Читаем без скачивания Век эмпирей - Тони Гонзалес

Но затем раздались совсем другие звуки — похожие на сиплое бульканье, сопровождаемое громкими быстрыми шагами. Лицо Гира побледнело, а Тея предостерегающе вскрикнула.

Фалек почувствовал, как его шею схватили в стальной зажим и вздернули вверх. Мужчина с разбитым лицом — клокочущий монстр навис над ним. Из глаз его смотрело убийство, как и у того ассасина.

— У тебя один шанс, чтоб мне ответить! — прошипел Винс. — Скажи, кто ты?

Фалек едва мог дышать. Здоровой рукой он отчаянно пытался оторвать огромные лапы, сдавившие его горло.

— Не знаю… — просипел он.

— Дерьмо! — взревел Винс, стащив Фалека с койки за шею и ударив его о переборку, держа так, что ноги не доставали до пола.

— Прекрати! — закричала Тея. — Ты его убьешь!

Винс не обращал на нее внимания.

— Скажи мне, на хрен, кто ты? — ревел он, слюна и брызги крови летели на лицо Фалека. — Почему они пришли за тобой? Почему они хотят убить нас? Почему?

Его лицо побагровело и полиловело, когда амарр повторил свой ответ.

— Он действительно не знает, Винс! — убеждала Гейбл. — Подумай! Он наша единственная возможность выбраться из этой заварухи!

Монстр выпустил его из захвата, и Фалек рухнул на пол, хватая воздух. Но затем его схватили за рубаху и выволокли в коридор.

Две напуганных женщины не отставали.

— Что-нибудь может вбить в тебя хоть немного разума? — взмолилась Тея. — Она права, он нужнее нам живой!

— Здесь больше нет никаких живых! — рычал Винс. Фалек не делал ничего, чтобы сопротивляться, даже когда его жестоко проволокли по металлическому полу.

— Винс, — серьезно сказала Гейбл. — Винс, остановись!

Он это и сделал — так резко, что Гейбл со всего размаху врезалась ему в спину. Для ее хрупкой фигуры это было как влететь в перегородку: она упала назад, свалив заодно и Тею.

Скрежет отодвигаемого люка вернул ее в чувство. Они были у входа в грузовой отсек, и Винс только что открыл дверь.

Затем появился Джонас.

— Что, черт возьми, происходит? — вопросил он, его глаза сузились и были полны ярости. — Винс — какого хрена ты делаешь?

Мощным движением Винс втянул Фалека в проем и швырнул в люк. Когда капсулир скатился вниз, Джонас вытащил пистолет.

— Двигай отсюда, Винс, — прорычал он.

— Эй, стоп, подождите немножко, — сказала Гейбл. — Всем нужно несколько секунд, чтобы вздохнуть.

Тея закрыла лицо руками и зарыдала.

— Это серьезный бизнес… — начал Джонас. Но Винс нажал на кнопку люка, дверь опустилась и с шипением запечатала вход.

— Будь ты проклят, Винс! — проревел Джонас, жилы на его шее вздулись, как металлическая проволока. — Пошел прочь от гребаной двери! — Он крепче сжал пистолет, в ярости он бы не колебался.

Но Винс смотрел на капитана «Ретфорда» и его оружие так, словно хотел продолжить бой. Янтарные огни сигнализации мерцали в грузовом отсеке, рука протянулась к рычагу, который бы открыл внешний выход и отправил все, находящееся внутри, в космос.

— Ты убил нас всех, Джонас! — прорычал Винс. — И я рад, что наконец добрался до тебя, чтобы тебя трахнуть, ты, сукин сын!

— Тогда получи, — ответил Джонас, прицеливаясь.

— Не делайте этого! — взмолилась Гейбл, готовясь к худшему.

Однако Винс замер в полной неподвижности, поскольку разряд электричества в 50 тысяч вольт пробежал по его телу, мгновенно лишив его силы. Он рухнул на пол, задергался и потерял сознание.

Обернувшись вправо, Гейбл увидела Гира, победоносно сжимающего импровизированный шокер, сооруженный из фрагмента кабеля и водородной батареи. Больше она ни на что не обратила внимания, бросившись вперед, чтобы оказать помощь Винсу.

Джонас опустил пистолет.

— Ничего себе… — было все, что он мог выдавить, проведя рукой по спутанным, пропотевшим волосам.

Гир бросил свой шокер и подбежал к двери, подпрыгнул, чтоб дотянуться до кнопки, и открыл люк. Добрался до скорченного тела Фалека и протянул к нему свои маленькие руки; капсулир ухватился за них здоровой рукой, и мальчик напряг все силы, чтоб помочь ему встать на ноги.

34

Регион Делве, созвездие D5-S0W

Система T-IPZB

«Острие клинка у нашего горла», — думал Виктор, наблюдая скопление кораблей кровавых рейдеров, роящихся вокруг звездных врат LUA5-L. Он полагал, что внутри находятся легионы злобных тварей, истекающие слюной из-за возможности снова напиться человеческой крови. Жуткие гроздья пузырей света мерцали во мраке, когда враг активировал бесчисленные поля ингибиторов деформации; врата T-M0FA также были блокированы. Кровавые рейдеры были столь же полны решимости убить Фалека Грейнджа, как лорд Виктор — спасти его жизнь. Однако теперь обстоятельства благоволили демонам. «Имей веру, Фалек. Мы найдем тебя; Бог не оставит нас настолько, чтобы мы могли потерпеть неудачу».

Невидимый для врага под «мантией», Виктор продолжал медленно огибать звездные врата, приказав себе составить план спасения Фалека от его пленителей. Все врата в системе были блокированы; ни один корабль не мог войти в них или покинуть их без боя. «Ретфорд» исчез в гиперпространстве, но не имел возможности оттуда выйти. Корабль был подбит — похоже, поврежден — и, вероятно, дрейфовал где-то здесь, в самых глубинах небытия меж звездами.

«Она сумеет нас увидеть, несмотря ни на что», — верил он всем его сердцем, ибо больше ничего не оставалось.

Коммлинк открыл канал вязи с Джамиль Сарум. «Это должен быть выход из кошмара».

Регион Делве, созвездие YX–LYK

Система MJXW-P, цитадель матриарха

Джамиль Сарум, одна в своих личных покоях в соборе, уже знала то, о чем Виктор собирался ей поведать.

— Лорд Фалек — на борту спасательного фрегата, — сообщил он. — Корабль покинул станцию Лорадо, но пойман в ловушку здесь, в T-IPZB. Кровавые рейдеры блокируют каждые врата…

— Да, — ответила Сарум, ее глаза были плотно закрыты. — Они неустанно ищут пути убить его.

— Мы сделали все, что могли, — продолжал Виктор. — Лорд Авл и я — все, кто уцелел. Он успел покинуть систему до того, как врата…

— Я знаю судьбу лорда Авла, — прервала его Сарум. — Ваша страсть к сражениям хорошо вам послужила. Господь одарил вас способностями великого воина.

— Благодарю, ваше величество. Каковы будут ваши приказы?

— Вы просили у Него чуда дважды, — угрожающим тоном произнесла она, ее мускулы сжались. — Вы смеете бросать вызов Ему еще раз?

Джамиль могла ощутить ужас Виктора; она чувствовала вкус желчи у него во рту.

— Оставайтесь, где есть, — продолжила она. — И помните, что Бог прощает вас за неверие.

Она отключила линию прежде, чем он мог ответить.

Это началось подобно землетрясению; поток гнева сотряс ее, насилуя душу с безжалостной жестокостью. Ковыляя к единственному окну в помещении, она с удовольствием выбросилась бы наружу и была бы рада насильственной смерти в пустоте, чтобы убежать от зверя внутри. Стиснув зубы, на дрожащих ногах, она обхватила голову, словно пытаясь освободиться от себя. Подспудный шум подавлял; первородный крик, завывающий, как солнечный ветер, бил по ее душе, пытаясь разорвать ее на части внутри собственного черепа…

И затем — тишина.

Безмятежность, мир и чистота обрушились на чувства Джамиль Сарум. Отступление безумия заставило ее замедлить дыхание; одежда, прилипшая к коже, соскользнула, как только лихорадка прекратилась. Добредя до хрустального бассейна с водой, она окунулась, словно бы стремясь загасить оставленные монстром внутри тлеющие угли. Бисеринки пота стекали по ее щекам; рот пересох, как песок, она жадно глотала воду, сделав паузу, чтобы уставиться на собственное измученное отражение. «Что со мной происходит? — выдохнула она. — Чем я стала?»

Снаружи находилось множество верных, преданных слуг; подразделения паладинов были готовы пожертвовать за нее жизнью; под ее командой была целая армада военных кораблей; и тем не менее она никогда не была более одинока, чем сейчас. Ужас на лице ее отражения подтверждал все, чего боялась Джамиль; она была сиротой в этой вселенной, дрожащей при мысли о том, чем она стала. Религия и вера были прокляты, шансы на выживание для Фалека Грейнджа и Виктора Элиаде фактически свелись к нулю. После них не осталось никого, кому бы она могла доверять; никого, чтобы нести бремя искупления имени Сарум; никто не уехал, никого, способного хранить тайну ее спасения после Судов Испытаний; никого, вхожего в круг Карсота, чтобы посоветовать, когда лучше возобновить борьбу за трон.

Ее страх был тем же, что испытывают неизлечимо больные; те, кто должен существовать со знанием, что процессы, происходящие в них, однажды их уничтожат. Она сознавала, что в нее вторглось нечто темное и зловещее, и никто — ни одна душа — не могла объяснить, почему.