не хотела испытывать терпение лучшего мечника Северо-Запада и самого успешного военачальника Поднебесной. — Сяо Тай позволяет улыбке слегка поднять кончики губ: — ваши таланты восхищают Первого Брата и Отшельника Шибуки, а это что-то да значит.
— Правда? Первый Брат, Мастер Тысячи Мечей… однажды нам доведется скрестить с ним клинки. Я не держу зла на вас, Госпожа Тай, я знаю, что вы не причастны к тому печальному событию с моим братом… но Первый Брат ответит перед моим клинком. Правда ему для этого нужно будет выбраться из Чань, так что это вопрос скорее теоретический… — вздыхает Генерал: — впрочем, довольно о моих драмах. Я вижу, вы познакомились с Ли Шанем? Весьма способный молодой человек. По секрету скажу — этот сорванец мой сын. Как он вам, Госпожа Тай?
— Он… довольно силен. — Сяо Тай бросает быстрый взгляд на Ли Шана, про которого как-то успела позабыть во всей этой суматохе. Ли Шан сидит и его лицо покрывается красными пятнами, он опустил лицо вниз. Сяо Тай понимает его. Только что Генерал Лю опустил его вниз двумя словами. «Мой сорванец». Как будто это и не мужчина больше, не сотник «Золотых Летающих Карпов», не мечник, который добился всего своим трудом. Сорванец. Что же… даже Генерал Лю не может быть идеален во всем.
— Талантлив в танце на мечах. — отмечает Генерал и всем вокруг понятно, что это сказано не совсем искренне. Так — не восхищаются. Таким тоном говорят «смотрите, как он замечательно читает стихи, стоя на табуреточке, словно взрослый, не правда ли уморительно?». Ли Шан склонил голову еще ниже, словно придавленный словами отца. Сяо Тай только головой покачала. Мало того, что отец его всерьез не воспринимает, так еще и тычет при всех, словно щенка мордой в лужицу. А ведь он сейчас начал понимать разницу между ним и ею. Понимать, что никакой сотник никогда не станет ровней даже для Седьмой Сестры Братства Горы, не говоря уже об Аватаре Темной Госпожи Кали или — страшно подумать, Юной Хушень, Богине Справедливости и Возмездия, спустившейся на грешную землю чтобы навести тут порядок, установленный Волей Небес. Нужно как-то поддержать его… Генерал Лю слишком строг к нему. Сяо Тай видела таких отцов, слишком требователен к себе, слишком требователен к своим детям. Такой как Генерал Лю понимает и принимает всех, всем дает право на ошибку, помогает и принимает всех. Кроме своего собственного сына. Его он воспринимает как продолжение своего тела и относится к нему как к себе самому — беспощадно, повышая требования каждый раз и испытывая раздражение от того, что тот — не соответствует высоким стандартам.
— Господин Ли Шан поразил меня своей честностью и благородством. — искренне, от всего сердца говорит она: — он отважен, он никогда не юлит и способен признать свою собственную неправоту. В отличие от вас, Генерал… — она позволяет себе улыбнуться. В воздухе повисает тяжелое молчание, и она собирает свою Ци в щит, готовая отразить удар и ударить в ответ. Мгновение зависает над столом, готовое обрушиться вниз тяжелым молотом.
— ХА-ХА-ХА! — хохочет Генерал, утирая слезы и Сяо Тай — смеется вслед за ним, превращая все в шутку. Конечно, это не шутка. Ли Шан не стал бы манипулировать информацией как Генерал, не стал бы вести свою мутную игру… он просто сказал бы как есть. Конечно, Генерал умнее и мудрее его, он опытен в таких танцах вокруг да около, но иногда и в юной непосредственности есть своя прелесть.
— Умеете вы насмешить, госпожа Тай! — утирает он слезы, проступившие во время смеха: — Ли Шан! Ты слышал! Госпожа Тай высоко оценила тебя!
— Я… Госпожа Тай — моя возлюбленная! И… — лицо Ли Шана идет красно-белыми пятнами: — я прошу разрешения у уважаемого отца на наш брак! Пожалуйста!
Смех затихает. Генерал Лю смотрит на своего сына, склонившего голову перед ним. Сяо Тай отвлеченно изучает узор на потолке и чувствует себя крайне неловко. Юность юностью, прямота прямотой, но зачем вот так-то? Парень совсем инстинкта самосохранения лишился? Зря она его перед отцом похвалила, неправильно он
