в купальни.
– Да стой ты! – от возбуждения я сама дернула его за руку. – Шторм, ну послушай! Мы должны пойти туда, слышишь?
– И думать не смей! – Он впихнул меня в бассейн. – Я показал тебе правду, чтобы ты поняла. Но ты ничего не поняла!
– Но…
– Там нет воды! – забыв о запрете на громкие звуки, разъярился ильх. – И добраться туда невозможно. Думаешь, никто не пытался? Пытались. Не вернулся ни один.
– Там есть лестница!
– И мертвые твари.
Я обернулась на скалы. Пещера выглядела темным безжизненным пятном, лестница сверкала на солнце и казалась совершенно безопасной.
– Там никого нет! Наверное, во всем городе только и остались, что дохлый беркут и еще более дохлый волк! Слушай, мы легко с ними справимся!
Прищурившись, Шторм осмотрел пустой город. Серая зелень, малахитовое безмолвие. Ни движения, ни звука. Даже ветер затих.
– Видишь, там никого нет!
– И это странно, лильган.
– Может, у них закончился срок годности? Ну то есть… их время вышло, и твари… самоустранились!
– Не думаю.
– Ты прогнал живого дикого медведя, что тебе какая-то дырявая тварь! Мы должны…
– Довольно, – оборвал Шторм. – Мы туда не пойдем. Мы останемся здесь, на воде. Возможно, найдем эту проклятую кость и вернемся на берег. И это единственный способ выжить.
– Трусливый способ!
Ильх замер, потом медленно повернулся ко мне. О его ледяной взгляд можно было порезаться. Недобрая усмешка коснулась губ ильха.
– Значит, я трус, Мира, – протянул он с насмешкой. И коснулся рукой своей щеки, перечеркнутой черным знаком. – Это случается с такими, как я.
Резко развернувшись, ильх похромал прочь, а я прикусила язык. Демоны, ну почему я снова ляпнула гадость! Ведь не хотела!
Совершенно расстроенная, я поплелась за ильхом. Снова мокнуть желания не было, и это испортило и без того гадкое настроение. Некоторое время я вяло месила ногами грязноватую воду бассейна, поглядывая на спину Шторма. Спина выглядела напряженной и недовольной.
Через полчаса бесцельного блуждания я все-таки заметила в нижнем бассейне вожделенную кость. Но никакой радости от находки не испытала. Белесый осколок оказался крохотным, с ноготок. Насмешка вместо клада.
«Собирать жалкие подачки вместо того, чтобы взять все… Совсем рядом…»
Мысль обожгла своей логичностью. И в то же время показалась какой-то… неправильной. Я обернулась на разлом в стене, за которым виднелась белая лестница. Шторм ходил в соседнем бассейне, не глядя на меня. И это злило. Я ведь просто хочу найти этот проклятый пепел! Сами назначили мне непосильную плату, а теперь не дают отдать этот демонский долг!
Злость тоже казалась неправильной. Я помотала головой, не понимая, что со мной, и почему чувства так странно двоятся.
«…совсем рядом… вход открыт… рядом… жалкие крохи… взять все…все!»
Так и не обернувшись, Шторм ушел наверх. Я обиженно насупилась. Белая лестница блестела на солнце. Действительно, совсем рядом… Саленгвард безмолвно купался в лучах света, но совершенно меня не пугал. Чего бояться? Этот город бесконечно красив. Даже сейчас, когда его коснулись тлен разрушения и горечь забвения. И все же нет города прекраснее. Саленгвард – лучшее место на всей земле!
– Мира, пора возвращаться.
Шторм стоял совсем рядом, а я и не заметила его шагов, засмотревшись на город. Колкий взгляд отрезвил ушатом холодной воды. Ильх смотрел слишком внимательно. Я отвернулась от проема в стене, кивнула.
– Нашел что-нибудь?
Еще один пытливый взгляд, и Шторм вложил мне в ладонь крупную плоскую косточку.
– Вот, возьми, отдашь конухму. Здесь почти десять щепотей.
«Жалкая подачка…»
– Но ее нашел ты. Не я!
– Мне не нужен пепел. – Ильх мягко закрыл мою ладонь, сжал пальцы. Тепло его руки согревало и прогоняло злые мысли. – Ты злишься на меня, – без улыбки сказал он, всматриваясь в мои глаза. Его – почти утратили зелень, сохранив лишь штормовое ненастье.
Я уже заметила, что так случалось каждый раз в Саленгварде.
– Но я лишь хочу тебя уберечь. Этот город опасен не только мертвыми тварями, – негромко произнес ильх. Его рука сжимала мою, и убирать ладонь не хотелось. – В нем нельзя задерживаться надолго.
«…лучшее место на земле!»
– Здесь все еще звучат мысли Проклятого риара. И его Зов. Но на этот Зов никому не стоит откликаться.
– Зов?
– Яснее всего его слышат те, кто отмечен печатью смерти. Таких людей Зов манит за стены, очаровывает. Но ты ведь не слышишь его, верно?
Малахитовый дворец на вершине горы купается в лучах солнца… Медные статуи с прозеленью времени тянут руки к небесам. И древний Вёльхон стережет сокровище…
– Нет, я ничего не слышу, – вытянула я пальцы из тепла чужой ладони и двинулась вглубь купален. – Надеюсь, у Наны готов обед, дико есть хочется. Но если это снова рыбная похлебка, я кого-нибудь покусаю!
– Звучит… возбуждающе.
Я не обернулась, но услышала улыбку в словах Шторма. И понадеялась, что его покинула настороженная внимательность, с которой минуту назад он изучал мое лицо. И мою ладонь. Шторм смотрел мне в глаза, но его пальцы легко прошлись по коже. И задержались там, где был порез. Я ощутила мягкое поглаживание, короткое и… опасное.
Ильх не доверял мне. Чувствовал подвох. И его все еще беспокоила увиденная на скалах царапина. Так что я снова порадовалась, что соврала о причинах ее появления. Думать о том, как мог поступить ильх, услышав о мече Саленгварда, мне совершенно не хотелось.
Пока мы шли к выходу, за спиной не раздалось ни единого всплеска. По воде Шторм перемещался совершенно беззвучно. Но я всем своим существом ощущала его присутствие. И его долгий, внимательный взгляд.
Глава 17
Грот встретил сумраком. Посмотрев, как я сражаюсь с платьем, Шторм подошел, бесцеремонно натянул на меня ткань, покрутил, ловко завязывая непослушную тесьму.
– Если не поторопишься, то придется снова переодеваться, – пояснил он на мой возмущенный взгляд. – Гроза идет.
Я охнула и выдала что-то из арсенала Торферда-Коряги. Шторм рассмеялся. Я тоже улыбнулась, радуясь, что острая настороженность ушла из его глаз. Как и стылая серость. Сейчас в них плескалась морская волна, разбивалась веселыми брызгами.
Он сложил в замысловатый узелок витой шнур у горла, склонился ниже.
– Бегом, лильган, – шепнул у самого уха.
– А ты?
Предвкушающая улыбка стала ответом. Похоже, сумасшедшему ильху нравилась вода во всех ее проявлениях!
И уже в таверне Наны, обогнав грозу на пару кратких мгновений и грея ладони о шершавую миску с бульоном, я поняла, что хромой Шторм просто не смог бы, подобно мне, посостязаться с ненастьем. Даже если бы захотел.
***
Тонкий силуэт девы мелькнул за деревьями и пропал.
«Успеет», – одобрительно подумал Шторм. Пухлая туча нависла над Последним Берегом, озаряя бухту вспышками молний. Дождь обрушился сплошным потоком, размывая песок под ногами и угрожая смыть ильха в бурлящие воды.
Шторм миновал качающиеся на волнах хёггкары и уже почти добрался до таверны, когда из зарослей вывалился Ирган и свалился ему под ноги. Лицо парня заливали потоки дождя и крови, так что и не понять было,
