Иббриса.
— Электричка из Москвы прибывает сюда через десять минут, — сообщил джинн, изучая табло на перроне. — Может, пока мы встречаем ребенка, вы… — он многозначительно посмотрел на близнецов, — сгоняете в кассу за билетами? Неплохо было бы разделиться, хотя бы ненадолго.
— Пф-ф! — фыркнул Тан, выуживая из заднего кармана джинсов смартфон и помахивая им перед носом джинна. — Ты, старик, совсем отстал от жизни! Сидишь в своей бутылке и не знаешь, что сейчас билеты можно купить прямо из такси.
Но джинн не обратил не его насмешку никакого внимания, пристально вглядываясь в толпу.
— Не нравится мне тут, — тихо поделился он со вставшей рядом с ним Дашей. — Слишком много людей вокруг. А значит…
Что это значит, Даша узнать не успела, так как вдоль перрона с гудком и грохотом колес промчалась электричка, таща за собой бесчисленные вагоны с сидячими местами. Она принялась лихорадочно вспоминать, про какой вагон говорила ей Яна в утреннем телефонном разговоре, и побежала вслед за поездом по платформе, увидев заветную цифру.
На платформу из остановившегося поезда повалили люди. Резко запахло смазкой для рельсов и чьими-то духами. Даша, прокладывая себе дорогу локтями, подбежала к дверям седьмого вагона. Она не виделась с дочкой целых десять дней, и сейчас все остальные вопросы отступили на второй план.
Яна выбралась из вагона в расстегнутой куртке и без шапки, но Даша забыла, что ей полагается отругать дочь за то, что та не одевается перед выходом на мороз, а просто крепко стиснула ее в объятиях, ощущая, как щемит от счастья сердце. Наконец-то ее девочка снова рядом. У нее было такое ощущение, что прошли не десять дней, а целая вечность.
— Мам, ты чего? — Яна неловко высвободилась из слишком горячих материнских объятий и огляделась. — О, привет Иббрис. А это кто такие?
Даша запоздало огляделась и увидела, что их окружили со всех сторон ифриты: близнецы стояли слева и справа от нее, а чуть поодаль ежилась в тонком белом пальто Сиренн, и холодный ветер трепал ее длинные роскошные волосы.
— Ну, раз все в сборе, то можно отправляться. Наш поезд уже стоит на пятой платформе, — объявил Тан, помахивая своим смартфоном.
— Отправляться? Да я же только что приехала! — удивилась Яна. Иббрис подошел к ней и, нежно потрепав по голове, забрал ее чемодан.
— Пошли, — Даша подхватила дочь под руку. — Я по дороге тебе все расскажу и со всеми познакомлю. Это мои… коллеги. И мы едем в командировку! В Италию!
— В Италию! — взвизгнула Яна, повисая на Дашииной шее от радостного удивления.
Но в этот момент небо над ними вспыхнуло. Над перроном прямо в воздухе соткалась серебристая невесомая сеть, переливающаяся радужными искрами, и быстро начала оседать, окружая их тесно стоящую группу.
— Не с места! Вы арестованы за нарушение магической конвенции, пункт семнадцать дробь пять! — загремел словно бы отовсюду одновременно голос, подобный грому.
Ифриты и джинн, метнулись к Даше и Яне, прикрывая их со всех сторон. Иббрис, вскинул руку вверх, и вокруг них всех надулся гигантский мыльный пузырь, остановивший стягивающуюся сеть.
— Уберите сеть! Мы ничего не сделали! — завопил Тан, вместе с братом, Сиренн и Иббрисом обнимая Дашу с Яной.
— Конвенцией от 1536 года запрещено магическим существам собираться группами более двух особей в местах массового скопления людей, — невозмутимо сообщил громоподобный голос. — Сдавайтесь и следуйте за нами в министерство магических правонарушений для выяснения обстоятельств дела и вынесения наказания.
— Мы просто выполняли приказ повелителя! И нас двое! — снова закричал Тан. — Отпустите нас с братом!
— Прекратите сопротивление, или мы поволочем вас силой! — рявнул в ответ блюститель магического правопорядка. — Приказываю вам развеять щит и повиноваться закону.
Даша испуганно посмотрела на джинна, прижимая к себе дочь. Она и не знала, что в магическом мире есть свои законы и борцы с их нарушителями.
— Мы сдаемся и обещаем повиноваться, — громко проговорил джинн, попутно пихнув открывшего было рот Тана. — Уберите сеть, у нас тут двое людей. Сеть убьет их, если я развею щит.
Сеть заморгала, меняя форму и превращаясь в кубическую клетку с жесткими стенками и частыми сияющими серебром прутьями до самой мостовой перрона. Иббрис опустил руку, и мыльный пузырь лопнул, открывая Даше вид на внезапно опустевший вокзал и пятерых магов в длинных черных плащах и с короткими палицами, от которых тянулись к клетке магические серебристые нити. Четыре к углам клетки, а пятая к верхней плоскости.
— Теперь самое время телепортироваться или открыть портал, — шепнула Даша Тану, но он лишь огорченно покачал головой.
— Раньше надо было! Из этой клетки не телепортирует нас даже джинн, — пояснил Дан. — Теперь только доказывать свою невиновность и ждать, когда Наор узнает обо всем и явится за нами в министерство.
— Ого! Вот это улов! — из-за колонны вынырнул обладатель громоподобного голоса, оказавшийся на внешность щупленьким сутулым мужичонкой в видавшем виды твидовом пальто с «елочным» узором, бывшем в моде полвека назад. У Дашиной мамы до сих пор висело в шкафу такое, как напоминание о давно ушедшей юности.
— Джинн и целых три ифрита, — продолжал восхищаться громкоголосый, цокая языком. — Что собрало вас вместе? Неужели две человеческие девчонки?
— Веди давай, куда собирался, — невежливо огрызнулся Тан. — На допросе все расскажем.
— Расскажете, как миленькие, — мерзко захихикал их пленитель и махнул рукой пятерым магам. — Забирайте их!
Клетка, повинуясь движениям пяти палиц, засияла нестерпимым режущим глаз светом. Мир вокруг утонул в этом слепящем свечении, а пол из-под ног вдруг исчез, и, если бы не руки джинна и ифритов, поддерживающие со всех сторон, Даша бы упала. Перед глазами замелькали разноцветные пятна, а к горлу подступила тошнота. Воздуха вокруг не стало, и Даша, как ни силилась, не могла вздохнуть. А потом резко все закончилось с громким хлопком, как от лопнувшего бумажного пакета.
Они с Яной сидели на холодном каменном полу у ног стоящего рядом с ними джинна. Ифритов разметало по сторонам и тоже швырнуло на пол, где они со стонами и ругательствами приходили в себя. Голова по-прежнему кружилась, а под носом было влажно и горячо, кровь капала с верхней губы на белую блузку и джинсы.
— Мама, где мы? — заплакала Яна, прижимаясь к ней. И только тогда Даша смогла оглядеться.
Они оказались в темнице без стен и потолка. Джинн затеплил на ладони шарик, источающий мягкий желтый свет, который освещал небольшой пятачок каменного пола, сложенного из грубой брусчатки, на котором они сидели. У Сиренн в темноте светились глаза, как у кошки, а близнецы принялись ходить кругами, развешивая прямо в воздухе небольшие
