«Деладрие», только он со всех антенн выпалил бы коды распознавания и отобразился бы треугольником.
А тут – вопросительный знак.
Как это понимать?
Альберт откинулся на спинку кресла, позабыв о чае. Что гадать, ответ уже близко.
Через три минуты сквозь гермоворота и впрямь прошел «Деладрие». Только выглядел иначе.
На верхушке корпуса громоздился непонятной конструкции агрегат: куча-мала из креплений, шарообразных топливных баков, сопел и всякой всячины с проводами явно под напряжением.
Альберт бросил взгляд на Майкла Стюарта-Теста за пультом управления. Майкл только пожал плечами. Тем временем модифицированный аппарат в окне аккуратно коснулся бетонной опоры.
Гермозатвор над головой медленно пришел в движение.
* * *
Билл Линдон в соответствии с корпоративной ТБ облачился в полный скафандр. Забрала только не надвинул. Так позволялось. И перчатки снял – а за это по голове не погладят, но лучше уж так, чем неуклюжими пальцами навредить пациенту.
Билл выглянул в окошко «скорой». На его глазах гермодверь в вышине доползла до конца. Стены, пол и даже сама машина, где он стоял, содрогнулась от лязга запоров. Тут же на всю мощь заработали нагнетатели, и в «Порты Лая» с ураганным воем хлынул океан кислорода. Давление восстановилось не скоро – еще бы, в таком исполинском доке, – но вот на шлюзе «скорой» вспыхнула зеленая лампочка. Билл нажал кнопку, и дверь с шумом распахнулась.
Трап «Деладрие», содрогнувшись, пополз вниз. Билл направился вперед с аптечкой в руке… и тут в ноздри шибануло. Жуть! От вони аж желудок скрутило, пришлось рот кулаком заткнуть. Сплюнув на пол, Билл надвинул щиток и включил подачу воздуха.
Не спасло, миазмы успели проникнуть внутрь. Что же на борту стряслось?! По ощущениям, минимум десяток биотуалетов по стенам разметало. Даже нет, не так. Будто нечистотами залили до краев дом на колесах и бросили настаиваться на миссисипской духоте.
Запах все не уходил, пришлось надеть и перчатки. На трапе показались первые люди: двое с третьим под руки. Высыпал десяток пленных. Второй. Третий. Боже правый, сколько же их там набито? Все, не отвлекаться. Есть ли кто-нибудь с переломами, открытыми ранами? Нет, кажется, все более-менее целы. Ими пусть занимаются фельдшеры.
Людской поток на секунду прервался. Билл пока что окинул взглядом «Деладрие». Странный он, весь приземистый, с бронепластинами и мощными рессорами, а сверху вообще незнакомого вида конструкция. Матовые серые распорки вроде бы из спеченного алюминия, между ними – шарообразные баки. Месяц назад Билл в своей больнице прошел курс судового врача и прекрасно знал, что у топливных и кислородных баков своя окраска, а эти были как один серые. Об энергетической системе и говорить нечего. Вон там вроде бы блок маховиковых аккумуляторов для антигравитационных двигателей, но тоже странный. Больше стандартного и без экрана от осколков и сора… и без пылезащиты. Нельзя так. В космосе и чистом доке сор и пыль не грозят – то ли дело на поверхности. На кой черт переделывать аккумуляторы, если и обычные…
– Билл, тут двое с переломами и один с открытой раной!
– Бегу!
Билл оторвал взгляд от корабля и покрепче перехватил аптечку.
Глава 69
2064: ближняя сторона Луны, Аристилл, офис «Северной логистики»
Майк зевнул и нажал кнопку кофемашины. Так извелся из-за отсутствия вестей о «Деладрие», что проспал все на свете. Хотел до завтрака рассказать Хавьеру о встрече с Псами, да куда уж теперь: время к обеду.
Он вливал в кофе молоко, когда сквозь кухню пролетели два ополченца.
Так. Интересно.
Майк глотнул кофе.
Еще люди промчались.
В чем дело?
Он выглянул в коридор и махнул спешащему ассистенту. Тот и бровью не повел. Тогда пришлось загородить ему путь.
– Стоять! Что происходит?
– «Деладрие» вернулся!
Дарси! Майк поставил чашку на подлокотник ближайшего кресла. Она, конечно, моментально опрокинулась, но этого он уже не застал, потому что со всех ног мчался к выходу.
У дверей его остановили двое ополченцев – знакомых.
– Ребята, «Деладрие»…
Голос подал крепко сбитый.
– Ни за что. Приказ.
– Там же Дарси!
Он же вскинул руку.
– Генерал Дьюитт четко дал понять: именно вам из офиса – ни ногой. Опасно. У нас только и есть что смутные донесения. Вдруг это обманный маневр внедренных диверсантов?
Майк стал протискиваться к двери, но боец взял его за плечо. Пальцы – дубовые. Отпихнуть бы его…
Охранник будто прочитал эту мысль.
– Мистер Мартин, знаю, тяжело. Но нельзя.
– Где Дьюитт?
– В доках руководит…
– Я ему позвоню, и он вам лично отдаст приказ.
– Не возражаю. Даже с вами туда поеду.
Не успел Майк вытащить телефон, раздался звонок. На экране: «Дьюитт». Он нажал зеленую трубку.
– Мэтт, как раз хотел…
– Майк, это я, – шепотом прозвучало из динамика.
– Дарси!
– Мэтт дал поговорить…
– Ты не ранена? Что…
– Обезвожена. Голова трещит и… Майк, Мэтт очень просит не приезжать. Обещаешь?
– Дарси, да как же я…
– Умоляю. Мэтт говорит, опасно.
Да что ж заладили-то! Пальцы сжались в кулак.
– Ладно, слово даю. Когда ты…
Голос угасал. Она будто проваливалась в сон.
– Я в четвертом. Водно-солевой… Завтра найду какую-нибудь одежду и приеду. Майк, я люблю тебя.
– В смысле «одежду»? – опешил Майк. – Какую одежду?
Телефон перешел к Дьюитту.
– Майк, это Мэтт. Потерпи, скоро увидишься с Дарси. Только сиди тихо, слышишь?
Майк с кислой физиономией сбросил вызов.
Час от часу не легче.
Обезвожена, говорит, одежды нет. Черт знает что. Дарси небось натерпелась в застенках, а сама велит замереть на месте и не отмирать!
Майк зашагал в свой кабинет, не обращая внимания на кресло с кофейной лужей. Чем теперь занять полдня тревог?
Скрепя сердце он покрутил на мониторе чертежи ГПМ класса «D», приблизил механизм установки тюбингов, на том и бросил. Тогда полистал новостные каналы и блоги. Судачили о землетрясении в Гаитяно-Доминиканском протекторате – ура-патриоты уже тут как тут с роликами разной степени достоверности и нравоучительной трепотней. На Гаити у них то техасцы-бунтари устроили теракт, то аристилльские налоговые преступники дали залп из лучевого оружия, то «зеленые» сказали свое слово по поводу кризиса экосистемы.
Майк закрыл страницу с глаз долой и поискал глазами чашку. Куда сбежала?
– Майк, к вам пришли.
Неужели Дарси? Так быстро?! Сказала же, что завтра…
Ополченец ввел в кабинет девушку и снял с нее повязку. Вчерашний подросток, еще нет и двадцати пяти, брюнетка. Она убрала прядь за ухо и вытянула руку.
– Селена Харгрейвз. Рада встрече.
– Мы знакомы?
Она слегка понурилась.
– Я независимый журналист. Неделю-две назад предложила вашим ассистентам интервью.
Майк недоумевал.
– Я… как
