4) продолжать террористическую тактику.
II. Прежде всего съезд считает необходимым усилить центральный политический террор и подчеркивает особенное значение для настоящего времени массовой партизанской борьбы. Под массовой партизанской борьбой следует понимать непосредственное и возможно более широкое участие масс в боевой деятельности за свой страх и риск, выражающееся в нападении на мелких агентов правительственной власти в одиночку и группами, например городовых, жандармов, шпионов, земских начальников. Такие нападения способствуют формированию боевых сил, но происходят вне контроля партийных организаций. Местный политический террор должен происходить под обязательным контролем комитета, но ввиду того, что в настоящее время комитеты ослаблены, контроль должно передать в руки областных организаций. Более сложные террористические акты должны быть по тем же соображениям выполняемы летучими боевыми дружинами, обслуживающими более широкие районы. По вопросу о прекращении террора съезд полагает, что он должен быть применяем до полного завоевания фактических свобод, и только тогда Центральный комитет может приостановить террористические акты.
III. Принимая во внимание, что крупный аграрный взрыв, если не полное крестьянское восстание, в целом ряде местностей почти неизбежен, съезд рекомендует всем учреждениям партии быть к весне в боевой готовности и заранее составить цельный план практических мероприятий, вроде взрыва железных дорог и мостов и порчи телеграфов, распределить роли в этих предприятиях и т. д., наметить административных лиц, устранение которых может внести дезорганизацию в среду местной администрации».
«Об аграрном и фабричном терроре» – съезд вотировал следующее мнение комиссии, по тактическим вопросам, по которому Центральный комитет должен был составить резолюцию.
«Взгляд комиссии на аграрный и фабричный террор вполне определенно отрицательный. Аграрный террор не может быть принят в число тех средств борьбы, которые рекомендует партия, прежде всего потому, что не соответствует нашим целям организационной борьбы со всем современным строем. Он может служить орудием достижения и той непосредственной ближайшей задачи, которую мы ставим аграрному движению, – задачи революционного организованного захвата земель. Аграрный террор – в лучшем случае – вынуждает лишь частичные уступки, а политика частичных завоеваний не есть политика нашей партии. Аграрный террор, как ряд разрозненных актов, совершаемых лишь отдельными лицами или небольшими группами, не может также служить цели воспитания и организации народных масс, этой важнейшей задаче современного момента. Те же соображения комиссия выдвигает и против фабричного террора.
Во избежание недоразумений необходимо точнее установить самое понятие аграрного террора. Часто под этим понятием разумеют исключительно поджоги и убийства. Но такое понятие слишком неточно. Понятием аграрного террора охватываются все виды нанесения вреда личности или имуществу, возникающие непосредственно на почве аграрных отношений. Сюда же относится, например, очень часто практикуемый крестьянами из мести скос зеленого хлеба, вытаптывание посевов и т. п. Но совсем уже другое дело – попытки организованного пользования землями, угодьями и продуктами земли (например, пользование лесами, пастбищами, лугами и т. п.). Раз такое пользование правильно организовано на демократических началах, оно является как бы небольшими опытами всеобщего захвата земель, опытами, организующими, сплачивающими крестьянские массы и воспитывающими их для дальнейшей борьбы.
Эти формы борьбы комиссия нашла вполне соответствующими задачам партии. Остается сказать еще несколько слов о тех террористических актах, которые возникают не непосредственно из аграрных отношений, а осложняются присутствием полицейского гнета и прямого военного насилия. Так, например, теперь уже не редкость встретить экономии, охраняемые наемной экономической стражей или наемными же казаками. В таких местах устанавливается ужаснейшая атмосфера казацкого военного террора, операционным базисом которого является дворянская усадьба. В ответ на этот террор – террор со стороны крестьян необходим и неизбежен. Но это уже не аграрный террор, а политический, хотя бы он и был направлен против жизни и имущества отдельных лиц. Такой террор неизбежно будет применяться в особенно широких размерах во время грядущего восстания по соображениям стратегического характера».
«О социализации фабрик и заводов». При выработке программы одним из членов съезда, являвшимся последователем максимализма, свившего к тому времени уже прочное среди партии гнездо, было внесено предложение поместить в программу-минимум требование социализации фабрик и заводов. Съезд внесенного предложения не принял, так как признал, «что социализация фабрик и заводов есть совокупность мер, логическое место которых в программе-максимум, а историческое – после окончательной победы рабочего народа». Однако, считая, что затронутый вопрос весьма важен, съезд постановил открыть в партии и в партийном органе самую широкую по нему дискуссию и привлечь к этому все комитеты. Но, допустив дискуссию, съезд, в ограждение партии от максимализма в интересах единства партийной работы, принял такую резолюцию:
«Принимая во внимание весь тот вред, который причинило всей партийной работе отсутствие строго определенной программы, принимая во внимание, что партия должна быть единым целым, объединенным единством как конечных, так и ближайших целей, а не конгломератом совершенно разнородных элементов, – первый съезд, допуская дискуссию по вопросам программы и тактики в тесных пределах партийных работников, считает необходимым строгую выдержанность и единство программы во всей партийной работе, в каких бы кругах она ни велась, причем все партийные работники должны только излагать партийную программу, не внося в нее ничего нового».
«По вопросу о реорганизации представительства на международных конгрессах и о войне». Вопросы эти обсуждались после доклада об Интернациональном бюро и его деятельности. Интернациональное бюро, в котором социалистические партии каждого государства представлены двумя делегатами, было основано в 1900 году на Парижском социалистическом конгрессе. Бюро сосредоточивает документы, касающиеся социалистического движения в разных странах, и служит посредником в сношениях между различными партиями. В 1901 году партия социалистов-революционеров заявила бюро о своем образовании, о целях и тактике партии. В январе 1905 года делегат партии впервые присутствовал на годичном собрании бюро. Докладчик развил мысль, что партийное участие в качестве автономного и равноправного члена в союзе социалистических партий мира обеспечивает за партией возможность влиять в духе своей программы на мировое социалистическое движение и накладывает поэтому на нее большую ответственность. Съезд принял резолюцию – требовать от бюро для партии то количество голосов, которое будет дано Российской социал-демократической рабочей партии.
О войне же, которая рассматривалась как явление международного характера, было постановлено: «Партия социалистов-революционеров объявляет войну войне и в случае возникновения столкновения между нациями будет всеми силами противодействовать вовлечению своей страны в братоубийственную войну, гибельно отзывающуюся прежде всего на трудящихся массах, и прибегать для этого к самым решительным средствам».
По вопросу о профессиональных союзах – съезд, придавая ему особую важность, но не имея времени рассматривать его, принял решение передать его для обсуждения в местные комитеты с тем, чтобы по результатам их работ Центральный комитет составил инструкцию для руководства всех членов партии по вопросу о профессиональных союзах и отношениях
