— Прости меня, — прошептала Мег так тихо, что ему пришлось наклонить голову, чтобы расслышать ее. — Мне не следовало ходить к морю ночью.
— А я не знал, что ты умеешь плавать. — Росс пошел медленнее и взглянул налом. В холле горел свет, но ему никак нельзя было войти через парадный вход полуобнаженным, держа на руках столь же полуобнаженную экономку. — У тебя есть ключ от задней двери?
— Да, в кармане. — Мег умолкла, но, когда Росс свернул на тропинку, ведущую к задней стороне дома, добавила: — Я еще очень маленькой научилась плавать в запруде у мельницы. Тогда мама была еще жива. Я подумала, что уже разучилась плавать… к тому же мне хотелось отвлечься от всего.
— Мне тоже.
— Пенелопа Хокинс могла бы подойти. Племянница викария, — сказала Мег, довершая невысказанную мысль Росса. — Мне она понравилась. Она довольно мила.
— Мне не нужна жена, которая могла бы подойти, — проворчал Росс, — Жаль, что я не знаю, чего хочу, если не считать того, что я хочу любить тебя.
Мег затаила дыхание, но вела себя смирно.
— Вот мы и пришли домой. Ты не встанешь на мгновение, надо достать ключ.
Мег выскользнула из рук Росса и передала ему связку одежды, а сама начала искать ключ.
— Сегодня вечером ты говоришь это уже второй раз. Ты догадался, о чем я? Я имею в виду слово «домой». Ты больше не говоришь об имении.
— Да, действительно. — Теперь Росс считал это место домом. Здесь все изменилось, когда Мег решила дать волю своей фантазии. Они вошли в тускло освещённый коридор. Надо попросить Мег, чтобы та взглянула на его спальню, тогда он, возможно, перестанет думать, что спит в кровати отца, окруженный призраками.
Спальни. Нет, Росс уже не думал о внутренней отделке или призраках, когда оказался у двери, ведущей в комнаты экономки. Мег стояла рядом, казалась бледной в темноте, мокрая рубашка прилипла к телу, очерчивая каждый изгиб. Лихорадочные темные желания охватили его.
— Я заберу свою одежду.
Последствия ночного происшествия начинали сказываться. Росс почувствовал тяжесть в затылке и тошноту. На пляже он готовился к решительным действиям с применением насилия, однако все закончилось спадом напряжения и разочарованием, хотя он оказался цел и невредим. «Боже, я привык убивать, и расстроен тем, что Мег не пришлось увидеть драку и кровопролитие».
— Росс? — Мег взглянула на Росса, и его охватила неприязнь к себе. Если не удастся укротить зверя, затаившегося внутри, Росс затащит Мег в эту комнату и овладеет ею, точно дикарь, каким он и был. Стоя в коридоре под тусклой лампой, она чуть нахмурилась, прикусила губу и вопросительно смотрела на него.
— Иди спать, — приказал Росс. — Давай мою одежду.
Росс заметил, что она вздрогнула, услышав его грубый голос, но ему уже было все равно. Хотелось убежать от нее.
— Вот. — Мег вложила ему в руки одежду. — Спасибо. Нас только что могли убить лишь потому, что я вела себя глупо. — Позади себя Мег нащупала дверную ручку, повернула ее и вошла в свою темную комнату, не сводя глаз с Росса. — Спокойной ночи.
— Спокойной ночи.
Росс ушел.
Конечно, он рассердился на нее, и не без веской причины. Мег положила мокрую, всю в песке одежду и пошла за полотенцами и водой. Она уже наполнила кувшин, затем опустилась на край постели, обхватила себя руками и задрожала.
Росс защищал ее, точно зная, что будет страшно избит или убит. Она любила его, желала его, а он ушел, рассердившись не на шутку. Мег это заслужила.
В тихой комнате она вдруг расслышала негромкое тиканье, происхождение которого ей было неизвестно. Не понимая ничего, она встала, собираясь выяснить, откуда оно исходит. Вдруг заметила, что цепочка часов Росса зацепилась за ее чулки. Тик-так… Гладкий золотой корпус с гравированным гербом лежал на ее ладони. Утром первым делом надо будет вернуть часы. Мег уже хотела осторожно положить их на стол, затем передумала. Часы старинные, семейная реликвия. А что, если Росс хватится их, пойдет к морю искать? А вдруг контрабандисты вернулись?
Мег сейчас поднимется наверх, приоткроет дверь его комнаты и повесит часы за цепочку на дверную ручку с внутренней стороны. Росс обязательно найдет их. Мег сняла мокрую одежду, вытерлась полотенцем, надела ночную рубашку и халат. В доме стояла тишина, она босиком покинула крыло дома для прислуги и поднялась к его комнате.
Света не было. Мег осторожно повернула ручку и приоткрыла дверь так, чтобы в нее можно было просунуть руку с часами.
— Кровь. Боже, сколько крови. Кровь, внутренности, грязь…
Мег застыла, услышав голос Росса, надтреснутый, злой, полный горечи, будто ему больно говорить. Сначала Мег ничего не поняла, затем низкий голос перешел на неразборчивый шепот. Россу приснился кошмар.
Мег стояла, застыв на месте, и прислушивалась. Она чувствовала себя человеком, который любит подслушивать, однако не смогла закрыть дверь и уйти. В голосе Росса слышалась такая боль и отвращение к себе. Он так страдал. Как же ей покинуть его? Мег открыла дверь и вошла. Закрыла дверь. Та щелкнула, но Росс не проснулся. Не услышал ее шагов по ковру, пока она приближалась к его постели.
Лунный свет проникал сквозь незанавешенное окно и падал на кровать, где спал обнаженный Росс среди спутавшихся простыней, его голова беспокойно металась на подушке, большие кулаки были сжаты, одной рукой он бил по матрасу.
— Он не мертв… даже не могут точно в голову попасть. Он кричит… словно застрявшая в грязи свинья. Умри, черт побери. Стреляй еще раз. Да, наконец-то. Мертв. Еще один мертв. Давайте же, ребята, заряжайте снова, да быстрей, черти. Надо перебить их всех. Джайлса, мать, французов. Я убил их всех. Я перебил их всех, а они все продолжают наступать.
Ужаснувшись, Мег схватила Росса за руку, но тот стукнул ею по матрасу.
— Волны крови, точно в море. Войдите в него. Найдите Мег, иначе она утонет. Я утопил ее в крови, как всех остальных…
По щекам Росса текли слезы. Видя это, Мег зарыдала.
— Росс! — Мег склонилась над крупным, бившимся в конвульсиях телом, схватила его за плечи и стала трясти. — Росс, просыпайся! Росс, послушай меня. Это я, Мег.
Росс открыл глаза, те блуждали. Он поднял руки и быстро сел, отшвырнул ее, как насекомое. Мег отлетела в конец кровати и перекатилась через его ноги. Он бросился за ней.
— Росс!
— Мег? — Руки, схватившие ее за плечи, ослабли. Теперь они лишь поддерживали ее. — Боже, я сделал тебе больно? Как ты здесь оказалась?
— Со мной все в порядке. Я принесла твои часы. Я хотела лишь просунуть их через дверь, но тебе приснился кошмар. Я пыталась разбудить тебя.
