— Все браки — чистый фарс, — заявил Пирс. — Ничто за всю мою жизнь не убедило меня в обратном. Давай-ка поскорее уберемся отсюда. Я ужасно грязный, голодный и…
— …хочешь увидеться с Зои, — добавил Райан. — Не могу понять, почему она уехала так внезапно. Ты сказал ей что-то обидное?
— Ты ни черта не знаешь о моей женитьбе, — сказал Пирс, когда они с Райаном подходили к тому месту, где были привязаны их лошади.
— Зои нам все рассказала. Чад расспросил ее сразу же, как только она прибыла к нам домой. Должно быть, она очень сильно любит тебя, раз последовала за тобой при сложившихся обстоятельствах. Она спасла тебе жизнь, братец.
Оба Делейни вскочили в седло.
— Я с ней полностью расплатился, — отрывисто сказал Пирс, пришпорив свою лошадь. — Любовь не имеет никакого отношения к нам с Зои.
Мысли Пирса отчаянно метались в бурлящем вихре эмоций. Он был страшно зол на Чада и кипел лютой ненавистью к Коре Ли. Весь женский род состоял из коварных обманщиц и интриганок. Кора Ли сначала пыталась соблазнить его, но он не придал этому значения. Он всегда считал ее недалекой сучкой, но никогда не подозревал, что она способна сплести подобную ложь, погубившую их всех. Кора Ли была не слишком умна и недостаточно хитра, чтобы замыслить столь сложный заговор самостоятельно. Вот Хэл был вполне способен на это. Внезапно Пирс резко осадил коня.
— В чем дело? — спросил Райан, натянув поводья. — Почему ты остановился?
— Сколько денег потребовал Дулиттл у Чада? Ведь выдать беременную сестру за одного из Делейни было для него недостаточно. Так сколько же, Райан?
«Пирс слишком уж проницателен, — подумал про себя Райан. — Он будет докапываться и докапываться, пока не выяснит все детали».
— Пять тысяч долларов. Поэтому Чад и задержался в городе. Чтобы получить деньги для Хэла.
Пирс ничего не сказал. Сжав коленями бока своей лошади, он помчался вперед по дороге, обдав Райана облаком пыли.
Мчась домой с бешеной скоростью, Пирс на чем свет стоит проклинал свою жизнь, которая стремительно рушилась. Мало того что его собственное существование превратилось в настоящий ад, умудрился потянуть за собой Чада.
Пирс бесконечно винил себя за то, что Чаду пришлось жениться на женщине, носившей ребенка другого мужчины. На женщине, которую Чад не любил, она ему даже не нравилась.
Эта мысль потянула за собой другую. Зои не похожа на Кору Ли или на любую другую женщину из его прошлого. Зои ему по настоящему нравилась. Пирс начал понимать и даже сочувствовать стремлению Зои иметь мужа. Она любила свою землю так же беззаветно, как он свою. Несмотря на то что она принудила его вступить в нежеланный брак, он чувствовал, что выплатил ей долг не только по обязанности. А затем она последовала за ним и, рискуя жизнью, помешала бдительным линчевать его. Если бы ему пришлось довериться женщине, это была бы Зои.
Вынужденная женитьба Чада на Коре Ли вновь подтвердила Пирсу, на что способны женщины. Он лишний раз убедился, — что ни одна женщина не заслуживает доверия. И все же не мог отрицать, что испытывает сильное влечение к Зои с первого же мгновения, когда очнулся в ее доме и увидел ее, склонившуюся над ним. Он поклялся тогда, что непременно овладеет ею. И на своих собственных условиях.
Господи, он почти ощущал ее нежные груди в своих ладонях. Ее восхитительное тело, льнущее к нему. Ее влажные губы, жаждущие его поцелуев. Ему нравилось, как тесные брюки обтягивают ее маленькие упругие ягодицы, стройные ноги и округлые бедра. Она отдала ему свою девственность и ничего не попросила взамен. Но даже все это, вместе взятое, не способно удержать его в браке, которого он не желает.
«Может быть, Зои снова выйдет замуж, когда развод будет оформлен», — подумал он, болезненно поморщившись при этой мысли. Зои прекрасная, страстная женщина, на которой любой мужчина почел бы за счастье жениться. Любой, кроме Пирса Делейни.
Пирс подлетел к дому и резко осадил коня, подняв на дыбы. Его немедленно окружила дюжина работников ранчо. Все говорили одновременно, радостно его поздравляя и хлопая по спине. Никто не упомянул о венчании, которое состоялось утром, но все были в курсе, что произошло. Райан подъехал вслед за Пирсом и отослал работников заниматься делами. Братья вошли в дом вместе и направились на кухню.
Зои услышала, как хлопнула входная дверь, и по спине ее пробежала дрожь. Пирс вернулся домой. Ей хотелось сбежать вниз по лестнице и броситься к нему в объятия, ко вместо этого она продолжала собирать и упаковывать свои скудные пожитки в седельные сумки. Пришло время возвращаться домой. Но ох как не хотелось ей уезжать теперь, когда жизнь Чада так осложнилась. Зои знала, что Пирс будет винить себя в несчастьях брата, и ей очень хотелось остаться, чтобы его утешить. Но Пирс не нуждался в ней, и она не собиралась добавлять ему неприятностей, оставаясь там, где ее не желают видеть. Она так и не стала членом этой семьи и никогда не станет.
Перекинув седельные сумки через плечо, Зои вышла из комнаты и спустилась по ступенькам. Подумав, что надо бы сообщить кому-нибудь, что уезжает, она направилась на кухню. Она открыла кухонную дверь и замерла без движения. Пирс сидел в огромной деревянной ванне, установленной возле широкой кухонной плиты. Глаза его были закрыты, голова откинута на край.
— Там еще остался котелок горячей воды на плите, Райан. Подлей воды в ванну, ладно? Господи, как хорошо! Я снова почти почувствовал себя человеком.
Зои опустила седельные сумки на пол, подошла к плите, и взяла котелок. Вылив из него воду в ванну, она снова поставила его на плиту. Не открывая глаз, Пирс блаженно вздохнул, погружаясь глубже в горячую воду.
— Чад уже вернулся из города? — спросил он.
Не ответив, Зои на цыпочках обошла ванну, подхватила свои сумки и направилась к задней двери. Словно почувствовав ее присутствие, Пирс внезапно открыл глаза. Он увидел сумки, свисавшие с ее плеча, и едва не выпрыгнул из ванны. Вода расплескалась, струясь с его обнаженного тела, когда он потянулся к Зои.
— Куда это, к дьяволу, ты направляешься?
Взгляд Зои скользнул по его блестевшей обнаженной фигуре, и она почувствовала, как запылали ее щеки. Между ними словно проскочила искра. Зои задрожала, затем с трудом заставила себя улыбнуться.
— Я уезжаю домой. Не хочу, чтобы Калли лишнее время беспокоился обо мне.
— Никуда ты не поедешь. Только не сегодня, — заявил Пирс.
— Я всего лишь следую твоему приказу, — возразила Зои, не отрывая глаз от его лица.
Если она позволит взгляду блуждать, то уже не сможет оставить эту комнату, этого мужчину, этот брак.
