— По-моему, я тебе все доступно объяснил. А ты — как «Воплощение Разума», вообще должен понимать все с полуслова.
Даниэль мысленно досчитал до десяти, что бы сохранить остатки своих нервов. Когда желание убивать почти прошло, он наклонился над Кристианом. Положил ему ладонь на грудь и нажал с такой силой, будто одним толчком хотел перезапустить его сердце.
И это действительно помогло. Но вместо обычного спокойного пробуждения, Кристиан вскочил так резко, что сбил Даниэля с ног.
— Эй, ты чего? — обиженно вскрикнул Даниэль.
Кристиан усиленно потряс головой. Мутный взгляд прояснился.
— Ох, прости, Дани, — Кристиан протянул ему руку, помогая встать.
— Это нормальная реакция, — Давид с усмешкой наблюдал за происходящим. — Повезло еще, что он тебе не врезал. Такое тоже бывает. Правда, в том случае, уже пришлось бы приводить в чувство тебя самого.
Даниэль злобно стрельнул глазами.
— А предупредить никак нельзя было? Хотя, о чем это я? — прервал он сам на себя. — Для этого, ведь нужно обладать хоть какими-то представлениями о морали.
— Если хочешь, можешь начать просвещать меня прямо сейчас, — любезно предложил Давид. — Правда, Кристиану нужно как можно скорее добраться до Амрилана. Пока он еще в состоянии это сделать. Но я так понимаю, мораль важнее.
Даниэль скрипнул зубами, но промолчал. В одном этот хам прав — нужно торопиться.
Глава 24 — Коварный план
— Эти латы отвратительны! — Ашандар сорвал с себя металическую перчатку и бросил в маленького юркого гоблина. Тот ловко увернулся и перчатка полетела прямо в раскрытый горн кузнечной печи. — Любая магическая атака может мне повредить.
— Но вы же непобедимы, повелитель, — смиренно поклонился кузнец.
— Ну, и что? Это не повод, чтобы плохо выполнять свою работу, — взмахнул руками Ашандар. — Кроме того, я уже сотни раз говорил, что мне нравится желтый цвет. Ну, в крайнем случае — оранжевый. А ты мне опять впихиваешь черный. Меня уже тошнит от него!
— А я уже сотни раз вам объясняла, что в желтом цвете вы не сможете произвести никакого устрашающего эффекта, — в кузню вошла Зельда. Холодная и безэмоциональная как всегда.
Повернувшись к ней, Ашандар позвал её притворно радостным голосом.
— А, и ты здесь? Ну, входи-входи. Есть какие-нибудь интересные новости? Например, о великой битве Избранных и ночных всадников?
— Уверена, что вам, повелитель, уже известно о случившимся, — учтиво поклонилась Зельда.
— Да, известно, — голос Ашандара дрожал от переполняющего гнева. — Потрудись объяснить. Как пятьдесят моих лучших ночных всадников умудрились проиграть двум. Можно сказать — одному с половиной Избранным?
Лицо Зельды осталось неизменным, но в глазах промелькнула досада.
— К ним успел присоединиться темный эльф, мы опоздали.
— Хорошо, — угрожающе сложил руки на груди Ашандар. — Они не смогли убить этого эльфа. Не смогли убить мага. Но я не понимаю, как полсотни великолепно обученных бойцов, не смогли расправиться с одним жалким человеком?!
— Им это почти удалось, но…
— Я не принимаю никаких «но», — вскинул руки Ашандар. Надетые на нем латы начали краснеть, словно их постепенно накаляли на огне. — У них было простое задание — убить рыцаря, который и так еле дышал. Как вы могли его провалить?!
— Повелитель! — испуганно прервала его Зельда — Вы опять дымитесь!
Из-под брони Ашандара действительно начал валить дым. Словно туда кто-то уронил несколько коробок горящих спичек. Уже привыкший к подобным инцидентам, кузнец тут же окатил своего повелителя ледяной водой из стоящего на столе ведра.
— О, нет, снова. Как же я это ненавижу, — Ашандар сплюнул воду попавшую в рот и оглядел себя. Латы расплавились прямо на нем. — Теперь снова придется их отдирать. А это далеко не самый приятный процесс, — пожаловался он.
Зельда качнула головой, изображая сочувствие.
— Вы должны себя беречь, — она заботливо дотронулась до оголившегося бицепса Ашандара.
Ашандар дернул плечом, скидывая её ладонь и повернулся кузнецу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Сделай мне огнеупорные латы. И побыстрее, я сам собираюсь взяться за дело. Возьму драунгов и убью хранительницу вместе с похитившим её колдуном.
Зельда покачала головой.
— Пусть они обходятся без вас. И если каким-то чудом девушке удастся уцелеть, значит, так тому и быть.
Брови Ашандара сначала ошарашенно взлетели вверх, а потом полностью сошлись на переносице.
— Я не понял. Ты что сморозила? Ты предлагаешь мне сдаться и смиренно ждать, пока эти ландорийские герои придут за мной? Ты же отлично знаешь — в схватке с ними мне суждено проиграть.
— Да, если речь идет о сражении, — спокойно кивнула Зельда. — Но, я предлагаю кое-что поинтереснее — сменить тактику в случае проигрыша драунгов.
Ашандар вопросительно взглянул на неё.
— К чему ты ведёшь? Не понимаю.
Зельда чуть улыбнулась, обнажив один развитой клык.
— Я объясню. Во время вашей первой попытки захватить Ландорию, вы пытались убить Избранных и потерпели поражение. Было бы глупо повторять те же ошибки.
— И? — скрестил руки на груди Ашандар.
— Если мы не можем их победить, значит нужно переманить их на свою сторону.
— Ага, прямо таки они и пойдут, — усомнился Ашандар. — Хотя, — он мечтательно возвел глаза к потолку. — Это было бы прекрасно. «Воплощение Силы» был бы моим личным телохранителем, «Воплощение Разума» — возглавлял магические отряды, «Воля» — карательные операции, а хранительница…, — Ашандар запнулся. — Нет, ее все равно необходимо убить. Она никогда не будет служить злу.
— Совсем не обязательно, — покачала Зельда головой. — Конечно, ваша кровожадность вызывает у меня только восхищение. Но я нашла очень интересное предсказание в «Черной книге судеб»
— Ну? — закатил глаза Ашандар.
— «И погрузится Ландория в мрак
Будет править там хаос и зло.
Когда исчадие ада и света дитя
Заключат любви истинной брак», — продекламировала Зельда.
— Так себе стишок, — заметил Ашандар. — Тем более, я не понимаю, что полезного можно из него извлечь. Я уже неоднократно его читал. Это предсказание про моих родителей. Демон Даркай, чародейка Лейла и я — исчадие тьмы.
Зельда еле заметно кивнула, явно ожидая такого ответа.
— Я тоже так думала. Пока меня не осенила простая мысль — ваша мать при всей её неизмеримой доброте, была всего лишь чародейкой. А дети света — это никто иные как хранители.
— То есть, ты предлагаешь мне жениться на хранительнице? — на всякий случай уточнил Ашандар.
— Именно.
Он уверенно махнул рукой
— Проще простого. Убью Меркса, заберу девчонку к себе в замок и силой заставлю выйти за себя замуж. Классика жанра как говорится. Так ведь, обычно все самые ужасные злодеи в сказках поступают?
— Увы, мой повелитель всё не так просто, — охладила его пыл Зельда. — Вся загвоздка в том, что брак должен быть «любви истинной». Если вы просто вынудите хранительницу к нему, ничего не произойдет. Она должна в вас влюбиться.
Запрокинув голову, Ашандар расхохотался.
— Очень смешная шутка.
Зельда терпеливо дождалась, пока он успокоится:
— К сожалению, нет. И единственный способ достичь желаемого результата, это находиться возле неё.
— Пф, — скривился Ашандар. — Тогда возвращаемся к первоначальному плану. Я её убиваю, а остальных заставляю служить себе.
Зельда неодобрительно прищурилась.
— Неужели вас не прельщает полная власть и непобедимость? К тому же, склонить на свою сторону защитника света не удавалось ни одному демону. Вы можете стать первым.
— Но для этого нужно приложить большие усилия, — нехотя буркнул Ашандар. — Мне лень.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Поверьте, та власть и слава, которую вы получите в случае успеха, стоят проведенной работе, — медленно и терпеливо продолжала убеждать Зельда. — О вас будут ходить легенды.
— Они уже и так ходят. Никто не имеет большую известность, чем Ашандар — великий и ужасный.
