Решив извлечь хоть какую-то выгоду из присутствия Джилли, она спросила:
— А вы были здесь, когда умер Дарак?
— Да, но мне было всего четыре года. Я совсем не помню его, — ответил Джилли, тоскливо наблюдая за тем, как она откусывает кусочек печенья.
Глубоко разочарованная его ответом, Эвелинда не спеша проглотила печенье и задала следующий вопрос:
— Значит, когда погиб Лиам, вам было четырнадцать лет?
— Да, но в это время я навещал родных своей матери, — рассеянно сказал он и облизнулся, провожая глазами очередной кусочек печенья, исчезавший у Эвелинды во рту. — Вкусно, да?
Она проигнорировала его вопрос и задала свой:
— Ну а когда умерла Мэгги, вы, наверное, были здесь?
Джилли кивнул, но тут же отрицательно затряс головой:
— Нет, мы с Рори охотились.
Эвелинда раздраженно прищелкнула языком — опять то же самое, никакой полезной информации. Люди, с которыми удалось поговорить до сих пор, либо находились бог знает где в самое интересное время, либо и вовсе уклонялись от ответов. Покачав головой, она решила пока вернуться к обязанностям хозяйки замка, встала и отправила в рот последний кусочек печенья.
— Куда вы идете? — спросил Джилли, немедленно оказываясь на ногах.
Он еще вопросы задает! Эвелинда подняла брови и проглотила остатки лакомства.
— Я хочу подняться в солар и посмотреть, что там можно сделать. Пока он совершенно непригоден для жилья.
— О, — замялся Джилли, переводя взгляд с Эвелинды на двери кухни. — Ну тогда, может, я быстро сбегаю на кухню. Вдруг удастся выпросить у Бидди печенье.
На сей раз Эвелинда только вновь приподняла брови и, не отвечая, направилась на второй этаж. Поднимаясь по лестнице, она дважды обернулась, и оба раза видела внизу Джилли, по-прежнему стоявшего у стола и смотревшего ей вслед.
Только подойдя к солару, она услышала, как скрипнули двери кухни, и остановилась. Переждав волнение и стараясь действовать спокойно, она повернула обратно и с облегчением вздохнула, обнаружив, что главный зал совершенно пуст. Очевидно, Джилли решился наконец зайти в кухню.
Мгновенно подхватив юбку, она устремилась вниз по лестнице. Если поторопиться, возможно, получится улизнуть из башни, пока мужчина не вернулся. Пробегая по главному залу, Эвелинда опасливо скосила глаза на кухонные двери. Окажись здесь снова Джилли или еще кто-нибудь, она не осмелится выйти во внутренний двор из опасения, что Каллену об этом доложат. Он, несомненно, будет недоволен. Ведь его приказы носили совершенно недвусмысленный характер — он запретил ей выходить из башни, правда, не позаботился что-либо объяснить. Эвелинда понятия не имела, чем вызваны такие строгости. Возможно, муж боялся вновь обнаружить ее в загоне? В любом случае ей страшно надоело постоянно сидеть взаперти. Наверняка краткий визит в конюшню к Леди никому не причинит вреда. По крайней мере если пройдет незамеченным. При этой мысли Эвелинда невесело усмехнулась и, проскользнув в двустворчатую дверь, побежала вниз по наружным ступеням.
В этот час внутренний двор был практически пуст — мужчины во главе с Калленом отправились на ратные тренировки поддерживать форму. Эвелинде удалось преодолеть расстояние до конюшен, не встретив никого, кто мог бы потом поведать мужу о том, что она в его отсутствие расхаживает то здесь, то там.
Торопливо войдя в прохладное полутемное помещение конюшни, она внимательно огляделась по сторонам и с облегчением вздохнула — тоже совершенно пусто. Слегка успокоившись, Эвелинда достала из кармана припасенное яблоко и пошла к стойлу своей лошади.
Леди страшно обрадовалась, увидев хозяйку. Со времени их последней прогулки прошло больше недели! Эвелинда почувствовала себя виноватой — несомненно, лошадь тосковала не меньше, чем она сама. Надо все-таки совершить коротенькую поездку верхом.
— Ваш муж знает, что вы здесь?
Эвелинда подпрыгнула от испуга, обернулась и увидела прямо перед собой — в проходе между рядами стойл — Мака, ведущего под уздцы серого в яблоках коня.
— Я просто хотела проведать Леди, — сказала Эвелинда, наблюдая за тем, как Мак в соседнем стойле расседлывает коня.
— Насколько мне известно, вам нельзя покидать башню.
Эвелинда, скорчив гримасу, отошла от Леди и прислонилась к дверце того стойла, где работал конюх.
— Кто это тебе сказал?
— Ваш муж, — невозмутимо ответил Мак.
— О, — пробормотала она и тихонько вздохнула. — Ну и ладно! Я устала безвылазно сидеть в этой башне, я торчу там уже больше недели.
Эвелинда не нуждалась в неодобрительном взгляде Мака — она и сама знала, что ее слова прозвучали вздорно и капризно. Конюх отставил в сторону седло и сухо заметил:
— Уверен, там полным-полно разных дел и при желании вы легко могли бы найти чем занять время.
— Да, — признала Эвелинда, — но все-таки хорошо бы иногда выходить на воздух.
— Как вам удалось ускользнуть от своих телохранителей? — спросил Мак. Он тщательно чистил коня, но, коротко взглянув на Эвелинду, заметил ее недоумение и пояснил: — Джилли и Рори. Каллен поручил этим двум парням присматривать за вами.
— Что?! — негодующе воскликнула Эвелинда. — Я не нуждаюсь в присмотре.
— О да! Ведь с вами никогда ничего не случается, — фыркнул Мак и выразительно добавил: — Кстати, как ваши синяки, те, что вы получили в последнем происшествии, скатившись со ступеней?
— Я не скатывалась со ступеней, — раздраженно буркнула Эвелинда и уточнила: — По крайней мере не со всех. Я дотянулась до перил и удержалась. Пару дней у меня ныло плечо, вот и все. И я упала не просто так, а обо что-то споткнулась. Впрочем, никто мне не верит… Все считают меня просто неуклюжей, — добавила она с горечью.
— Ваш муж верит вам, — заявил Мак.
— Правда? — горячо поинтересовалась Эвелинда.
— Да. Поэтому и приставил к вам охрану. Он думает, что кто-то специально подложил что-то на вашем пути, а пока все хлопотали над вами, забрал этот предмет обратно.
Эвелинда удивленно раскрыла глаза и наконец-то вслух задала тот вопрос, который мучил ее всю последнюю неделю:
— С какой целью это могли сделать?
Даже не взглянув на нее и продолжая вдумчиво обихаживать коня, Мак пожал плечами:
— А с какой целью могли убить его первую жену? И отца? И дядю? Каллен пытается выяснить это.
Эвелинда пристально посмотрела на старого конюха:
— Он разговаривал с тобой, так ведь?
— Да.
Эвелинда разочарованно вздохнула:
— Хотелось бы, чтобы он побольше разговаривал со мной. Я его жена.
— По правде говоря, думаю, он ни с кем особенно не разговаривает, — ответил Мак. — Он отдает приказы своим людям, но… — Конюх с сомнением пожал плечами.
