class="p1">— Работа такая. Мы должны спасать людей. — С гордостью произнёс Фёдор Дмитриевич. — Их тела спасут десятки жизней…
— Я забираю их. — Перебил я доктора, устав слушать его завуалированные слова, означающие лишь то, что девочек держат как холодильники с органами.
— Что? В каком смысле, забираете? — Нахмурился главврач и впился в меня своим суровым взглядом. — Вы не имеете на это никакого права!
— Дарин… — Окликнул я Демьянову.
Дарья поднялась с пола, порылась в сумочке, выудила оттуда несколько листов бумаги, сунула доктору под нос и вернулась к девочкам, снова положив на них руки и прикрыв глаза.
— Вы берёте девочек в слуги Рода? Зачем? Они же не дееспособны!
— Это уже не ваша забота, Фёдор Дмитриевич. Документ у Вас, есть? Есть. Мы можем их забрать, или Вы собираетесь препятствовать? — Я снова демонстративно поднял одну бровь вверх. Что не так с моей бровью? Где я подглядел это нелепый жест? Нужно завязывать.
— Забирайте! Я не буду препятствовать… И проваливайте из моей больницы, чтобы я вас больше здесь не видел! Сраные аристократы… — Последнее доктор едва различимо проворчал себе под нос. — Вы их не спасёте, а только зря угробите…
Я даже не заметил, как Дарья взметнулась, словно коршун, и через секунду шипела в лицо доктора:
— Ты — смерд! Ещё одно подобное высказывание, одно слово, и ты сдохнешь прямо здесь! Моё терпение не безгранично! Если господин Романов решил забрать девочек, значит, он их заберёт. И не твоё дело, что мы с ними будем делать. Ты понял?! Ты жив лишь потому, что в чём-то прав, отчасти. Не все Аристо приличные люди. Но впредь, подбирай выражения, или выясни сначала, с кем разговариваешь, прежде чем делать выводы!
— Простите, Госпожа! — Побледнел доктор, глядя на острый клинок, упирающийся ему в грудь. — Я могу идти?
— Иди!
— Они дотянут до дома без аппаратов? — Спросил я у Дарьи, едва дверь палаты закрылась за главврачом.
— Я подлатала их немного. — Пожала она плечами. — Несколько часов они будут стабильны… Но аппараты лучше взять, без них они просто не могут дышать. Хм…
— Что за «хм»?
— Зачем, Майки? Я проверила их. Доктор прав — они безнадёжны. Мы их не спасём. И я даже не о телах говорю. Девочки давно мертвы здесь. — Демьянова постучала по своему виску.
— Я знаю, Дарин. Я знаю…
Домой мы вернулись поздно. Подобрали комнату для наших «госте й» на втором этаже поместья, оборудовали им спальные места, подключили аппараты жизнедеятельности и я занёс лёгкие, словно пушинки, тела наверх. Отправил всех своих спать, сам уселся прямо на полу в комнате девочек, и… и немного растерялся.
План был… Вернее, не было чёткого плана. У меня есть две полудохлые оболочки и два сознания Николь и Машки где-то там, в необъятном космосе. Как их соединить в одно целое? Это вообще возможно? Может я зря всё это затеял? Не попробуешь, не узнаешь…
Я горько усмехнулся. Чем-то всё это напоминало мне детскую загадку с козой, капустой и волком. Нужно перевести на лодке всех на противоположный берег, но одновременно можно брать с собой в лодку только что-то одно.
Перевезу козу, потом… Если перевезу волка и оставлю его на том берегу вместе с козой, он её сожрёт, пока я буду плавать за капустой. Если перевезу капусту второй, коза её съест, пока я буду плавать за волком.
Нахрена мне перевозить волка, интересно? Что за дебильная загадка? И что там за капуста такая, раз она не может влезть в лодку вместе с волком? Ладно, это просто детская задачка. Зачем я вообще всерьёз о ней размышляю? У меня тут ребус посложнее…
Для начала, нужно нанести Узор Шавки на каждую девочку, чтобы они не умерли в таком жалком состоянии. Хотя, Узор не нужно наносить, а просто активировать. Однажды я уже нанёс его на их тела…
С этим было просто. Правда толку от этого… Моя регенерация не поставит их на ноги, в их истощённых телах просто нет нужного для восстановления тела материала. Ни жирка, ни мяска… Ладно. Главное, чтоб не умерли. Потом моя регенерация заработает, когда они смогут сами питаться.
Затем пришёл черёд «Якоря». Я достал нож, расстегнул больничный халат на костлявой груди одной из девочек, покачал головой от нахлынувших на меня чувств, и принялся чертить…
Работа отняла много времени, почти до самого утра. Когда было покончено с Узорами, я сходил в столовую, посидел в тишине и выпил огромную чашку кофе. Закинул в рот пару сладких сухариков, собрался с мыслями, и пошёл обратно. Это было самоё лёгкое…
Вернулся в комнату, лёг на толстый ворсистый ковёр на полу, закрыл глаза и активировал Взор.
В эти «пятнашки» пришлось играть целых три дня… Что я делал все эти три дня, помнилось смутно. Вернее, я всё помнил, но всё это слилось в какой-то калейдоскоп прыжков, блужданий, смертей, перерождений… В какой-то момент приходилось просто отдыхать, лёжа на полу и не отрываясь от созерцания потолка… Особенно, когда я прыгал в эти немощные девчачьи тела… В них было неуютно. Не знаю почему. Может потому, что они были слишком слабы, а может потому, что мне это было не по душе. Быть девушкой, женщиной — э, нет! Даже временно.
Взор. Прогулка по астралу. Тащу за собой душу/разум/сознание Николь, словно на ниточке. Мы возвращаемся в моё тело, и я активирую Перерождение. Умираю, и переношусь в тело девочки. Ненадолго, всего на несколько часов — лишь для того, чтобы очнуться, зарядить силой Узоры и снова активировать Перерождение, меняясь сознанием. Почти то же самое, что я сделал недавно с Ярославом.
Сраные «пятнашки»!
С Николь не было никаких проблем. Мне кажется, моя блондинка пошла бы за мной и в огонь, и в воду. Как же сильно я по ней скучал! Это первый человек в этом новом мире, который меня полюбил… Или которого полюбил я…
А вот с Машей было всё непросто. У Марии сложный характер. Нет, это не плохо, каждый человек уникален по-своему… Но Маша… В тот момент я готов был убить её заново! Ну не хотела она возвращаться…
Обняла, прижалась ко мне своим призрачным невесомым телом, и долго молчала. Час, может два, а может десять. Время здесь текло иначе.
— Зачем, Майки? Я мертва. Оставим всё
