class="p1">– Я умею любить… наверно. Ты пахнешь… мамой, моей мамой. Спелыми фруктами, сладкой выпечкой с ароматом ванили, ожиданием чуда, уютным теплом родительского дома.
Сентиментальные разговоры заканчивались довольно быстро. Нужно было успеть поделиться иными впечатлениями, которые вновь и вновь взрывали чувствительные сенсоры. Егор вёл в страстном танце, Светлана велась, раскрываясь во всю мощь ослепительной наготы.
Ничего удивительного, что спустя несколько недель девушка почувствовала недомогание. Делиться новыми ощущениями кроме Егора было не с кем. Но он мужчина, стыдно откровенничать с ним на такие темы.
И всё же пришлось сознаться.
– Меня тошнит… до груди больно дотронуться.
– Поздравляю! Нам нужен тест на беременность.
– С ума сошёл!
– Вовсе нет. Это здорово, Светка-а-а! Всё, молчу, боюсь спугнуть…
Светлана часто-часто заморгала, заплакала, – что я маме скажу?
– Глупышка, тебе сколько лет! Ничего не бойся, я с тобой. Завтра я встречусь с Викой, мы всё решим.
– Мне нужен развод… срочно, – сказал Егор жене, – я готовлюсь стать папой.
– Ничего себе, а меня ты спросил!
– О чём, Вика!
– Хочу ли я разводиться.
– Это шутка?
– Отнюдь. Меня всё устраивает. Развода ты не получишь. Ишь ты, не успел остаться один, тут же нагулял! Я твоей крале патлы повыдёргиваю.
– Ты же сама ушла.
– Как ушла, так и приду… обратно. У меня документ имеется. Ты – моя собственность.
– Я же размазня и этот… импотент.
– Не имеет значения. Вопрос решённый – завтра переду обратно. И не вздумай плести интриги – засужу!
– Всё, Викуся, я от тебя устал! Детей у нас нет, квартира по наследству досталась. Уходя – уходи! Сегодня сменю замок и подам на развод.
– Вот ты как! А подстилка знает, что ты женат?
– Не смей её оскорблять!
– Ато что! Застрелишь?
– Давай по-хорошему, без истерик.
– Подумаю. И не смей свою дешёвку сюда приводить! На этой кровати ты меня девственности лишил.
– А ты меня! Сегодня же иду к её родителям свататься.
– Многожёнец!
– Путана!
– Вот и поговорили!
Вика – дама решительная, агрессивное начало в ней имеет скорее мужские, чем женские корни. Как она узнала, где живёт Света, осталось секретом.
Скандалила она со вкусом, тыча в нос родителям невесты, для которых факт беременности стал шоком, штамп в паспорте, – за всё ответите, я вас привлеку!
Неприглядная история мгновенно стала достоянием неравнодушной общественности, обросла горой пикантных подробностей.
Егора, пришедшего свататься, выставили за дверь. Зарёванную Светлану заперли под замок.
Непонятно, чем мог закончиться драматический эпизод любовной феерии, если бы не любовник Вики, увидевший в сложившейся ситуации повод создать полноценную семью.
– Я тоже хочу ребёнка, – заявил он, – какого чёрта ты цепляешься за прошлое, я твоё счастье!
– Не обманешь, – жалобно заскулила Вика.
– Мамой клянусь, – заявил новоявленный жених. Но узнаю, что хвостом вертишь – порешу!
На том и порешили.
Самым удивительным оказалось то, что обе невесты родили одновременно замечательных крепеньких девчушек.
И стали дружить семьями.
Скажете – так не бывает? Ещё как бывает!
Билеты в разные купе
Но сколько б пятниц не было в неделе,
где б не пересекались параллели –
когда из всех примет всего одна
пророчит счастье – битая посуда,
резонно полагая, что отсюда
спасение тем лучше, чем скорей,
душа, поймав за хвост попутный ветер,
холодного прощанья не заметит
последнего из многих октябрей.
Ксения Хохлова
Обстоятельства размеренной, устоявшейся семейной жизни тридцатипятилетнего Виктора Тарханова который год подряд диктовали особые условия романтических встреч с Дашенькой, дружба с которой давно и прочно переросла в откровенные интимные отношения.
Встречались изобретательные любовники в поездах дальнего следования.
Билеты заказывали заранее в обе стороны. Туда – на ранний утренний рейс, обратно выезжали после обеда, чтобы вечером, к приезду семей от стариков, быть дома, успев нейтрализовать азартное воодушевление, многократно усиленное страхом разоблачения, и пряные ароматы запретной любви.
Сценарии поездок и отказа сопровождать семьи тщательно продумывали.
Четыре-пять часов в отдельном купе туда, каждый раз в ином направлении, чтобы разнообразить букет впечатлений от пикантного во всех отношениях приключения; неспешная прогулка по памятным местам, шикарный обед в ресторане города прибытия и посадка на обратный рейс.
Дома старательно смывали с себя следы интимного соприкосновения, до новой встречи успевали надеть личину семейного благополучия, лёгкой сентиментальной влюблённости в детей и супругов, вжиться в роль ревностных хранителей семейного очага.
Свидания эти случались довольно редко, но регулярно.
Любовники за время разлуки (виделись часто, так как жили по соседству, дружили семьями, но старательно напускали на себя сдержанное равнодушие, чтобы не разрушить тайну встреч) успевали нагулять непомерный интимный аппетит.
Желания и сил бесконечно сливаться в экстазе под мерный стук колёс, невольно диктующий ритм единения, хватало с лихвой на всю обратную дорогу, а послевкусия, способствующего пылкости романтического воображения, до следующей увлекательной новеллы, условия для которой должны были сформироваться и вызреть, дабы не вызвать у супругов подозрений.
Удивительным было то, что Виктор никак не мог привыкнуть к неловкому девичьему смущению Даши, несмотря на солидный семейный стаж обоих, а она немедленно впадала в сладкую восторженную эйфорию, стоило лишь посмотреть другу в глаза.
Трепетная робость подруги буквально за секунды воспламеняла его страсть, а она начинала мощно фонтанировать эмоциями и соками под напором воспалённой впечатлительности.
Виктор обожал интимный запах своей девочки (право на ласки с которой, не без основания считал законным), без примеси парфюмерии и косметики, сходил с ума от тонкой прозрачной кожи, сквозь которую видна была ускоренная пульсация насыщенной гормонами счастья крови.
Женщина была осведомлена об этой его слабости, потому в экзотический рейс отправлялась абсолютно естественной, что не совсем привычно: муж любил насыщенные цветочные ароматы и яркие краски, чему она предпочитала безоговорочно подчиняться.
Флиртовать, насыщать пространство общения витаминами страсти, любовники начинали с телефонных звонков.
На вокзал (на всякий случай) добирались отдельно: Виктор с пересадками на метро, Даша на такси через продуктовый магазин. Расслаблялись, лишь закрывшись в купе.
– Любимая, – с придыханием шептал Виктор, нежно прижимая сладкую добычу к груди.
Женщина с ходу начинала дрожать.
– Ну-ну, не волнуйся так, пусть вагончик тронется. Сдадим билеты, получим бельё и тогда…
Дашенька успокаивалась, чинно усаживалась на полку, старательно делая вид, что с попутчиком незнакома. Но процесс самообольщения был запущен. Давление влечения не выдерживало размеренного течения в тихих берегах насыщенной гормонами крови.
– Мы в середине вагона, Витенька! Десять минут в нашем распоряжении. Поцелуй меня, Тарханов, немедленно!
– Сядь, не мельтеши. Сам из штанов выпрыгиваю… но терплю. Нас ждёт незабываемое приключение. Думай о хорошем. Нет, лучше не думай, дыши
