хату.
С показной ленцой, проговорил сидевший напротив него мужчина. Сказано данное приветствие было явно для того, чтобы посмотреть на его реакцию.
— Здравствуйте.
Ответил, как можно ровнее Склон, не пускаясь в подражание этой мерзкой и богопротивной уголовщине.
— Мне вас рекомендовали как очень хорошего специалиста своего дела. Говорят, у вас не бывает осечек. И вы беретесь за любой заказ на усмотрение клиента.
Колотый, смотря на сидевшего напротив него заказчика уже составил для себя мнение кто перед ним. Это явно церковник, забредший в их хлебные края за кем-то провинившимся против их поганой инквизиции. Но ему все равно, главное это полученные за работу монеты. Так уж повелось, что это для него просто работа и ничего большего.
— Вы знаете в пригороде человека по имени Барон де Блер?
Вопросительно произнес Склон смотря на наемного убийцу. Но тот, поперебирав в уме сказанное, отрицательно мотнул головой.
— У вас его еще прозывают Темный Князь.
Продолжил разъяснение церковник. Колотый еле удержал рванувшую наружу эмоцию. Так вот по чью душу пожаловал сюда этот святоша.
— Да, такой мне знаком. Но если речь пойдет именно о нем, то я запрошу плату втрое и вперед.
Склон от такого высказывания аж едва не поперхнулся. Этот душегуб берет и так не малые монеты за свою грязную работу, а здесь и вовсе прозвучал просто грабеж. У него это все что есть, даже на проживание и еду не остается. Вот только другого такого убийцу ему не найти.
— Если цена не устраивает, то я пошел. Разошлись как в море корабли, так у нас говорят. Это тебе не просто человека отработать на раз. Это авторитет в криминальном мире и если оступиться, то спрос будет уже не со стороны стражи, а оттуда. Все ясно?
Церковник явно заволновался, подыскивая слова для продолжения договора. Но потом так и не найдя, выдал простое.
— Я согласен.
В конце концов можно и нищим странником по дорогам добраться назад в герцогство. Главное это выполнить поручение его святейшества отца Бенидикта. Никто не может безнаказанно посягать на святую веру. Ему хватило ума не водружать кошель с монетами на столешницу перед сидящим напротив него убийцей. Он устроил его рядом с собой на лавке и кивнул головой. Колотый плавно перетеча к нему, чуть приподняв в руке кошель, утвердительно кивнул головой.
— Сговорились, значит. Я быстро управлюсь.
И спрятав у себя полновесный кожаный кошель с золотом, мягко ступая, выскользнул из грязной забегаловки.
Склон был доволен проделанной работой. Теперь нужно немного подождать что бы удостовериться что еретик мертв. Репутация репутацией, а доложить он, должен именно убедившись, что правосудие свершилось.
Остаток дня прошел в волнении и оттого спать брат Склон лег поздно. Он долго ворочался все не как не засыпая. Хотя и понимал, что это его последняя ночь в уютном номере гостиницы. Дальше спать придется на улице в подворотнях, но это ему не впервой, ради своей веры он готов и не на такое. Так, погрузившись под утро в сон, он не видел выскользнувшего из-под кровати человека с ножом в руке. Тот, подобно призраку приблизился ни издав ни звука к спящему и выверено вогнал клинок в тело, придерживая то рукой.
Постояв немного для того что бы убедиться, что жизнь ушла из человека, убийца произнес почто беззвучно, одними губами.
— Ваша милость, Колотый умеет быть благодарным.
Сирталос Сирталос вот может быть что-то нормальным во взаимоотношениях с этой эльфийкой. Почему вчера нельзя было просто посидеть любуясь строгой красотой этой дроу и сказав той таящиеся в моей душе комплименты, отправиться совместно в кровать.
Я отодвинул ногой пустую бутылку прочь от себя. К чему это я, так все просто, ой е, затек то как. После моего щенячьего визга от радости встречи я утащил свою Хата-ли сперва в гостевой зал, в котором мы и начали свой загул забив на всех. Подпив вина до легкого опьянения, мы устремились в купальню прихватив конечно с собой не одну бутылку. Там в волю наплескавшись и не только, после нескольких моих серенад на коленях перед дроу, все только начало набирать обороты. Вот скажите мне идиоту, на кой голыми скакать по саду во дворе, гоняясь друг за другом и при этом визжа на два голоса на всю округу.
Торкнилос сейчас явно горюет. Я помню, как срезал розы с кустов что он насадил по саду и дарил умиляющейся Сирталос. Дроу принимая их, аж тряслась от возбуждающего ее умиления.
После, мы что бы не тревожить моих домашних и ее сопровождение, по приставной лестнице, что притащила для нас моя жена, пытались проникнуть в мою спальню. Получилось не сразу, окно было закрыто, но потом неведомым мне образом все-таки мне удалось его отворить. Да понял я сейчас, не совсем же дебил, Роллос поднялась в спальню и впустила двух великовозрастных идиотов, голышом прущихся в окно. Да как еще не поулетали с этой лестницы? Нашлись альпинисты хреновы.
Про совместные пляски на столе в своем откровенном наряде вспоминать не хочется. Нет, дроу как раз в этом мероприятии смотрелась великолепно. А вот ее напарник, ладно было при свечах значит возможно не все это видели. Ну это я конечно для самоутешения подумал, видели все. На такое шоу и не посмотреть, да ну нафиг.
Зашевелившаяся в моей кровати дроу открыла глаза и с ужасом уставилась на меня.
— Вот только сударыня не говорите, что не узнаете меня.
Невольно пошутил я, понимая откуда этот ужас в ее черных глазах. Ее сопровождение все ее действия непременно доложит в ее Дом. Неподобающее поведение Мали-Кили Сирталос будет разобрано и осуждено эльфийским обществом.
Но я как всегда промахнулся в своих размышлениях. Дроу с трудом выползла из кровати и вопреки строгому воспитанию, показала мне рукой на очередную нашу ночную выходку. Ее нарядное платье было прибито к стене арбалетными болтами и несколькими ножами. Да твою же эльфийскую маму, это мы среди ночи отстаивали интересы своих Домов. Демонстрируя тем свою решительность. Там под этим роскошным платьем должен быть мой камзольчик, начинали то мы с него. Я что бы хоть как-то оправдаться, инициатором конечно же был я, “великий воин”, блин, проговорил.
— Так это же хорошо. Вы, Хата-ли, мне сами сказали, что нужно заказать новое. Это вас не устраивает. Кажется, оно вас полнит.
Дроу, стоявшая во весь рост напротив этого уже теперь рванья, поправив свои волосы цвета вороньего крыла, попыталась улыбнуться для того что бы показать, что она поверила
