вроде кривой ухмылки.
- А сказать, что тебе нужно в бордель, ты не мог?! - снова начала возмущаться я.
- Продажная страсть иная, она отравляет. Такое способен переварить только очень сильный инкуб.
- А ты, конечно же, у нас слабак, - я ничего не могла поделать с сарказмом в своих словах.
- Я ослаблен долгим заключением и пятилетней диетой. Показать пальцем, кто меня на неё посадил, или сама догадаешься?
Огрызается, значит, всё ещё обратимо.
- Почему было просто не найти женщину в Лесовичке или столице? Я не держала тебя сутками подле себя.
- Ну конечно, какая женщина Зиреи не мечтает броситься в объятия демона? Это же розовая мечта каждой второй девицы, - издевательски прохрипел Зарза и раздраженно уставился прямо мне в глаза.
Стоит признать, он прав. К демону ни одна человеческая женщина не подойдет, слишком много разных страшных слухов ходит. Да и не балуют сальшиены Дриз своими визитами, им и на своем материке неплохо живется.
- Твоя правда, - уже спокойнее ответила, - но сказать ты должен был.
- Все что я должен, это не причинять тебе вреда, остальное лишь твои гиперболизированные запросы.
Его глаза потемнели, а голос стал угрожающим и рычащим. Похоже, демон никого не хочет подпускать близко и показывать свою слабость. Надо исправлять, и срочно.
- Тогда вали на все четыре стороны, и твоя судьба больше не будет меня волновать, - жестко, но необходимо. Я снова села на свою кровать.
Зарза сразу притих, а кулаки сжались, напряженно ложась на широко расставленные колени. А что он хотел, рогатый гордец. Никогда не жалела существ, губящих самих себя из-за глупых принципов.
Но смерти сальшиену я не желала. К тому же, он мне нравится, хороший товарищ получится со временем. Второй шанс заслуживает достойный.
- Или... - и я замолчала, ожидая реакции.
И она последовала. Кулаки разжались, а блеск вернулся, но он все равно не сильно спасал изможденный взгляд.
- Или смири гордость и прими помощь.
Полчаса. Ровно столько мы сидели напротив друг друга и не произносили и слова. Демон думал, я ждала. Спать хотелось неимоверно, но эту битву за жизнь я не собиралась проигрывать. Мое терпение и борьба со сном принесли свои плоды.
- Ты можешь мне помочь, - не просьба, констатация факта, но это лучше отказа от помощи.
- Говори.
Я готова была сорваться сейчас же, привезти его в Логово и отпустить в Шангес, чтобы он восстановил свои силы, но я никак не ожидала, что Зарза коварно улыбнется и заявит:
- Накорми меня.
Ступор, его я не испытывала с момента окончания военной академии. Забытое оцепенение и пустота в мыслях были еще одной неожиданностью, но быстро испарились под ревом моего дара, который твердил, что сто процентный успех мне обеспечен, если я... Эм... Пересп... Лягу... В общем, накормлю.
- Неужели воин первой руки так легко отступиться от своих намерений? - давил на меня демон своими подначиваниями.
Он тоже нервничал, но пытался скрыть это за хитрой усмешкой.
- И что мне нужно делать? - спросила, одной фразой решая для себя все.
- Для начала подойти поближе, - хохотнул Зарза, наблюдая мои отползания к стене.
Не сказать, что я не опытна или стеснительна, но делать это ради кормежки как-то не возбуждающе и странно.
- Ох и отольються тебе насмешки надо мной, - пригрозила сальшиену и подошла к нему.
Одним движением бедра заставила его развести колени еще шире, и предвинулась вплотную к паху демона. Зарза задрожал. Смешно ему больше не было. Поволока возбуждения накрыла глаза, а рот приоткрылся порождая частое прерывистое дыхание. Бедный мужик, пять лет давился кашей, представляя на ее месте пышногрудую обнаженную девицу. Как с ума еще не сошел?
Долго ждать демон себя не заставил. Меня затянули к себе на колени и запустили ладони под рубашку, поглаживая чувствительную спину. Косания были приятными, теплые руки расслабляли, развеивая напряженность. Я почувствовала, что соскальзываю с колен сальшиена и придвинулась ближе к уже обнаженному литому торсу. Ладони вцепились в плечи, плавное движение на встречу и Зарза издал стон. Низкий, хриплый, таким детей ночью пугать, но это точно было наслаждение. Прикосновения теплого женского тела к средоточию желания вырвали из него этот страшный звук. Не видела бы влажно распахнутых губ и капелек плота на лбу, решила бы, что он хочет мною закусить в традиционном смысле этого слова.
Мои попытки не свалиться с колен слишком понравились сальшиену и он, подхватив меня под ягодицы, повторил эти движения еще несколько раз, пытаясь вдавить меня в себя.
- Держись, - шепнул мужчина в приоткрытые в немом стоне от неожиданностей губы и резко поцеловал меня.
Грубо, страстно и неистово, вот только это меня мало интересовало. Не знаю, что сделал инкуб, но тело прошило таким концентрированным возбуждением, что я закричала прямо в рот демону. Еще никогда я не достигала пика лишь от прикосновения к губам. От этого невероятного разряда кололо кожу и ныло внизу живота. Все плыло перед глазами, и я потеряла счет времени.
Когда пришла в себя, демон сыто облизывался и терся носом о мои ключицы.
- Это что было? - тихо простонала ему в макушку, это все, на что я была сейчас способна.
- Результат пятилетнего воздержания. Тебя накрыло моим желанием. Инкубы не только поглощают возбуждение, мы его вызываем, - он еще раз причмокнул возле моей шеи и отстранился.
- Тебя не меньше десяти минут трясло как в лихорадке, - соблазнительно прошептал Зарза, медленно прикусил кончик моего носа и тихо добавил, - иди спать.
- А как же близость? - еще не очень хорошо соображая, уставилась на мужчину.
Я что, умудрилась пропустить ТАКОЕ?! Тут же осмотрела себя и с огромным облегчением поняла, что все еще в одежде, полностью, даже рубашка не расстегнута.
- А я не говорил, что тебе нужно спать со мной, я просил лишь накормить, - и этот коварный бог секса мягко ссадил меня со своих колен и начал подталкивать мягкими хлопками по бедру к моей кровати.
- Я полностью сыт и доволен, спасибо, - и длинный влажный язык снова обвел верхнюю губу по дуге, а затем и нижнюю, будто лаская, а не завершая приятный перекус. И как я раньше не замечала за демоном такого соблазнительного проведения, что предназначено вызывать дикую похоть. Права была бабушка, глазом моргнуть не успеешь, а уже тяжелая.
