Они не помогают.
— Если кто-то и будет сосать мой член, то это будет Райан, а не цепкая сучка по соседству. Понятно? — Я прохожу мимо них на кухню, злясь, что они высмеивают ситуацию.
— Чувак, куда ты собрался? Ты не можешь бросить такую бомбу и не объясниться! — Дрейк идет по пятам за мной, оседлав мою задницу всю дорогу до кухни, не оставляя мне личного пространства.
— Ты знаешь, насколько хреновой была моя неделя? — Я разочарованно провожу рукой по волосам.
— Нет, вообще-то, не знаем. Ты нам уже несколько недель ни хрена не рассказываешь.
Неправда, но все равно.
— Я встречаюсь с Райан — исключительно — что должно радовать Элиаса, так как он хочет, чтобы я был более мягким и пушистым. Потом я возвращаюсь домой, и кто стоит на крыльце? Твоя маленькая приятельница, Тиффани, которая, черт возьми, должна была знать, что меня видели целующимся с Райан возле стадиона после нашей последней игры.
Я понятия не имею, имеют ли слова, извергаемые из моего рта, какой-либо смысл, но близнецы кивают.
— Да, мы тоже видели это, но не хотели спрашивать тебя об этом.
— Говорит само за себя, да?
Они снова кивают, две одинаковые кивающие головы.
— В любом случае. Чертова Тиффани была на улице, когда я вернулся домой. Вы знали об этом?
Они одновременно качают головами.
— Почти уверен, что она пыталась меня поцеловать, когда делала мне предложение. Я имею в виду, кто, блядь, так делает?
— Эммм… — начинает Дрейк. — Многие цыпочки предлагали пососать мой член.
Мы с Дрю таращимся на него.
— Серьезно?
— Серьезно.
Дрейк прислонился к стойке, скрестив руки.
— У меня есть несколько приятелей, которые работают вышибалами в городе. Девушки всегда просят отсосать у них, чтобы попасть в клубы.
Это я знал, но ко мне лично никто не обращался с подобным предложением. Думал, что это городская легенда.
— Видимо, я не достаточно доступен, — ворчу я.
— Ну что ж. — Дрейк хлопает меня по спине. — Теперь уж точно, раз у тебя есть девушка.
Дрю смеется. Я нет.
Я не смеюсь и три часа спустя, когда Дрейк просовывает голову в мой дверной проем с мрачным выражением лица.
— Что это за взгляд?
— Ты видел «Сплетни кампуса»?
— Что, на хрен, за «Сплетни кампуса»?
Серьезно, какие тупые названия люди придумывают.
— Это приложение для сплетен, где студенты публикуют всякую хрень, которую они видели и слышали в кампусе.
Звучит по-идиотски. Где они придумывают это дерьмо?
— Я слышал о нем, но никогда не видел. — Я делаю паузу, откладывая пульт от телевизора. — А что?
Дрейк переступает порог, протягивая мне свой телефон.
— Не стреляй в гонца.
Прищуриваюсь на экран, глаза привыкают к свету, бьющему мне в глаза.
Моему мозгу требуется несколько секунд, чтобы обработать изображение, которое мне показывают, и я вижу его фрагментами: белая толстовка, черные леггинсы, знакомые длинные светлые волосы.
Девичья попка.
Мой дом.
Мое крыльцо.
Моего лица не видно, потому что голова Тиффани закрывает любое выражение, которое там скрыто, но изображение изобличающее, несмотря на свою невинность.
— Что. За. Хрень, — бормочу я, садясь и хватая мобильник брата. — Что это, блядь, такое? Что это за херня, Дрейк?
— Чувак. — Это все, что он говорит.
— Вот же сука, — шепчу я. — Она меня подставила.
Мой брат кивает.
— Похоже на то.
— Вот сука, — повторяю я. Смотрю на Дрейка. — Райан меня убьет.
Глава 39
Райан
«Розы красные, фиалки синие, я должен использовать свою руку — но я думаю о тебе…».
— Даллас Колтер
Новости приходят от Винни, которая получила их от Новичка, мельницы слухов братства.
— Райан, ты знаешь, что я люблю тебя…, — начинает она, удивив меня тем, что стучит в дверь моей квартиры и появляется без предупреждения — чего никогда раньше не делала.
Выражение ее лица говорит само за себя: что-то не так.
— Что происходит? — Я держу дверь открытой и приглашаю ее внутрь. — С твоими родителями все в порядке?
— Да, все хорошо. — Но она заламывает руки и выглядит безумно смущенной.
— Винни, что случилось? — Я беру ее за руки и веду на кухню, достаю из шкафа два винных бокала и ставлю их на стойку. Нам точно понадобится алкоголь. — Я думала, тебе сегодня нужно работать.
Как ее лучшая подруга, я должна знать, когда она работает, а когда нет, чтобы знать, когда мы можем проводить время вместе.
— Я действительно должна была работать.
Я наблюдаю за ней несколько мгновений, прежде чем достать вино из холодильника и откупорить его, наливаю бокал для нее и бокал для себя, затем наклоняюсь вперед, чтобы уделить ей свое безраздельное внимание.
— Винни, ты меня пугаешь.
Она делает глубокий вдох.
— Мне жаль.
— О чем?
Винни постукивает по своему мобильному телефону, проводя пальцем по экрану то в одну, то в другую сторону, прежде чем подтолкнуть его ко мне по столешнице. Берет бокал вина и пьет, выпивая все одним глотком.
Я широко раскрываю глаза, прежде чем схватить ее телефон и поднять его так, чтобы увидеть, что на экране.
Я вижу дом и двух людей на крыльце, блондинку и какого-то парня. Похоже, что они целуются, но из-за ракурса невозможно точно определить.
Кладу телефон Винни на место.
— Я не понимаю.
Она показывает на телефон.
— Посмотри внимательнее. — Наливает себе еще один бокал вина.
И если бы я не была так растеряна, я бы посмеялась над ней, над тем, как она нервничает и суетится, все еще не понимая, почему.
Дом. Люди. Крыльцо.
Дом.
Люди.
Крыльцо.
Светлые волосы. Это крыльцо…
Увеличиваю фотографию, двигая двумя пальцами по экрану телефона Винни, пытаясь разобрать фигуры.
— Винни, кто это?
— Нажми на ссылку и прочитай надпись.
Я не хочу.
В моем желудке образуется яма, там оседает огромный комок, перекатываясь и толкаясь, потому что в этот самый момент все кусочки головоломки встают на свои места в моем мозгу.
— Это Даллас? — А та соседская девушка? Та, которая всегда ошивается рядом, делает ехидные замечания — та, которая является третьей лишний для своих друзей. Но ведь она не третья лишняя, верно? Она ждала, не торопилась, хотела получить шанс с Далласом.
Почему сейчас?
— Почему это происходит? — шепчу я.
Винни тянется к моей руке, когда я кладу телефон. Мне нужно было перестать пялиться.
— Потому что она одна из тех девушек, которым все равно, и теперь, когда о нем пишут во всех новостях, она хочет получить свои пятнадцать минут славы.
Но в статье не используется ее имя, не так ли? Заголовок гласит: ДАЛЛАС КОЛТЕР ПОПАЛ В ЛЮБОВНЫЙ ТРЕУГОЛЬНИК С ТАИНСТВЕННОЙ БЛОНДИНКОЙ.
Таинственная блондинка? Ха.
— Ее зовут Тиффани, и она живет по соседству.
Винни ахает и прикрывает рот рукой.
— Нет.
— Да. — Я делаю паузу, находясь на грани слез. — Интересно, как давно они тайком встречаются.
— Райан, может, все не так, как кажется.
Я качаю головой.
— Пожалуйста. Все так говорят, когда их ловят. Не ведись на клише. Камеры следили за ним всю неделю… он должен был знать, что кто-то там фотографирует. — Внезапно у меня появилась другая мысль. — Может, таким образом он пытается порвать со мной? — Я смотрю через стойку на Винни, мой бокал с вином давно забыт. — Он врал в тот вечер, когда сказал, что хочет попытаться сделать так, чтобы у нас все получилось.
— Он не стал бы этого делать, — решительно заявляет подруга, вставая на его защиту.
Я смеюсь, но это не веселый смех, а сардонический и злой.
— Ты даже не знаешь его. Ты не знаешь, что бы он сделал, а что нет. — На этот раз я поднимаю бокал с вином, и выпиваю большую часть одним глотком, как это делала Уинни. — Он парень.
