мне навстречу по дороге?! Позорище-то какое!
— Сейчас Селия придет и поможет, у нее с бытовой лучше, чем у меня, — сказала Дейзи.
Неужели этому в самом деле можно помочь?
Словно прочитав мои мысли, Дейзи провела ладонями над моим кителем. Прилипшая еда начала отделяться от ткани, собираясь в ком рядом с руками. Девушка встряхнула кистями, и малоаппетитный ком плюхнулся в ведро служанки, которая как раз подоспела собрать с пола остатки моего обеда.
Я повела плечами — одежда перестала липнуть к телу, и большая часть грязи исчезла, хотя пятна и запах остались.
— Селия лучше в этом, — сказала Дейзи. — Дай только ей поесть. И мы давай поедим. Поделиться с тобой супом?
Вот, значит, как: дружба дружбой, а богатенькие направо, остальные налево. Но говорить этого я не стала.
— Не надо, спасибо. У меня еще за вчерашний день талоны не израсходованы. Не успела.
— Жизнь бьет ключом? — улыбнулась она, увлекая меня к стойке.
— Большим, ржавым и по голове, — согласилась я. Пощупала челюсть слева — сейчас, когда прошел запал драки, сустав заболел и, кажется, начал распухать. Может, в самом деле метнуться к целителям? Позориться и слушать нотации не хотелось. Не пойду, само пройдет.
— Сперва еду на пол швыряют, потом за добавкой приходят. Заставить бы вас, балбесов, готовить да полы после себя отмывать, глядишь, не бедокурили бы, — проворчала раздатчица.
Я не стала огрызаться. Хоть упрек и следовало адресовать не мне, но я бы тоже наверняка рассердилась, если бы приготовленную мной еду кто-то выбросил в драке. Спасибо и на том, что вторую порцию дали.
Мы с Дейзи устроились за столом, рядом примостился Алек. Еда оказалась сытной и вкусной. Может, кто-то и сказал бы, что ей не хватает изысканности, но такие, наверное, и обедали не здесь. Как Селия, например. Я посмотрела в сторону второго зала, и этот взгляд не ускользнул от Алека.
— Едал я там пару раз, выкрутасы всякие. Знатнюкам, может, без них никак, а мне — зряшные траты.
— А Селии? — не удержалась я и тут же мысленно отвесила себе оплеуху. Незачем давать Дейзи повод для невеселых мыслей.
Но она только покачала головой.
— Селия не может есть яйца, хлеб и почти все каши, пить пиво и много чего еще…
— Как-то один дурак подлил ей пива в сидр. Пришлось звать целителя, — вставил Алек.
— Поэтому ей приходится выбирать, что положить в рот, а здесь, сама видишь, что дали, то и ешь.
Я смутилась. Вот так вот подумаешь о человеке плохо, а на самом деле пожалеть впору. Попыталась прожевать кусок мяса и ойкнула — челюсть прострелило болью. Пришлось выбирать из тарелки разваренные овощи. Под пристальным взглядом Алека.
— А вот и Селия. — Дейзи махнула рукой, и ее подруга двинулась к нам. Опустилась на свободную табуретку.
— Что-то вы долго сегодня.
— Вот из-за этой героини дня. — Алек изобразил подзатыльник, впрочем, не коснувшись меня.
— То-то я смотрю, симметрию подпортили, — хмыкнула Селия. Огляделась и покачала головой. — Ты его тоже неплохо отделала.
Словно почувствовав наши взгляды, Феликс торопливо выбрался из-за стола и зашагал к выходу с таким видом, будто боялся, что его сейчас нагонят и начнут расспрашивать. Признаться, я его понимала.
— Какой хоть повод был? — полюбопытствовала Дейзи.
— Неважно, — буркнула я, выбираясь из-за стола. — Он извинился, я забыла.
Алек придержал меня за рукав.
— Не обижайся. Вместе пойдем. Потому что я все-таки отведу тебя к целителям.
— Сперва пусть Селия дочистит мундир, — сказала Дейзи и обернулась к подруге. — Сможешь?
Та кивнула. Вчетвером мы вышли на улицу. Селия заставила меня встать смирно и, так же как Дейзи, начала водить руками над одеждой. Только после ее манипуляций ткань становилась идеально чистой. Наконец Селия отшвырнула в кусты грязный шарик.
— Вот и все.
Я недоверчиво оглядела китель, отряхнула совершенно чистые штаны. Понюхала рукав — ткань пахла шерстью, а не едой.
— Спасибо. Научишь?
Она покачала головой.
— Не сейчас точно. Может, через несколько месяцев, когда ты научишься ловчее манипулировать магией.
Не то чтобы я ожидала другого ответа — примерно то же мне сказала Оливия, но получить подтверждение ее слов все равно оказалось неприятно.
— А скорее всего, через год-полтора, — безжалостно добавила Дейзи. — У меня до сих пор не получается — в последний раз, когда я пыталась сделать рубашку чистой с помощью магии, превратила ее в решето. Так что приходится возиться со стиркой.
— С этим надо родиться, да? Как с осанкой? — полюбопытствовала я, и Селия рассмеялась.
— С осанкой надо не родиться, а раз пятьсот получить линейкой по спине. «Держись прямо!» — передразнила она кого-то неведомого и хлопнула меня между лопаток так, что я подпрыгнула, невольно распрямляясь. Снова улыбнулась. — Ничего, на физуху походишь, к весне выправишься. И с магией все будет хорошо, дай только себе время.
Я кивнула. Придется учиться куда серьезней, чем мне думалось вначале, но кто обещал, что будет легко?
— А теперь к целителям, — вмешался Алек и прежде, чем я успела возразить, добавил: — И не спорь со старостой!
Хорошо что он не стал читать мне нотации по дороге, видимо, решив, что уже все сказал в столовой. Я тоже не рвалась поддерживать беседу: усталость после выплеска злости, сытный обед и солнечный день сделали свое дело. Я бы с куда большим удовольствием устроилась сейчас на лавочке полюбоваться парком, чем тащилась к целителю. Вот только ноющая челюсть не давала покоя, так что, наверное, Алек был прав.
Перед дверями кабинетов целителей я заколебалась. Одинаково сильно мне не хотелось и показываться Родерику в таком виде, и второй день подряд беспокоить госпожу Агнес из-за собственной дурости. Алек разрешил мои сомнения, потянув на себя дверь кабинета Родерика.
— Вперед, — улыбнулся он.
Я вдохнула поглубже, подавила желание одновременно зажмуриться и сбежать, шагнула за порог и застыла.
Родерик стоял напротив рыжей Корделии. Из-под купола тишины не доносилось ни звука, но судя по тому, как она подалась вперед,
