Читаем без скачивания Великая ложь XX века - Юрген Граф

В одной послевоенной Германии в лагерях «перемещенных лиц» насчитывалось 250 тыс. евреев, которые затем разъехались кто куда. Сэннинг отслеживает этот эмигрантский поток и показывает, какими, подчас авантюрными, путями евреи попадали на свою новую родину: многие годами жили в Иране или на Кипре, другие, прежде чем добраться до цели, заезжали в Марокко или Тунис.

По подсчетам Сэннинга, в СССР погибло 130 тыс., в других странах, оккупированных немцами, – чуть более 300 тыс. евреев, хотя верная цифра может быть на несколько сотен тысяч как выше, так и ниже. По нашему мнению, первое гораздо более вероятно, чем второе. Принимая во внимание множество статистических неточностей, не исключено, хотя и весьма маловероятно, что в общем и целом число погибших евреев надо исчислять в 1 млн. человек, из каковой цифры и исходил Рассинье, ставший в данной области первопроходцем.

Если даже газовых камер и систематического массового истребления не было, трагедия евреев остается все-таки ужасной; ее можно сравнить с трагедиями других народов, которых в мировой истории было немало. Например, с трагедией прибалтов, десятки тысяч которых были вывезены в Сибирь, где большая их часть погибла. С трагедией украинцев, которых Сталин преднамеренно обрек на голодную смерть. С трагедией русских, 40 млн. которых, очевидно, погибло от большевиков и войны. С трагедией поляков, чья столица в 1944 году была обращена в руины, тогда как Красная армия стояла на восточном берегу Вислы, ожидая полного подавления польского восстания. С трагедией восточных и судетских немцев, потерявшим около 3 млн. человек во время бесчеловечного изгнания. Полмиллиона-миллион евреев, погибших от войны и преследований, – большая цифра и нет никакой моральной причины, чтобы увеличивать ее в 6-12 раз.

Приведем цитату из газеты «Стэйт тайме», выходящей в штате Луизиана (США), от 24 ноября 1978 года [298]:

"Прежде Стейнберги жили в еврейском местечке в Польше. Это было до лагерей смерти Гитлера. Ныне здесь собралась большая группа из более 200 уцелевших и их потомков, чтобы вместе участвовать в четырехдневном празднике, который знаменательным образом начался в «День благодарения». Родственники прибыли из Канады, Франции, Англии, Аргентины, Колумбии, Израиля и 13 американских городов. «Это фантастика, – говорит Айрис Краснова из Чикаго, – здесь собрались пять поколений, от трехлетнего малыша до 85-летнего старца. Люди плачут от счастья и ощущают незабываемое. Это похоже на съезд беженцев Второй мировой войны».

Сэм Клапрада из Тель-Авива обомлел, увидев в салоне отеля Мэрриот международного аэропорта в Лос-Анджелесе внушительное генеалогическое древо. «Замечательно, что у меня столько родных», сказал он. Идея проведения семейного сбора исходила от Джо и Глэдис Стейнбергов из Лос-Анджелеса. /.../ Нелегко было разыскать членов семьи. «Сотни, – сказала г-жа Стейнберг, – были уничтожены при холокосте». Корни Стейнбергов – в довоенной Польше, в местечке Скарсейка-Камина. «Лишь немногие из наших продолжают жить там», – заявил Джо Стейнберг /.../

Элен, мать Айрис Красновой, прибывшая в США из Польши через Францию, развеселила собравшихся, заявив. «Я не могу удержать слез радости; мне не верится, что столько наших уцелело при холокосте. Тут видишь так много жизни – целое новое поколение. Это великолепно. Если Гитлер это увидел бы, то он перевернулся бы в гробу».

Действительно, перевернулся бы!

Из сотен человек, не найденных Джо и Глэдис Стейнбергами, многие, несомненно, погибли в гитлеровское время: были расстреляны айнзатц-командами, погребены под развалинами варшавского гетто, умерли от голода в лодзинском гетто, умерли от истощения в лагере Дора, от сыпняка – в Освенциме, убиты в каменоломнях Маутхаузена, замерзли при эвакуации из Освенцима в Гросс-Розен, погибли во время погромов, устроенных населением Литвы и восточной Польши после отступления Красной армии в 1941 году. Многие другие, как и найденные, живут, вероятно, в разных странах на Западе – от США до Аргентины и Израиля. Еще большее число проживает где-нибудь на бескрайних русских просторах или скончались там естественным путем. И очень многие, кто, по мнению родных, умер в огненном аду Освенцима, смерть нашли на самом деле в ледяном аду Сибири.

До конце XIX века рассеяние евреев среди иных народов казалось невозможным. Большая часть евреев жила в определенном регионе на западе Австро-Венгрии и востоке царской империи. Они говорили на одном языке – идише, имели одни обычаи и ассимилировались весьма слабо. Процесс рассеяния начался в конце прошлого века с эмиграции и болезненно ускорился во Вторую мировую войну. Более 80 % евреев живет сегодня в трех странах: США, России и Израиле, остальные разбросаны по всему свету. Ныне в мире насчитывается около 16 млн. евреев, почти сталью же, сколько до последней войны; демографически исчезновение евреев могут предотвратить лишь многодетные восточные евреи.

Отдельные судьбы

"Так вот, меня уже везли в лагерь уничтожения, но мне удалось бежать. Это было чудо ".

Эфраим Кишон, еврейский юморист [299].

От эпидемий и лишений в нацистских лагерях умирало множество евреев и неевреев, но это не было систематической политикой истребления, о чем свидетельствуют судьбы многих отдельных людей. Примо Леви пошел в партизаны, когда немцы вступили в Италию после свержения Муссолини. Его арестовали. Если бы, как участник Сопротивления, он попал в руки армии Муссолини в Ливии или Албании, то его бы тут же расстреляли или повесили на ближайшем дереве. С партизанами немцы тоже в основном не очень-то церемонились, но в это время они очень нуждались в рабочей силе. Поэтому они не тронули Леви, который на допросе объявил себя евреем, а отправили его на принудработы в Освенцим. Леви выжил и позже описал свои переживания в книге «Если это – человек».

Если придерживаться схемы, то «чистый еврей» и левый социалист австриец Бенедикт Каутский должен был неоднократно умереть. Семь лет провел он в лагерях и после войны написал книгу «Дьявол и проклятый». Его мать умерла в Биркенау, 80-ти лет, в декабре 1944 года, после продолжительной болезни. Заключение столь пожилых людей – позор, но оно не есть жажда уничтожения: к фрау Каутской приходил врач, и вряд ли бы она прожила дольше на свободе, учитывая страшные условия в конце 1944 года.

Отто Франк и его дочери Анна и Марго выжили в Освенциме. Франк оставался там до освобождения советскими войсками, а Анна и Марго были эвакуированы в Бельзен, где умерли, по всей вероятности, от сыпняка. Вторым браком Франк после войны женился на Эльфриде (Фритци) Гейрингер, чей первый муж умер в Маутхаузене за три дня до окончания войны. Их дочь Ева Шлосс в 1988 году, при содействии Э.Д. Кент, сочинила книгу «История Евы».

Как и большинство подобных «живых свидетельств», эта книга – смесь фактов и вымысла. Ева, несомненно, верно описывает голод, ужасные гигиенические условия и массовый мор от эпидемий в Освенциме-Биркенау. Но для подкрепления легенды о холокосте она вставляет такие пассажи [300]:

"Крепко сбитый капо встал перед первой шеренгой: «Что, нравится вам крематорий?» злобно крикнул он. «Там были загазованы ваши любимые родственнички, не соображавшие, какая судьба им уготована. Им сообщили, что они идут в баню, а вместо этого их сожгли. Вы с ними никогда больше не увидитесь».

На нервах заключенных играл также вездесущий д-р Менгеле [301]:

«Вы обе пойдете со мной к д-ру Менгеле», приказал нам один из офицеров /.../ Я знала, что Менгеле ставит над людьми страшные опыты. Он стерилизует и ампутирует без наркоза. /.../ Меня сразу провели в комнату, где за письменным столом сидел Менгеле. Он оглядел меня и прохрипел: «Раздевайся!» Я покорно сняла свое платье и предстала перед ним обнаженной..."

Для ревизионистов книга Евы Шлосс – настоящая находка [302], «В июне (1944) прибыли тысячи заключенные из Венгрии, которые трудились, не покладая рук, в „Канаде“ (так прозвали огромный вещевой склад). День за днем сортировали они для нацистов свой скарб».

Внимай и дивись! Ева ничего не пишет о сотнях тысяч венгерских евреев, которых уничтожили в газовых камерах в мае – июле 1944 года, а о тысячах, которые прибыли в июне и работали. Как Вы, г-н Ласло Варга, эксперт по холокосту в Венгрии и сотрудник почтенного профессора Бенца, объясните это? Далее Ева пишет [303]:

'Тем временем все мы догадались, что нацисты хотят покончить с евреями и что каждого из нас ждет смерть".

А страницей раньше говорилось [304]:

«Она сама привела меня к лечащему врачу и осталась в кабинете, чтобы меня исследовали, как следует. Врач, действительно, определил у меня тиф. Я чувствовала себя сквернейше, но Минни не хотела, чтобы я вернулась в больницу».

В другом месте Ева пишет [305]:

«Нас всех без исключения замучили вши /..,/ Их укусы оставляли маленькие кровяные прыщи, которые при расчесывании вскрывались /.../ Раз в неделю, после бани, нас посыпали каким-то порошком, который, убивая живых вшей, не уничтожал их яйца».