6. что только такое выключение России из империалистического круга и превращение ее армии в активную опору европейской революции, где бы она ни вспыхнула, может заставить европейские правительства – перед призраком восстания собственных рабочих масс – поспешить с заключением мира, прежде чем победоносная европейская революция положит конец их преступному господству.
«Вперед» N 5, 11 июля (28 июня) 1917 г.
5. К вопросу об объединении интернационалистов
Л. Троцкий. ОТ СЛОВ – К ДЕЛУ{15} (К вопросу об объединении интернационалистов)[133]
Прошло уже полтора месяца после конференции Петроградской междурайонной организации, а вопрос об объединении интернационалистов не двинулся ни на шаг с места. Более того: кто присутствовал на конференции и наблюдал господствовавшее там настроение, тот скажет, что тогда объединение стояло как бы ближе перед нами, чем теперь. Тогда оно во всяком случае стояло, как практическая задача. Сейчас оно слишком часто превращается в благочестивую фразу, которая не обязывает ни к каким деловым выводам.
На конференции было установлено, что у нас нет принципиальных разногласий с большевиками. Мы пришли к одним и тем же выводам по всем основным вопросам, поставленным перед нами войной, революцией и кризисом Интернационала. А так как раздельное организационное существование может оправдываться только глубокими программными или тактическими разногласиями, то из отсутствия таковых обязательно вытекает вывод: полное организационное слияние.
Правда, на конференции указывалось на затруднения, вытекающие из навыков и приемов большевистской кружковщины. Этих затруднений, конечно, отрицать нельзя, они и сейчас нередко сказываются в весьма непривлекательной форме, как в организационной политике ЦК, так и на страницах «Правды». Но тогда же, на конференции, т. Луначарский[134] совершенно правильно указал, что в условиях открытого существования массовой рабочей партии эта кружковщина встречает могущественный противовес. Во всяком случае, при отсутствии принципиальных разногласий, нельзя бороться против методов кружковщины иначе, как противопоставляя ей в рамках общей организации более здоровые, т.-е. более демократические, методы ведения партийной работы. Искусственно сохранять сепаратную организацию, в целях борьбы с кружковщиной, значило бы создавать почву для своей собственной кружковщины более мелкого масштаба. Междурайонная организация несомненно стоит перед этой опасностью.
В N 3 «Вперед» т. Юренев,[135] в качестве одного из доводов в пользу затягивания объединительных шагов, приводит ссылку на меньшевиков-интернационалистов.[136]
«Единство, – пишет он, – для нас неприемлемо в форме сепаратного слияния, скажем, с т.т. большевиками. Несмотря на то, что мы в центральных вопросах, поставленных революцией, с ними вполне сходимся, было бы ошибкой, не исчерпав всех возможностей создания единой революционной с.-д., слиться немедля. В петербургском масштабе это было бы плюсом: во всероссийском – минусом. Выход мы видим не в таком слиянии, а в подготовке общими усилиями всероссийского съезда с.-д. интернационалистов» (курсив мой).
Ставить вопрос так, значит ставить его в корне неправильно. Вопрос идет не о сепаратном слиянии, «скажем (!?), с т.т. большевиками», а об объединении именно с большевиками. Объединение в эту сторону уже предопределено всем предшествующим развитием. Принципиальная основа для него формулирована в наших резолюциях. Вся наша работа в Петрограде ведется в форме «сепаратного» сотрудничества с большевиками. Задача состоит теперь в том, чтоб устранить организационные перегородки, тормозящие и дезорганизующие эту общую политическую работу. Т. Юренев сам признает, что для Петрограда такое объединение будет плюсом; он думает, однако, что оно явилось бы минусом для провинции.
Прежде всего междурайонная организация есть петроградская организация и, следовательно, несомненный крупнейший выигрыш для петроградского движения, какой даст это объединение интернационалистских сил, не может никак идти в сравнение с тем, более чем гадательным, ущербом, какой петроградское объединение будто бы принесет провинции. «Плюс» для Петрограда при настоящих условиях, когда «Петроград» подвергается такой бешеной травле со стороны всех элементов контрреволюции, не может не иметь для нас решающего характера.
В чем, однако, мог бы состоять ущерб для провинции? Мысль т. Юренева, очевидно, такова. Провинция отстала от Питера. Политические группировки там еще весьма бесформенны. Откалываясь от оборонцев, провинциальные интернационалисты, может быть, не решатся примкнуть к большевикам; тем охотнее они примкнут к объединенным интернационалистам. Это рассуждение было бы более или менее убедительно, если бы мы были простым блоком «интернационалистов», не примыкающих ни к большевикам, ни к меньшевикам. Но этого нет. Мы сплотились на почве определенной платформы, которая не отличается от большевистской. В этих условиях раздельное существование нашей организации и большевистской способно только сбивать с толку провинцию, а это никак не может считаться «плюсом». Да и вообще было бы наивно думать, что сейчас, когда все вопросы стоят ребром, политические группировки в рабочем классе или в его социалистическом авангарде могут зависеть от второстепенных явлений внутрипартийного характера.
«Но партия с.-д. интернационалистов, – говорит т. Юренев, – не мыслится нами, как секта, организация безусловных единомышленников… И пусть меньшевики-интернационалисты иначе относятся к вопросу об организации (?) власти – с ними у нас возможна общая работа, возможно и необходимо единство».
Что партия не должна быть сектой, это, конечно, совершенно верно. Но, к сожалению, эта общая мысль не дает ответа на стоящий перед нами вопрос. Если б нам предложили на выбор: объединение с большевиками и меньшевиками-интернационалистами, на одной стороне, объединение только с большевиками на другой стороне, и мы выбрали бы эту вторую сторону, можно было бы тогда еще говорить о сектантстве. Но на самом деле никто нам такого выбора не предлагает. Меньшевики-интернационалисты нигде не заявляли о своей готовности объединяться с нами. Наоборот, они энергично отмежевываются от общей нам с большевиками позиции в основном вопросе революции – о завоевании власти. Они не только не спешат порывать со своими оборонцами, чтобы объединяться с нами и с большевиками, но, наоборот, всячески подчеркивая то, что отделяет их от нас, замыкают свою тактику в рамки меньшевистски-оборонческой организации, разрешая себе лишь самостоятельные политические выступления. Если бы мы, в свою очередь, поставили нашу объединительную работу в зависимость от эволюции отношений внутри меньшевистской фракции, это значило бы практически отказаться от объединения элементов, уже единомыслящих, во имя уловления элементов, отнюдь не проявляющих своей готовности объединяться с нами. И во всяком случае, если бы сторонники т. Мартова сочли возможным объединиться с нами и большевиками, – а мы бы это только приветствовали, – для них, для меньшевиков, было бы по существу безразлично, существуем ли мы с большевиками раздельно или организационно объединены на основе общей платформы революционного действия.
Но гораздо важнее для нас вопрос о тех, сравнительно еще широких слоях рабочих, которые шли до настоящего времени за меньшевиками и социалистами-революционерами. Мы имеем полное право рассчитывать, что эти более отсталые массы будут теперь всей логикой положения и всеми экспериментами правительственной политики – и в первую очередь экспериментом наступления! – толкаться в сторону революционного социализма. Точно так же наиболее угнетенные слои крестьянства и мелкой буржуазии, а, стало быть, и армии, будут с каждым днем испытывать все большее разочарование в политике коалиционного правительства и будут искать выхода на революционном пути. Эти массы нуждаются в ясных и простых политических группировках. Лагерю консервативного мелкобуржуазного оборончества должен противостоять сплоченный лагерь революционного социализма. Поэтому и для провинции – если брать не провинцию кружков, а провинцию масс – раздельное существование объединенных интернационалистов и большевиков есть не плюс, а минус.
Пора в деле объединения переходить от слов к делу. Наряду с совместной подготовкой общего съезда интернационалистов, нужно уже сейчас обеспечить организационным путем возможно полное единство устной и печатной агитации и особенно единство политических действий.
Т. Юренев говорит о том, что единство должно осуществляться не сверху, а снизу. Это верно в том смысле, где нужно давление снизу, чтоб ускорить объединение сверху. И я думаю, что петроградским рабочим, большевикам и междурайонцам, пора нажать поэнергичнее с обоих сторон.
