— Бегите! — крикнул Ясень и развернулся к пещере.
Принц зажмурился, прижав кулак ко лбу. Гремлины хлынули на него, из темного прохода засверкали красные отблески и блики пламени Железного коня.
Ясень раскрыл глаза и взмахнул рукой.
Земля содрогнулась от низкого гула, пещера задрожала, огромные глыбы льда закачались во все стороны. Едва гремлины достигли выхода из пещеры, как весь ее свод обрушился на них с грохотом и звоном бьющегося стекла. Гремлины завизжали под многотонной тяжестью льда и камней, их писки заглушил взбешенный рев Железного коня.
Какофония звуков утихла; наступила тишина. Ясень осел на снег в двух шагах от ледяной стены, которая запечатала проход.
Я бросилась к нему, но Пак схватил меня за руку.
— Стой, принцесса! — воскликнул он. — Что это ты удумала? Он нам враг, между прочим. Мы врагам не помогаем.
— Он ранен!
— Тем более пошли отсюда.
— Он же только что нам жизни спас!
— Строго говоря, он спасал свою жизнь, — возразил Пак, все еще удерживая меня за руку. — Послушай, принцесса... — Я с силой оттолкнула его, сердито сверкнув глазами, и он неохотно выпустил мою руку.
— Думаешь, теперь Ясень будет миленький и правильный? — со вздохом спросил Пак. — Он помог нам только потому... Он согласился на перемирие только затем, чтобы забрать тебя к Маб. Ей хочется заполучить тебя живьем, использовать в качестве рычага давления на Оберона. Это единственный мотив нашего прекрасного принца, Если бы не его раны, он бы уже пытался убить меня.
Неподвижное тело Ясеня, припорошенное снежинками, распростерлось на снегу, словно погребенное в белизне.
— Не оставлять же его...
— Он принц Зимы, Меган. До смерти не замерзнет, уж поверь.
Я нахмурилась.
— Ты такой же злобный, как они. — Пак удивленно заморгал, но я уже отвернулась. — Я хочу проверить, жив ли он. Иди со мной или не мешай.
Пак сдался.
— Ладно, принцесса. Я помогу сыночку Маб, извечному врагу нашего двора, хотя он при первой возможности воткнет мне нож в спину.
— Сейчас об этом волноваться не стоит, — выдавил Ясень и с трудом приподнялся. Одной рукой он опирался о меч, вторую прижимал к ребрам. Он встряхнул заснеженной головой и поднял оружие. — Можем продолжить, если угодно.
Пак с ухмылкой вытащил кинжал.
— С удовольствием, — бросил он, делая шаг вперед. — Много времени мне не потребуется.
Я бросилась между ними и зашипела, сверкая глазами на обоих:
— Прекратите! Прекратите немедленно! Уберите оружие, оба! Ясень, ты не в состоянии сражаться! А тебе, Пак, не стыдно соглашаться на дуэль, когда твой противник ранен? Сядьте и заткнитесь.
Оба в изумлении уставились на меня и медленно опустили клинки. Из кроны дерева раздался мяукающий смех — Грималкин, помахивая хвостом, сидел на ветке.
— Настоящая дочь Оберона! — Кот оскалился в улыбке. — Королева Титания будет тобой гордиться.
Пак пожал плечами и плюхнулся на бревно, скрестив руки и ноги. Ясень стоял с непроницаемым лицом и безмолвно разглядывал меня. Не обращая внимания на Пака, я подошла к Темному принцу.
Он сузил глаза, напрягся, схватился за меч, но я не испугалась. Впервые с тех пор, как я попала в этот мир, я совершенно не боялась.
— Принц Ясень, — прошептала я, придвигаясь еще ближе. — Я предлагаю сделку.
Он удивленно посмотрел на меня.
— Нам нужна твоя помощь, — продолжала я. — Я не знаю, что такое эти создания, но они называли себя Железными фейри. А еще упоминали какую-то Машину, Железного короля. Ты такого знаешь?
— Железного короля? — Ясень покачал головой. — При наших дворах нет никого с таким именем. Если этот король Машина существует, он угрожает всем нам. Оба двора захотят узнать о нем и об этих... Железных фейри.
— Я должна его найти, — сказала я, вкладывая в эти слова всю возможную решимость — У него мой брат. Помоги нам выбраться из Зимних владений и разыскать двор Железного короля!
Ясень изогнул бровь.
— А зачем мне это делать? — негромко и серьезно поинтересовался он.
Я сглотнула.
— Ты ранен, — напомнила я, не отводя взгляда. — Силой тебе меня не захватить, учитывая, что Пак жаждет воткнуть в тебя клинок. — Я оглянулась на Пака, насупившегося на своем бревне, и понизила голос — Вот что я предлагаю. Если ты поможешь мне найти брата и вернуть его домой целым и невредимым, я пойду с тобой к Неблагому двору — добровольно, без сопротивления. Пак вмешиваться не будет.
У принца загорелись глаза.
— Брат столько для тебя значит? Ты променяешь свободу на его безопасность?
Я сделала глубокий вдох и кивнула.
— Да. — Слово повисло в воздухе между нами, и я торопливо продолжила, пока не успела от него отказаться. — Ну что, согласен на сделку?
Он склонил голову, но как будто все пытался разгадать меня.
— Да, Меган Чейз. Мы заключили договор.
— Прекрасно! — Колени у меня дрожали. Я подалась назад, чувствуя, что необходимо присесть, иначе упаду. — И никаких попыток прикончить Пака.
— Об этом мы не договаривались, — возразил Ясень, но вдруг скривился и, схватившись за ребра, рухнул на колени. На губах его выступила темная кровь.
— Пак, помоги! — вскрикнула я, оглядываясь на друга, оседлавшего бревно.
— А-а, добренькими прикидываемся... — Пак не шевельнулся и не собирался повиноваться. — А может, по чашке чая? Светские беседы с врагами и все такое?
— Пак! — в отчаянии закричала я.
— Ясень остановил меня взмахом руки и взглянул на своего врага. — Перемирие, Плут, — прохрипел он. — В нескольких милях к востоку отсюда — усадьба Зимней скорби. Сейчас хозяйка дома при дворе, так что мы там будем в безопасности. Предлагаю отложить дуэль, пока не уведем принцессу с мороза в дом. Или ты собираешься прикончить меня сейчас же?
— Нет, нет. Можем убить друг друга и после. — Пак спрыгнул с бревна и поплелся к нам, пряча кинжал в голенище сапога.
Он взвалил руку принца себе на плечо и рывком поднял раненого на руки. Ясень заскрипел зубами, плотно стиснул губы, но не издал ни стона. Я сердито посмотрела на Пака.
— Пошли, — вздохнул Плутишка Робин. — Ты с нами, Грималкин?
— Разумеется. — Кот мягко спрыгнул с дерева в снег и значительно посмотрел на меня. В золотых глазах плескалось любопытство. — Я такого ни за что не пропущу.
17
ПРОРИЦАТЕЛЬНИЦА
Усадьба Зимней скорби соответствовала своему названию: огромный, скованный льдом парк, замерзшие лужайки, вездесущие колючие кусты боярышника, запаянные в ледяную корку. Внутри особняка оказалось немногим лучше. Ступеньки скользили, полы напоминали ледяной каток, а дыхание застывало в воздухе в холодных узких залах. Слуги выглядели кошмарно — тощие, как скелеты, гномы, бледные, с длиннющими пальцами, бесшумно скользили по дому, не говоря ни слова. Их черные, без зрачков глаза казались огромными; все обитатели дома обладали неприятной привычкой скорбно разглядывать гостей, как будто те смертельно больны и протянут на этом свете недолго.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
