Читаем без скачивания Город лжи - Алафер Берк

— Может, твой брат все-таки ошибся? — предположил Роган, выковыривая баклажан из своего вегетарианского сандвича. Элли знала, что он борется с холестерином и совсем не рад той диете, на которую его посадила Сидни. Видеть, как Элли вгрызается в сочный чизбургер, для него наверняка было пыткой, но это не останавливало ее.

— Это на него не похоже, — возразила она, наконец проглотив кусок.

— Не хочу показаться грубым, но мужику почти сороковник, а он живет у тебя, спит на твоем диване. Должно быть, ему уже случалось ошибаться.

— Не в таких делах. Он же не параноик, понимаешь. Если он кого-то видел и считает, что это была Таня Эббот, то готова спорить на деньги, это была она.

— Но Джесс сказал, она была одна.

— Ну, значит, одна.

— С чего бы? Ее разыскивает все Полицейское управление Нью-Йорка. Зачем ей ходить к тебе? И почему она одна?

— Потому что ходила она не к нам. Она пряталась в шкафу ванной, она напугана. Сначала испугалась полиции, а теперь еще больше боится того, кто убил Кэти Бэтл и охотится за ней.

Роган покачал головой.

— Почему ты сочувствуешь этой девушке? Она же замешана в том, что случилось с Меган.

— С чего ты так уверен?

— Потому что она поместила на сайт «Кампус Джус» угрозу в наш адрес, используя ай-пи-скрыватель или как его там. А значит, она отправляла и те послания про Меган. Есть лишь одна причина, зачем ей это понадобилось.

Элли не могла отбрасывать этот мотив, но и скидывать со счетов интуитивное ощущение, что связь Сэма Спаркса и «Престижных вечеринок» — не простое совпадение, тоже не хотела.

— Что, если я права, и Сэм Спаркс заказал Манчини, а Таня была только свидетелем?

— Ладно. Тогда Спаркс начал бы охоту за женщиной, с которой Манчини был в ту ночь, а там должна была оказаться Кэти Бэтл. Проблема в том, что ты не можешь объяснить, почему кто-то сначала взялся за Таню, а лишь потом — за Бэтл.

— Значит, возможно, правы мы оба.

— Как это?

— Возможно, Таня и жертва, и преступница. Она пряталась в ванной в «Двести двенадцатом». И не имеет отношения к этому убийству. Но четыре месяца спустя у нее возникла проблема в лице соседки.

— Годится, — согласился Роган, совсем позабыв про обед. — Она использует «Кампус Джус» для отвода глаз, убивает Меган и наносит несколько ран себе, чтобы ее не заподозрили.

— Но для этого ей потребовался помощник, — продолжила Элли. — Оружия-то в квартире не нашли.

— Или она его хорошо припрятала и вернулась за ним, когда сбежала из больницы. Я к тому, что мы в туалетный бачок, кажется, не заглядывали.

— Ладно, хорошо. Она покидает больницу то ли понимая, что мы наверняка выясним, кто она такая, то ли потому, что увидела в новостях сообщение об убийстве Кэти.

— Если ты права, это значит, что Спаркс приводит свои дела в порядок. И теперь, когда Таня понимает, что может стать следующей, она, вероятно, попытается выйти на тебя в поисках помощи. А может быть, за последние несколько дней она успела сочинить какую-нибудь историю, выводящую ее из дела об убийстве Меган.

Это походило на правду. Фрагменты головоломки подходили друг к другу.

— Не важно. Мы все равно не можем найти ее.

— Не можем, — подтвердил Роган. — Зато мы знаем, где Спаркс.

— Но все это пока недоказуемо, и достаточного основания для его задержания у нас нет. Если мы полезем к нему с новыми вопросами, он спрячется за адвокатом, а уж Герреро нас больше никогда к нему не подпустит.

— Значит, мы не станем задавать ему вопросы.

— А как? Будем просто разглядывать его и надеяться, что он расколется?

— Нет. Если допустить, что мы оба правы насчет Тани, значит, можно предположить, что ты во всем права. Не только насчет Спаркса, но и насчет Бэндона, проявляющего особое расположение к магнату. Если мы пойдем к Спарксу и встряхнем его, он может снова кинуться к Бэндону. Если нам удастся это доказать, мы выясним, что известно судье, и снова будем при деле.

— И когда пойдем трясти его?

— Да хоть сейчас. Что скажешь?

— Пошли.

— Ты будешь доедать? — Роган кивнул на последний кусок бургера, который Элли тут же сунула в рот. — Ты жестокая, бессердечная женщина, Хэтчер.

Если бы общение с аудиторией стало спортивной дисциплиной, Сэм Спаркс всю стену завесил бы золотыми медалями. Где бы он ни остановился, фланируя по залу, стайки любопытных зевак тут же обступали его, надеясь пожать ему руку, торопливо поздороваться, перехватить его стальной взгляд, а то и сфотографироваться со знаменитым американским магнатом.

Узнать, что он находится в помещении, которое в гостинице «Времена года» называли «Кабинет Космополитен», оказалось делом несложным. Начали со звонка Кристен Вудс. Элли семь раз нажимала кнопку повтора, прежде чем та ответила. Перекрывая звуки легкого джаза и светской коктейльной болтовни, Кристен заявила, что Спаркс сейчас недоступен и поговорить с ними сможет лишь утром. А сегодня он выступает на встрече Ассоциации выпускников Колумбийской школы бизнеса. Располагая такой информацией, понадобилось лишь заглянуть на сайт этого учебного заведения, чтобы узнать: Спаркс должен произносить ключевую речь о необходимости бизнес-образования в современной экономике, и происходит это все во «Временах года».

Стоя у дверей зала, Элли наблюдала, как официанты убрали десертные тарелки, а воодушевленные выпускники, приветствуя, обступили Спаркса.

— Я больше не могу.

— А вот и твоя подруга Кристен. — Роган кивнул в угол зала, туда, где размещался джазовый квартет. Они пробрались к ней через толпу.

— Детективы, мой босс не обрадуется, увидев вас здесь.

— Наверняка. Если вы найдете способ ненадолго вызвать его, мы скромно подождем в коридоре. Мы не хотим создавать неудобства. — Элли произнесла это так, словно у нее были полномочия настоять на своем, пусть даже силой.

— Хорошо. Сделаю все возможное.

Кристен прервала беседу Спаркса с пожилой, хорошо одетой парой. Сверкнув глазами в сторону Элли и Рогана, магнат двинулся к выходу. Детективы, приняв сигнал, пошли следом.

Оказавшись в вестибюле, у входа в зал, Спаркс сразу приступил к делу:

— Назовите мне хоть одну причину, по которой мне не следует немедленно вызвать адвоката, чтобы он подготовил запрет на любые дальнейшие контакты между мной и вами?

— Пожалуйста — в этом случае мы примем меры, чтобы ваш любимый судья Пол Бэндон получил отвод и не смог принимать участие в заседаниях по делам, к которым имеете отношение вы или наша история.

— И какую параноидальную версию вы придумали на этот раз?

— Вы наверняка поняли, что мы мало-помалу начали задаваться вопросом, почему вдруг Бэндон проявил особый интерес к вашему делу? — начала Элли.

— Не думаю, что у него имелся какой-то особый интерес, пока вы не дали ложное показание под присягой, детектив.

Элли собралась с духом, чтобы достигнуть цели. Уже несколько месяцев Сэм Спаркс действовал ей на нервы. Теперь наконец Элли может досадить ему.

— Мы знаем, зачем вам понадобился доступ к уликам, связанным со свиданием Манчини в ночь его смерти.

— Кажется, мой адвокат уже объяснял вам. Я хотел, чтобы мои люди проверили каждый шаг и сказали, не упускаете ли вы что-то из-за своего страстного желания сосредоточить внимание на мне.

— Это все из-за фотографий, которые мы использовали во время слушаний. Вы увидели на снимках открытый шкаф в ванной и сообразили, что остался свидетель. Кое-кто знает, что произошло в ту ночь в ваших апартаментах, и вы не хотите, чтобы мы этого кое-кого нашли. Мы в курсе, почему Бэндон из кожи вон лез, чтобы угодить вам. Мы знаем о «Престижных вечеринках».

Спаркс сохранил обычную холодную невозмутимость, но, когда Элли произнесла название эскорт-агентства, его взгляд метнулся в сторону зала, словно кто-то из присутствовавших мог избавить его от этого разговора. Элли оказалась права. Что-то, относящееся к «Престижным вечеринкам», связывало его с Полом Бэндоном и убийством Манчини.

— Вы можете считать, будто вам что-то известно, детектив, но, пока вы не докажете свою правоту и не предъявите мне обвинение, вам стоит держать теории при себе. Иначе я спущу на вас своего адвоката, и мы привлечем вас за клевету.

— Мы будем действовать тихо, Спаркс, но это не значит, что мы не работаем. И не слушаем людей, которые хотят говорить.

— И что сие значит?

— Лучше задумайтесь, насколько вы доверяете людям, которые так рвутся вам помочь. — Ей нужно посеять в нем сомнения. Нужно заставить его поразмыслить над тем, какое давление сможет выдержать человек вроде Пола Бэндона. Нужно, чтобы он подумал, будто Бэндон готов сознаться, что благоволил Спарксу под нажимом. — Вам следует задуматься, в безопасности ли ваши тайны.