его брюхо распухло до таких размеров, что самому ему за нами не угнаться. Да чего уж там, ему теперь даже на лапы встать вряд ли получится. Может, и правда пускай себе лежит кверху брюхом и помирает от собственной жадности…
— Эх, ладно иди сюда жрун несчастный, — я подхожу ближе и хватаю крыса за шкирку.
Всё, теперь точно пора отсюда сваливать, а то как бы этот доморощенный любитель пилюль Ян Гэ снова сюда ни нагрянул и не увидел, как один не в меру упитанный крыс сожрал его драгоценные пилюли. Те самые пилюли, которые я ему брать запретил.
Впрочем, даже после того как крыс сожрал их целую кучу, я всё ещё думаю, что есть их или тем более брать с собой — это плохая идея. Уж слишком легко они нам достались. Здесь явно есть какой-то подвох. Возможно даже что эти пилюли отравлены или того хуже — могут вызвать длительное несварение!
— Если скоро сдохнешь от отравления или внезапно обделаешься — пеняй на себя.
— Пиеее!!!
С одной проблемой вроде как разобрались, теперь осталось понять, как отвадить Ян Гэ от возвращения в эту чёртову комнату. А ведь он точно захочет вернуться, когда узнает, что какой-то презренный крыс сожрал его любимые таблетки.
С другой стороны, я ведь могу ему об этом и не рассказывать? Ну а то, что один знакомый нам грызун вдруг ни с того ни с сего распух до небывалых размеров, так этому можно найти вполне логичное объяснение.
— Если что, ты ждёшь детей?
— ПИ???
* * *
К счастью, объяснять ничего не пришлось. Когда мы с крысом переступили порог и внезапно для себя оказались не в очередной комнате, а в подземном проходе Ян Гэ уже и след простыл.
— Думаешь, он снова нас бросил?
— Пиеее!
Ладно делать всё равно нечего придётся топать дальше самим. Да и не думаю, что он успел далеко отойти.
Взвесив все за и против, отправляюсь в единственную возможную сторону, дальше по подземному коридору.
Дальнейший наш с крысом путь проходит в полном молчании. Нам обоим сейчас не до разговоров. Ему — потому что обожрался и не может толком издать и звука, ну а мне — что делать нечего разговаривать с этим предателем? Нет, я, конечно, понимаю, что он крыса, но жрать в крысу прямо у меня за спиной — это уже перебор. Я-то думал мы с ним на одной волне: вместе тренируемся, вместе набиваем животы. А этот гад взял и так подло меня кинул…Обидно.
Впрочем, обида эта довольно быстро сходит на нет, стоит нам только выйти из тоннеля. А всё потому, что, покинув проход, мы внезапно оказываемся не где-нибудь, а в том самом гроте, с которого и начали свой путь по дороге хитрости.
— Тайный проход, — встречает меня на месте Ян Гэ.
Ну это я уже и сам понял. Теперь помимо трёх проходов у грота появился ещё один. Разве что на этот раз без путевого столбика — ну так на то он и тайный проход, чтобы его никак не обозначать.
— Выходит, осталась лишь дорога силы, — с предвкушением произношу я.
— Да, похоже, ещё немного и мы покинем это место…Эммм, брат Су Чень, а что это у твоего крыса с животом?
— Нагулял.
* * *
Дорога силы — сколько приятного в этих словах. А ведь я, можно сказать, всегда ей следовал и вот теперь мне представилась возможность проверить себя. Доказать самому себе, что всё было не зря.
— На этом всё брат Су Чень, дальше нам не пройти.
Ну это мы ещё посмотрим. Хотя я понимаю, о чём он говорит. Этот огромный каменный шар, что загораживает нам путь, будет не так-то просто сдвинуть. Тем более что и сам шар придётся толкать не просто перед собой, а в гору.
Я ещё раз оглядываю предстоящий фронт работ. На поверку у нас имеется ровный тоннель, уходящий куда-то вверх, лоток под здоровенный шар и собственно сам шар, который по этому лотку придётся катить.
Задача, конечно, не из лёгких, но, думаю, я справлюсь…
— Это испытание, оно мне знакомо, — продолжает толкать свою упадническую речь Ян Гэ. — Его проводят у нас в секте специально для старших учеников, дабы проверить, насколько мастерски они освоили Шелковую ладонь. Суть испытания довольно проста — нужно направить силу катящегося с горы шара против него самого и, таким образом, поднять его на вершину. Вот только у нас в Мудан для этого используют не камни, а снежные шары. И, как ты наверняка уже догадался, снежные шары в отличие от каменных увеличивают свой вес постепенно по мере нарастания на них снега. Это куда легче, чем то, что нам предстоит. Но даже так данное испытание проходит лишь один из десятка учеников…
— Один из десятка — неплохо, шансы довольно высоки.
— Ты не понимаешь! Представь, как поднимаешься в гору и всё это время тебя пытается раздавить нечто куда более тяжело и большое, чем ты сам!
А чего мне представлять? Я почти всю свою сознательную жизнь, будучи в зале, боролся с тем же самым. Сначала в бытность свою обычным мальчишкой меня прижимал к земле пустой гриф от штанги. Потом я чуть подрос и к грифу добавились первые блины. А ещё через несколько лет мне уже приходилось собирать эти самые блины со всего зала, чтобы снова почувствовать как нечто тяжёлое и большое пытается меня раздавить. И вот теперь меня хотят напугать тем, ради чего я жил? Смешно.
Эх, если бы он только знал, что меня уже однажды раздавило чем-то большим и очень тяжёлым. И даже так я не испытываю ни капли страха перед этим каменным шаром. Я обязательно сдвину его, а после закачу на эту чёртову гору — не зря же я всю свою жизнь только и делал, что поднимал тяжести? Так что если я в чём и хорош, то именно в борьбе с чем-то большим и очень тяжёлым. Уж в этом-то я никому не проиграю!
— Ну, погнали! — я с силой хлопая себя ладонями по лицу, а после принимаюсь избавляться от халата.
— Эй, чего это ты задумал⁈ — внезапно краснеет Ян Гэ. — А ну, прекрати…
— Если я испорчу ещё один халат, то наставник Чой меня точно прибьёт.
— Испортишь? — удивлённо переспрашивает
