— Позже он говорил, что это была любовь. Любовь, ради которой он готов на все. Любовь, именно то, чего ему не хватало! Он готов был забыть о нашем плане, о том, что мы готовили долгие годы… Он предал! Отобрал и мою силу, и мою жизнь! Оставив мне жалкое подобие и крохотный шанс на возрождение!
Пока этот паразит скакал с темы на тему, я анализировала сказанное по крупицам. Если они планировали отомстить, значит был объект мести. Судя по всему, это те самые боги, взявшие на себя роль судий и воздавшие паразиту по заслугам за его наглость.
А если вспомнить о том, что душа бессмертна, а боги и вовсе не убиваемы, то выходит, что та самая колыбель тьмы из легенд на самом деле тюрьма для лишившегося своей силы бога. И предок Анта зря сослал в ту область, где был заточен сверженный бог, провинившийся род Ардежи. Лучше бы просто убил. Что-то мне подсказывает, этот божок был ими если не разбужен, так подпитан точно, а тот и рад. Небось нашел способ, чтобы их подчинить. Взялась же откуда-то легенда про чудо-дар, который можно получить. Наживка, для конкретного взятого рода, и она ведь сработала!
Вот он итог. Мужчина, в тело которого заключена душа бога. Вот только и сам Аржи как в клетке, и по какой-то причине самому ему и не спастись, и паразита не вывести.
— И что дальше? — спросила я вслух, чему сама удивилась. Мне казалось, голоса мне божок не возвращал, да и вообще я не планировала свои мысли озвучивать.
— Как ты освободилась? — осекшись на полуслове о битве между ним и предавшим его брате, спросил удивленно.
— Не знаю, — ответила честно. — Сама не ожидала.
— Значит уже близко, — сделал он странный вывод и поднялся из кресла. — Скоро мы увидим Антареса.
— С чего ты это взял?
— С того, что сам это спланировал. — Мужчина приблизился и подал мне руку. — Не пойдешь встречать своего героя? А придется, ведь только ты сможешь забрать для меня недостающую часть моей силы.
— Что?
— Сердце, — усмехнулся Аржи выдергивая меня из кресла. — Ты заберешь его сердце.
— Размечтался, — прошипела я. — Я не стану делать ничего подобного.
— За тебя это сделает сила, заключенная в тебе. И твоего мнения никто не спросит.
— С трудом в это верится.
— Какая ты недоверчивая. Заметь, Дана, я не собираюсь забирать его силу — я хочу вернуть себе свою. Ту самую, что отняли у меня. Лишив физического тела, заключив мой дух в камень на болотах.
— А то, что он в процессе умрет, тебя, конечно же, мало волнует?
— У всего есть своя цена. — Пожал плечами он и призвал свою магию.
— Подожди. Но я думала ты хочешь стать повелителем фэлроу и для этого создал себе это тело. Специально породнился с родом Ивредо и каким-то образом уговорил бога Руга тебе помогать.
— Руга — идиот, решивший, что я желаю восполнить пробел в равновесии. Вселенная и сама с этим справится. Фэлроу… Девочка, это всего лишь люди, когда-то разделившие божественный дар и сумевшие его сохранить. Кто-то в большей степени, кто-то в меньшей. Они, как и мы, боги, могут принимать любой образ, прибегать к магии, которая остальным расам недоступна. А что касается рода Ивредо, Одерви сделал все, чтобы моя сила не досталась никому, в ком нет его крови!
— Одерви? Так звали того бога, который полюбил смертную? Родоначальник Ивредо?
— Предатель, — собеседник яростно кивнул. — Идем!
— А как зовут тебя?
Ярко заискрилась магия, ослепляя и оглушая. Мой вопрос остался без ответа.
Глава 20
На этот раз мы переместились не так уж и далеко. Всего лишь на середину поля.
— Я одного так и не поняла. — Когда смогла связно мыслить после перемещения, произнесла я. — К чему было это платье и тот город? Ты вроде как обещал праздник, а в итоге мы проторчали в поле. Перенес бы сразу сюда, раз уж здесь, по твоей задумке произойдет завершающий этап твоего плана.
— А это был мой прощальный подарок Аржеару, — очаровательно улыбнувшись, ответил мужчина. — Ведь ты для него такая же избранная, как и для Антареса.
— Прощальный?
— Сегодня он исчезнет окончательно. Но так уж и быть, возродится где-то в другом мире.
Было ли мне жалко настоящего Аржи? Было. Но Антареса мне было жальче больше. Как и себя.
— А что предстоит мне?
— Ты станешь временным вместилищем излишков моей силы и проживешь дольше, чем думаешь, — лениво ответил он и задрал голову вверх.
— В смысле?
— Языком твоего мира — батарейкой ты будешь, которую я выпью до дна, когда это тело будет готово к полному изменению.
Такая себе перспектива.
— А тебя не смущает, что мне помогают боги? В частности Муар, который меня перенес. Ты же не думаешь, что ему понравится твое вмешательство?
— Они сохранят нейтралитет, как и сохраняли его много тысяч лет назад, когда меня лишали силы. А ведь тогда они могли вмешаться! Таковы правила равновесия. В открытую никто из них мне противостоять сейчас не имеет права.
Я замерла на месте, вдруг ощутив родственную магию. Швабра была где-то поблизости. Очень близко я бы сказала! Но сколько бы я не оглядывалась, ее не находила.
— Посмотри на небо, Дана.
Я задрала голову и застыла. У меня перехватило дыхание от открывшейся картины. Ночным небо быть перестало. Оно и раньше не сильно темно было, но сейчас… От яркой точки расходились волны золотистого и голубого цвета, они опутывали небо словно паутиной.
— Антарес и есть эта точка. — Будто прочитав мои мысли, произнес негодяй. — Они слились с ларинь, что мне и требовалось. А знаешь, что он пытается сделать?
— Залатать дырку в мирозданье и не пустить монстров на Крайнес. — Хрипло ответила ему.
— Дырку? — каркающе рассмеялся собеседник. — Девочка, эта дыра размером с материк Марен.
— Зачем? — только и выдохнула. — Ты ведь хотел только вернуть свою силу. Зачем уничтожать мир?
— Он и не будет уничтожен, но позже я избавлюсь от всех паразитов, его населяющих. Ты была права, я люблю пустынные пейзажи.
— Тогда ты просто выматываешь Антареса?
— Ты невнимательно слушала, мне было нужно его слияние с твоей ларинь. Угадаешь для чего?
— Нет, мой ум не постигает твою логику.
И я говорила предельно честно. Я вообще перестала что-либо понимать. Живой я этому Аржи не нужна. Как и наследник ему не нужен. Вечность он мне обещал. И видимо, не лгал. Просто вечность для меня будет в той форме, которая ему удобна — батарейка.
И повелителем он быть не хочет. Но тогда какой толк от его божественной силы? Если по факту, ему не интересна жизнь. Он не хочет ее ни создавать, ни наблюдать за тем, как развиваются его творения. Тогда для чего он так стремится вернуть свою власть и свой дар, однажды у него отнятый? Отомстить? Ну так всем богам все равно не отомстит. Они сплотятся и снова его заточат куда-нибудь. А не они, так другие, раз уж вселенная пустоты не терпит.
Это что, такой изощренный способ умереть? Точнее поиск того существа, которое смогло бы его убить?
— Ты ведь тяготился своим происхождением? — спросила его. — И на самом деле завидовал Одерви? И его любви, и тому, что он ушел с любимой в вечность, избавившись от бессмертия.
Мне ничего не ответили, но этого и не требовалось.
— Ты сказал, что ни один бог не даст ответа на то, откуда он взялся и почему имеет такие силы: создавать новую жизнь, воскрешать, влиять на души, в конце концов, повелевать ими. Ты искал ответ на этот вопрос. Ты страстно мечтаешь узнать и сколько тебе на самом деле лет, и где ты родился.
— Нет. Ни один бог не может навредить душе. Правда при определенных условиях.
— Но может на нее влиять, а также на физическую оболочку. — Мысленно отметила, что поиск самого себя он не отрицал, хоть и не подтвердил. Я поспешила закрепить успех. — Мало кто выберет перерождение находясь во цвету лет. Душа для многих эфемерное понятие, в то время как положение в обществе, финансовое благополучие, обладание благами — становится первоцелью. Вот только… Я уже умирала, ты просчитался. Я не стану ни батарейкой, ни еще кем, потому что не боюсь смерти. И непременно выберу ее в обход твоим планам.
