к одной из них.
– Я когда-то работал здесь, – прошептал он.
В углу стояло несколько стремянок и лежали куски материала, похожего на брезент – вроде того, каким накрывали повозки. Здесь же громоздились стопки металлических кастрюль и чашек. Фрэнк накрыл Мэгги брезентом, а затем кот и умон скользнули в тень, спрятавшись среди стремянок и распластавшись на полу.
Под плотным материалом было тяжело дышать, и Мэгги казалось, что она пыхтит как паровоз. Она услышала, как в соседнюю камеру вбежали стражники. Раздались вопли и крики, перекрывающие стоны спящих. Потом один из стражников заглянул в их комнату. Сквозь щель в брезенте Мэгги отчётливо видела его – у него был приметный длинный шрам на щеке, видневшийся из-под маски, и необычные жёлтые глаза.
Мэгги сидела тихо как мышка. «Пожалуйста, уходи. Пожалуйста, уходи», – мысленно повторяла она снова и снова.
Казалось, что стражник смотрит прямо на неё, но он просто постоял в дверях, не входя в комнату, а потом убежал.
– Там никого нет! – послышался его крик.
Раздались удаляющиеся шаги. Мэгги прижалась головой к холодному камню и с облегчением выдохнула.
Отовсюду доносились вопли и топот ног. Весь дворец был в состоянии полной боеготовности. Однако через некоторое время звуки затихли вдалеке.
Мэгги и её спутники прокрались обратно в белую комнату. Там было пусто, и умон побежал к выходу, но Мэгги ринулась к контейнерам. Она должна была забрать Иду!
Найдя её, она постучала по стеклу. Неопрятная кучка зелёной одежды даже не сдвинулась с места, и Мэгги снова, изо всех сил, заколотила по прозрачной стенке.
– Ида!!!
Наконец девочка пошевелилась. Глаза открылись на миг, но тут же снова закатились под веки. Хоги стоял рядом, а вот Фрэнк уже был на полпути к лестнице на верхний этаж.
– Слишком поздно! – встревоженно рявкнул он. – Стражники сейчас вернутся. Скоро тебя будет искать весь город!
– Мы должны вытащить её! – крикнула Мэгги.
– Нет времени! – завизжал умон.
– Она пойдёт с нами!
Испуганный Фрэнк на мгновение замер, потом дёрнул мордочкой и побежал обратно. Мэгги ухватила приставную лестницу, а Хоги проворно вскарабкался наверх и спрыгнул в контейнер Иды. Мэгги влезла следом за ним и встряхнула безжизненную девочку. Тем временем Хоги начал осторожно покусывать отвратительную трубку, выходящую из головы Иды. Материал был прочным, и коту не сразу удалось даже прокусить дырочку, но в конце концов трубка начала рваться.
Ида дёрнулась. Её лицо исказилось от боли, а Хоги продолжал работать челюстями. Наконец трубка сломалась. В тот же миг раздался жуткий оглушительный сигнал тревоги, словно зазвонили разом пятьдесят колоколов, и этот звук настойчиво ввинчивался в мозг. Ида снова потеряла сознание. Хоги принялся изо всех сил лизать ей щёки маленьким шершавым язычком. Через некоторое время Ида пошевелилась и села, но в её мутных глазах не отражалось ни единой мысли.
Мэгги посмотрела ей прямо в лицо и заорала:
– Ида! Это Мэгги Блу!
Ответа не последовало.
– Я Синюха! Ты ненавидишь меня, помнишь?! Ты должна встать!
Фрэнк бешено носился кругами, как собака, ловящая собственный хвост.
– Нет времени! Нет времени! Нас прикончат!
Хоги снова принялся кусать Иду, на этот раз за ноги – и посильнее. Девочка взвыла от боли, но по-прежнему не сдвигалась с места. Тогда кот применил уже опробованный приём: повернулся к Иде и, выпустив когти, вцепился в лицо.
Ида поперхнулась и закашлялась, но, похоже, это её немного отрезвило. Она дёрнула головой, пытаясь избавиться от вони, её лицо исказилось от гадливости и отвращения.
Мэгги удалось вздёрнуть Иду на ноги. Потом она ухватилась за верхнюю часть лестницы, затащила её в контейнер и подталкивала Иду, пока та не поднялась и не перевалилась через край. Мэгги тоже вылезла, но когда она вновь подняла обмякшую девушку на ноги и потащила к выходу, что-то привлекло её внимание. Один из спящих, обитатель соседней бутылки, наблюдал за ними из-за толстого стекла. Он пристально посмотрел на Мэгги, и в глазах мелькнуло узнавание.
Потребовалось несколько секунд, чтобы сопоставить ввалившиеся щёки и запавшие глаза с рваными вельветовыми брюками и очками в золотой оправе. Она ведь знает этого человека! Учитель географии невероятно исхудал, кожа посерела, и всё же, в отличие от других спящих, он был напряжён и полон энергии. Пот стекал по его усталому измученному лицу.
Мэгги подошла к стеклу.
– Мистер Йейтс?..
Мэгги вспомнила, как он был счастлив в тот день, когда мисс Кейн встретила его после уроков и флиртовала с ним – несомненно, для того, чтобы заманить в это ужасное место. Она почувствовала, что ненавидит мисс Кейн больше, чем кого бы то ни было и что бы то ни было.
– У нас нет времени! – снова закричал Фрэнк у неё за спиной. Он был уже вне себя.
Мистер Йейтс растянул губы в тупой бессмысленной улыбке. Смотреть на него было всё равно что смотреть в глубокую чёрную дыру. Неимоверно жутко. Мэгги отвернулась, схватила Иду за руку и побежала, волоча девушку за собой.
Спотыкаясь и тяжело дыша, они совместными усилиями втащили Иду на верхний этаж с его удушливой жарой, а потом выскочили в каменный коридор.
Крики здесь слышались лучше, и Хоги сразу узнал это место. Он повёл их к открытому люку, в который недавно провалился, и Мэгги с Фрэнком заглянули ему через плечо. До земли было примерно два метра, и теперь прямо под люком стояла тележка, до краёв полная объедков. От неё исходило гнилостное зловоние, резко бившее в нос.
Хоги радостно мяукнул, но Ида рухнула на четвереньки и начала поспешно отползать, поэтому Мэгги схватила её за руку и, бросив быстрый взгляд на Хоги, просто столкнула девочку вниз. Ида взвизгнула, приземлившись в отвратительное месиво. Фрэнк и Хоги спрыгнули следом за ней.
Мэгги тоже собиралась прыгнуть, когда повозка внезапно пришла в движение и поехала. Мэгги едва успела зацепиться за борт тележки, больно ударившись спиной о край. Она подавила крик и соскользнула в кучу гнилой еды. Ида, Хоги и Фрэнк сидели, наполовину утонув в вонючем мусоре, причём умон, казалось, не испытывает от этого никаких неудобств, пусть даже к его голове прилепился кусочек странного фиолетового овоща. Фрэнк собирался что-то сказать, но Мэгги приложила палец к губам.
Тележку волокла упряжка умонов, и старый кучер подгонял их, очевидно не обратив внимания на то, что его груз несколько видоизменился.
Выехав на ярко освещённую улицу Города Солнца, они услышали крики стражников. Из тележки был виден прямоугольный кусочек неба, и по нему то и дело пролетали шары, рыскающие в поисках добычи.
По коже Мэгги, вымазанной остатками
