логичный вопрос, пусть и понимал, что не получу на него ответа.
Наличие служанок мягко намекало на то, что вряд ли меня ведут на какую-нибудь казнь. Скорее уж проследить, чтобы я хорошо выглядел или чтобы хорошо себя чувствовал.
И, собственно, я оказался недалеко от истины — меня повели мыться.
Окружённый заботой и вниманием конвоя из десяти человек меня сопроводили в баню или сауну, я даже не знаю, как правильно сказать. Здесь было так много пара, что я с трудом мог рассмотреть противоположную сторону помещения, укрытого белоснежным кафелем. Небольшой бассейн в центре и много-много отверстий в полу, через который поднимался пар.
Не успел я оглянуться, как меня уже начали раздевать, спуская мою несчастную пижаму.
— Эй-эй! Девушки, эй, ну харе! — не дал я им сдёрнуть с себя одежду. — Я понимаю, что приказ, туда-сюда, но можно я сам?
Они переглянулись, пожали плечами…
И продолжили пытаться стянуть с меня ночнушку под безразлично холодными взглядами невозмутимых стражников. Я ничего не имел против того, чтобы меня помыли и так далее, но ощущения были такими, будто я в тюрьме с надзирателями показался.
Можно было бы сейчас взыграться гордостью, всех оттолкнуть и так далее, но я решил, что это будет слишком тупо, устраивать сыр-бор из-за такой херни, а потому сдался на милость слугам. Те меня по-деловому быстро раздели, после чего буквально утащили на другой конец бани, где уложили на какой-то стол.
И здесь уже разделились: две разделись сами, вооружившись какими-то тряпками, две начали таскать вёдра с водой.
Меня начали мыть отмывать.
А вообще… а вообще… надо сказать, что это было даже приятно. Девушки, я имею ввиду, служанки, здесь были красивыми юными созданиями с приятными фигурами.
За своё время я конечно насмотрелся, однако любой мужчина меня бы понял — голых женщин мало не бывает. А юных девушек уж тем более. Особенно, когда они вокруг тебя хлопочут, отмывают и так далее.
Они натирали меня тряпками так, что едва кожу не стёрли. Да чего там, они и сами о меня тёрлись. Не специально, естественно, но тем не менее покайфовать можно было. Особенно, когда умом я понимал, что дальше вряд ли представиться возможность так отдохнуть.
Я даже уснул немного.
Правда проснулся довольно быстро, когда одна из них принялась осторожно подшивать мои колото-резанные раны на теле, придавая им более-менее нормальный вид.
Следом за этим меня буквально утащили в небольшой бассейн, где две голые бестии по-деловому начали меня обмывать, после чего передали тем двум другим, что ждали меня уже с полотенцем. Оглянуться не успел, а меня уже посадили на стул и начали подстригать, приводя в более-менее нормальный вид.
И вышел я из ванны уже чистеньким и свеженьким, но лишь ради того, чтобы попасть в комнату напротив, где меня начали одевать.
Ну как начали, они попытались, но надеть пиджак, который сняли, судя по виду, с какой-то мёртвой девушки, я отказался. Просто не дал себя одеть. Вместо этого, я сам выбрал то, что пришлось мне по вкусу, а именно сапоги, достаточно свободные брюки, и рубашку. Учитывая мир, в котором я оказался, рубашка была со всякими рюшечками и прочей ересью, но всё лучше, чем розовый пиджак. Я не готов стать настолько гламурным.
И все эти приготовления были лишь ради одного — чтобы я предстал перед главой рода, и не где-то, а в его личном кабинете. По крайней мере именно так выглядело место, куда меня отвели. Практически на другом конце поместья на самом верхнем этаже, где, прежде чем пройти дальше, необходимо было пройти через секретаря — девушку, которая была немного-немало десятого уровня.
И пусть она выглядела невинно и юно, я был не настолько дурак, чтобы не понять, что за головорез передо мной стоит. В глазах этой скромной девушки не было ничего. Вообще ничего. Пустота, холод и расчётливость — три пункта, которые были присущи убийцам по моим наблюдениям в этом мире, а я повидал немало таких людей.
И уже после приёмной, где она восседала, я попал в большой кабинет.
Хотя и кабинетом это назвать было сложно. Зал. Большой зал, где стояли чучела всяких животных, книжные шкафы, огромный камин и разная мебель, как тумбочки и диваны. Его стол расположился с другой стороны. Огромный из красного дерева стол, на котором мог лечь я во всю длину и ещё место осталось бы.
Сам глава рода господин Хоурс восседал на огромном чёрном кресле. Когда мы вошли, он лишь мельком скользнул по нам взглядом, после чего вернулся к бумагам. Напротив него на небольшой табуретке, будто тем самым пытаясь показать незначимость его посетителей, сидел уже знакомый мне старик.
За всё время я так и не выяснил, как его зовут, но мне это было и не столь важно. Единственное, что я хотел — свободы и избавиться от проклятия, которое меня теперь преследовало. А именно, вернуть свои силы.
— Присядь, — кивнул старик на один из табуретов.
И я… демонстративно сел в одно из кресел, чем заслужил взгляд вообще всех присутствующих. А именно стражи, которых здесь набралось немного-немало десять человек десятого уровня, самого хозяина кабинета, старика и ещё четырёх служанок, две из которых были здесь изначально.
Были ли это вызов? Был, естественно. Возможно, я и согласился сотрудничать с ними, возможно, они и имели передо мной на данный момент преимущество, но…
Я был одиннадцатым, а они всего лишь десятым. И пожелай я, может и с огромным трудом, может и ценой своей жизни, но отсюда никто не выйдет. А значит надо было расставить все точки над «и». Я не собачка, которой они могли спокойно приказывать. А ещё эта тема, когда тебя вызвали, но при этом заставляют ждать, чтобы показать твоё место…
Поэтому я вальяжно развалился в зеркале и тыкал в чучело какой-то белки, что стояла на столике. Если уж речь заходит об уважении, то оно должно быть взаимным.
— Кхм-кхм… — старик негромко привлёк моё внимание минут через пять.
— О, всё? Господин Хоурс закончил? — обрадовался я, вставая. — А то я засыпать начал.
— Побольше уважения, молодой человек, — с укоризною произнёс он.
— Ну это должно быть взаимно, а не звать меня в кабинет, чтобы заставить ждать, — ответил я с лёгкой обидой в голосе. — К тому же, я просто намекну на мгновение вам… Я одиннадцатый. Пусть и слабы, пусть и мёртвый, неполный,
