Читаем без скачивания Под сенью апельсиновых деревьев - Линда Белаго

К удивлению Юлии, ей даже не пришлось идти к хижинам. В большом доме для собраний было много рабов. Несколько голосов громко протестовали, однако Юлия не сразу поняла, о чем идет речь. Перед рассерженной толпой стояли Питер, надзиратели и Амру, у которой был сокрушенный вид. Когда Юлия вошла в дом, один из надзирателей поднял рывком одного из рабов, вытолкал его на улицу и замахнулся плетью.

– Нет! – Юлия подобрала юбку и бросилась вперед. – Что здесь происходит? – решительным голосом спросила она.

– Джульетта, тебе здесь не место! – На лице Питера отчетливо читалась злоба. – Уходи!

– Пока что это и моя плантация тоже, Питер! Что сделал этот человек? За что его нужно наказать плетью? Что здесь вообще происходит, Амру?

В поисках поддержки Юлия посмотрела на домашнюю рабыню.

Амру медлила. Что лучше – довериться миси или послушаться масру Питера? Амру приняла решение в пользу миси.

– Миси Джульетта, масра Питер сегодня сократил количество продуктов, выдаваемых рабам. Люди рассердились. Кроме того…

– Зато этот сброд, по крайней мере, будет лучше работать! – возмущенно воскликнул Питер. – Все они слишком раскормлены, а это не идет им на пользу. От этого они становятся ленивыми. – И со злобным видом добавил: – Все это согласовано с Карлом.

Юлия презрительно фыркнула:

– Ах да, чудесно! Но это все равно не причина для того, чтобы наказывать этого человека. – Она указала на раба, который лежал на земле перед надсмотрщиком.

– Он был зачинщиком. Он посмел жаловаться! – объяснил Питер.

Юлия подошла к рабу:

– Вставай!

Но мужчина по-прежнему закрывал руками голову в ожидании ударов плетью.

– Вставай! Тебе ничего не будет, – пообещала Юлия спокойным голосом и посмотрела на надсмотрщика так сердито, что тот даже попятился. – Скажи, что хотел, – приказала она рабу.

Но тот был настолько испуган, что предпочел бы скорее провалиться сквозь землю.

– Миси, не сердитесь, миси, не сердитесь, – вот и все, что он смог произнести.

Что, однако, было немало, если подумать о том, что впервые на этой плантации раб вообще смог хоть что-то сказать по поводу своего проступка. Юлия не могла себе представить, чтобы этот раб, который жалобно, как ребенок, лепетал, мог устроить здесь бунт. И только когда Амру подошла к нему и прошептала на ухо несколько слов, он решился сказать Юлии:

– Миси должны понять: наши маленькие огороды в это время дают небольшой урожай, а теперь, когда нам сократили паек, дети… Я не знаю…

– Здесь пока что никто ничего сокращать не будет. – Юлия придала своему лицу решительное выражение и строго посмотрела на Питера. – Амру, прикажи людям отправляться на работу. А ты, Питер, иди за мной.

Питер, казалось, хотел возмутиться против этого приказного тона, однако все же последовал за Юлией в дом.

Нехорошо было вести споры в присутствии рабов, и Юлия это понимала. Нестабильность в доме хозяина плантации могла вызвать беспокойство среди негров. Однако Юлия не могла и дальше терпеть такое поведение Питера. Войдя в салон, она резко обернулась:

– Что ты себе, собственно, позволяешь? Насколько я знаю, ты вообще не имеешь никакого отношения к рабам! Откуда такой внезапный интерес к ним, Питер?

Питер подло ухмыльнулся и подошел к Юлии на шаг ближе.

– Джульетта, тебе придется к этому привыкнуть. После нашей с Мартиной свадьбы я буду играть здесь важную роль. Уясни это себе. И вообще, тебе незачем заступаться за негров. Это не пристало даме, занимающей высокое положение в обществе.

Он взял прядь волос Юлии и начал с ней играть. У женщины по спине побежали мурашки.

– Ты будешь и дальше послушно исполнять роль куколки для Карла. Без наследника ты всего лишь еще одна женщина в доме. – Его тон был таким же холодным, как и взгляд, которым он окинул ее. – И, насколько я могу судить по своему медицинскому опыту, в ближайшее время ты вряд ли подаришь мужу наследника. Может случиться так, что со временем у него исчезнет интерес к тебе.

Презрительно фыркнув, Питер отпустил волосы Юлии и небрежно развалился в одном из кресел.

– Кроме того, если до его ушей дойдет, какое внимание ты уделяешь неграм во время его отсутствия, это его не обрадует. С какой стороны ни взгляни, у тебя сейчас не очень завидное положение, и я надеюсь, что ты отдаешь себе в этом отчет.

Юлия сердито смотрела на Питера. Она не позволит загнать себя в угол.

– А если я расскажу Карлу о том, что Мартина тайно встречается со своей теткой, вы можете забыть о своих планах по поводу Розенбурга! Тогда, может быть, не будет никакой свадьбы!

Юлия увидела, как Питер вздрогнул в своем кресле. Значит, она попала в точку! Юлия повернулась на каблуках и покинула помещение, оставив потрясенного Питера одного. Одно очко в ее пользу. Несмотря на волнение и мужество, которое ей пришлось проявить, чтобы дать отпор Питеру, несмотря на то, что ее сердце разрывалось на части, Юлия улыбнулась.

В этот раз ей пришлось изобразить приступ лихорадки, чтобы избежать общества Карла, Мартины и прежде всего Питера. Юлия попросила Амру принести собравшимся ее извинения и предпочла остаться одна в комнате. Кири сразу же забеспокоилась, когда Юлия сказала, что ей нехорошо. Понадобилось некоторое время, чтобы объяснить служанке, что на самом деле она не больна. На лице рабыни было написано облегчение, когда Юлия в своей спальне объяснила: ей просто хочется побыть одной и, честно говоря, у нее ничего не болит. Однако в душе она даже обрадовалась, что Кири так о ней заботится, а не просто исполняет свои обязанности. Юлия сказала ей несколько ласковых слов и отослала к Амру. Ей нужно было побыть одной, ей нужно было подумать.

Пусть даже Юлия успешно отразила нападение, Питер недвусмысленно дал ей понять, какая роль отводится ей на плантации. А что, если он сказал правду? И если она не сможет подарить Карлу наследника, то всю жизнь проведет лишь в качестве живого украшения, а плантация все больше и больше будет отходить Питеру и Мартине. Юлии эта мысль показалась невыносимой. Однако в этом не было ничего невероятного, ведь Карл, в конце концов, был уже немолод, а в этой стране существовало великое множество болезней, которые неожиданно могли прервать человеческую жизнь. Юлия, будучи женой Карла, вполне имела право унаследовать Розенбург, и она это знала, однако муж никогда не доверил бы ей управление плантацией, пока бразды правления были в его руках. И тут, очевидно, Питер был для Карла на первом месте; может быть, Карл уже отдал по этому поводу соответствующие распоряжения. Юлия этого не знала. Ей надо было соблюдать осторожность и по отношению к Питеру тоже. Никто не мог бы сказать, какое влияние он имел на Карла. Юлия приняла решение: пока Питер находится на плантации, ей следует как можно меньше общаться с детьми рабов. У нее разрывалось сердце от одной мысли об этом, но вероятность того, что Карл обо всем узнает, была слишком велика.

В обеденное время в доме было тихо, и Юлия предалась сну. Ее разбудил скрип половиц в коридоре. Ни Амру, ни Кири в это время не ходили по дому, и другим рабам тоже не разрешалось мешать ее послеобеденному отдыху. Юлия выскользнула из постели и босиком подкралась к двери. Она осторожно приоткрыла дверь, посмотрела в коридор и увидела, как мелькнул рукав рубашки Карла, исчезающего в той комнате, которую ей не показала Амру. Что понадобилось ему там? Юлия тихо закрыла дверь и снова легла в постель.

Эта комната была «табу» – так сказала ей Амру, водя ее по дому. Тогда Юлия не восприняла всерьез важное выражение лица негритянки. В конце концов, внизу тоже были комнаты, которые использовались только рабами и куда вряд ли заходили белые. Юлия предполагала, что это – помещение для гостей, которое не использовалось, или, быть может, чулан, поэтому больше не стала ломать над этим голову, особенно после того, как когда-то нажала на ручку двери и обнаружила, что комната закрыта на ключ. Однако сейчас в ней проснулось любопытство.

Вечером, когда на плантацию опустилась ночь и утих оглушительный вечерний концерт обитателей леса, Юлия лежала в кровати и прислушивалась к глухим звукам. Кири часа два назад принесла ей напиток для сна и налила свежей воды в сосуд для мытья. Юлия спросила, ушли ли спать остальные.

– Миси Мартина снова спорила с масрой Карлом о свадьбе. Она рано ушла к себе в комнату. Масра Карл и масра Питер пили драм. Затем масра Питер также ушел. Масра Карл в одиночку выпил еще два стакана, а потом Айку отвел его спать, – с готовностью рассказала Кири.

– Спасибо, Кири. Ты тоже можешь идти.

Подозрения Юлии подтвердились. Она слышала, как Карл в соседней комнате заплетающимся языком давал указания Айку. Наконец голос ее мужа затих.