и завозить для городских нужд необходимые продукты жизнеобеспечения. В том числе и горюче — смазочные материалы. И впервые город был включен в государственную программу Северного завоза. Мэр Панов собрал по этому поводу совещание, объявил фирму «ГКЛ» оператором завоза топлива и строго наказал своим службам, которые вообще не представляли себе ни масштаба задачи, ни ее денежного измерения, ни технологии исполнения, делать всё, как скажет «ГКЛ».
Всем этим раньше занимался комбинат в лице Северснаба, а город только получал со складов материалы, или из заправок горючее.
Вся организация процесса легла на плечи «ГКЛ». Даже годовую заявку на завоз делали сами. Администрация только ставила свои подписи под готовым документом.
Задача мэра была при каждом удобном случае напоминать губернатору об особом положении заполярных территорий и важности своевременного завоза. Фраза: "Надо успеть в навигацию. А иначе мы здесь вымрем уже до Нового года!!!" — должна звучать в ушах губернатора не менее пяти раз в день.
Собрали заявки со всех автохозяйств. Получалось не густо. Тогда Влад предложил включить туда и потребность комбината, хотя тот, как всегда, готовился обеспечивать свой завоз самостоятельно. Но в разосланном из Москвы бланке заявки была графа — потребность предприятий, и другая — потребность населения. Так что заявка приобрела солидный объём, была проштампована администрацией и ушла по инстанции. Оставалось ждать Указа президента о Северном завозе и выделении на это денег.
Началась навигация, пошли первые караваны, а Указа не было и неизвестно когда его ждать. Кремлевские игры — это надолго. Решили брать кредит в Сбербанке, добавлять немного своих средств, и завести хоть самый необходимый объем.
Начали искать поставщиков. Надежный партнер Изабелла ничем помочь не могла. Попала в историю с какой — то аферой, партнеры забрали товар и пропали. Практически, ее фирма была банкротом. Немного должны были получить из Ангарска по старым патентным договорам.
Но основной объем, неожиданно, закупили в Главном штабе Военно Морского Флота России. Нашли этих поставщиков братья Армановы в коммерческих водоворотах Москвы.
Влад собрался в командировку, прихватив с собой Сертификаты Сбербанка на приличную сумму. Эти бумаги очень хорошо заменяли наличные при расчетах. Особенно, когда суммы были большими.
Штаб ВМФ располагался в ни чем не примечательном здании на одной из площадей в центре Москвы. Если бы не лес специальных антенн на крыше, то вполне обыкновенный жилой дом. Вход через подъезд, со двора.
Матрос с автоматом проводил Влада на третий этаж. Там его встретил каплей (капитан — лейтенант) по фамилии Минкин, миниатюрный, кудрявый и черноглазый еврей, в форме и со всеми знаками отличия. Он долго и с явным недоверием выслушивал Влада. Но когда увидел стопку свеженьких банковских сертификатов, стал действовать быстро и слаженно, как учили знаменитые флотоводцы.
Краса и гордость Российского военного флота прихлопнул своей маленькой ладошкой стопку сертификатов и вытащил готовые договора на поставку. Надо было только прописать количество товара, сумму и сроки поставки, да реквизиты «ГКЛ».
В итоге через полчаса у Влада на руках был контракт. Какое — то «ООО» обязалось поставить шесть с половиной тысяч тонн бензина двух марок в согласованном ассортименте. С доставкой на Северскую нефтебазу с Ачинского НПЗ. Предоплата 70 %, остальное в течение месяца со дня приемки. Влад внес предоплату сертификатами Сбербанка и распрощался.
Минкин работал по — военному четко. Через три дня из Ачинска уже вышел первый танкер.
А Влад полетел в Читу закупать недостающий объем дизельного топлива. Его договорились брать из «Госрезерва». Организация эта была в те годы полувоенная. Забайкальским отделением, под Читой, командовал генерал. Настоящий русский богатырь околопенсионного возраста. Он не признавал никаких сертификатов. Взял портфель с оговоренной суммой наличными (свой интерес), дал команду на отгрузку и напомнил, что платить за товар надо после получения. Реквизиты счета для перевода — в договоре. Надо заметить, что в «Госрезерве» топливо было самым дешевым. Бухгалтера не спешили менять учетные цены хранения. На вопрос, не опустошит ли «ГКЛ» государственные закрома, успокоил:
— А мне уже зарядили новое топливо, на замену. У этого срок хранения выходит.
Он предложил из своих запасов изолирующие костюмы противохимической защиты, противогазы, армейские сапоги, солдатскую форму времен Великой Отечественной и тушенку 1947 года выпуска, «в смазке». Он даже вытер одну банку от солидола, открыл и уговорил Влада попробовать. Правда, первую ложку съел сам.
— Вкуснота! — хвалил он тушенку. Три срока пролежала, а, как новая! Да и качества ты такого сейчас не найдешь. А цена, копеечная.
Влад от предложений отказался — не наш профиль. Но координаты генерала дал своим друзьям, оптовикам продовольствия. Они пару вагонов тушенки пригнали в Северск.
— 300 % заработали, хвастались они сделкой.
Навигация подходила к концу. Указ всё гулял по коридорам Госдумы и Правительства. Север России уже считал себя обреченным на голодную и холодную зиму. Наконец, 1 сентября, когда в Заполярье уже кружился первый снег, Указ был подписан. Северску, конечно, не выделили всего, что было заявлено. Но и того, что пропустили, было с лихвой. До конца речной навигации оставалось меньше месяца!
В крае руководство Северным Завозом взял на себя, а точнее подмял, заместитель губернатора Глутов. Пожилой дядька с манерами и речью портового грузчика, не стесняясь в выражениях, послал «ГКЛ» подальше.
— Я сам знаю, кого нанимать и где брать горючее. Вы мне не нужны!
Понятно было, что у него есть «карманные» фирмы, с которыми оговорены все взаимные бонусы. Но столкнувшись с дефицитом судов для перевозки топлива по реке, поостыл. Решил так: зачем ему брать на себя ответственность за своевременную доставку топлива на Север?! Еще прихватит баржи льдом.
— Мы будем передавать Вам топливо в цистернах, на берегу. А уж перевалка в суда и доставка — ваши заботы, придумал он хитрую схему.
— Конечно, он закупит топливо, соберет свои пенки, а самое трудное оставит нам, — объясняли Влад с товарищами мэру.
Спорьте с губернатором до посинения, но пусть или отдадут нам весь процесс поставки, или довозят до нашей нефтебазы. А суда пусть губернатор им обеспечит, надавит на Пароходство.
На том и настояли.
Пошел аврал. Суда сыпались к причалам, как пчелы на цветы. Очереди на разгрузку. Споры, конфликты. Помогли неформальные отношения с Пароходством и директором Нефтебазы Фишером.
Когда лед окончательно встал на реке и последние баржи успели убежать на юг, в «ГКЛ» посчитали результат. Город был обеспечен на два года вперед! Конечно, об этом никто не собирался говорить вслух. Даже мэр и его администрация не были до конца в курсе. Им доложили, что до следующей навигации
