Читаем без скачивания Хищный клан 3 (СИ) - Виктор Молотов

class="p">Но ни мусора, ни строительной пыли, местные работяги-волонтёры за собой не оставили. Всегда бы так! да и во всех мирах. А то ремонт всегда был моим слабым местом.

Студенты из клуба строителей, или вернее, они называли себя магами-архитекторами, объединили мои апартаменты со Светиными. Так у нас появилось целых пять дополнительных комнат.

Одна из них по праву принадлежала беременной супруге, а вторая её слугам. Ещё одну спальню я отдал Сухоносову. И у нас оставалось две комнаты в запасе на случай внезапных гостей или очередного пополнения клана.

— Сергей? — раздался голос Морфа с кресла, где он лежал всё это время.

— Я тут, — ответил я и поднял трактат.

— Пока тебя не было, я долго рассуждал, как бы проклясть строителей, чтобы не шумели…

— Что, думать мешали? — ухмыльнулся я.

А Морф прищурил единственный красный глаз.

— И это тоже, — выдохнул он.

— Так что интересного ты мне поведаешь?

— Да ничего. Пока ты где-то шлялся, я переводил скопированный их твоей чёрной книги текст.

— И что интересного нашёл?

— Да то, что на тёмного бога не действуют проклятья. Он сам появился из одного мощного проклятья, что вскоре обрело разум. Это достаточно интересно?

— Пожалуй, — ответил я и сглотнул засевший в горле ком.

Эта информация рушила все мои планы.

Глава 26

Заговорщики

На следующий день сидя на уроке по этикету, думал я совершенно о другом. Голова была обращена к окну, где-то на фоне сознания мелькал голос преподавательницы. А перед глазами стояла картина с несчастной убитой собакой в лесу. И крик Юли.

После долгих раздумий я пришёл к неоднозначным выводам. И впервые мне не терпелось попасть на занятие по проклятьям, чтобы подтвердить или опровергнуть свою догадку.

Но внезапно из размышлений меня вывел голос пожилой преподавательницы:

— Сергей Александрович, может быть, вы расскажете всей группе, почему не стоит приходить на бал в жёлтом?

Ох, вот же коварная женщина. Я первый раз попал на её занятие, а тут уже каверзные вопросы. Да такие, до которых мне нет дела. Ведь если я решу пойти на бал в жёлтом костюме, то слуги непременно меня предупредят, что так делать не стоит.

Я встал и уверенно ответил на вопрос:

— Эта традиция пошла от старого поверья, что женщина, одетая во что-либо жёлтого цвета, была неприемлемо развратной. Также в культурах некоторых стран этот цвет символизирует измену и предательство.

— Правильно, садитесь, — одобрила преподавательница, и её тон стал мягче. — Продолжим тему выбора цвета наряда для разных случаев.

Дальше я не слушал. И на самом деле нисколько не пожалел, что пропустил все предыдущие занятия по этикету.

Следующим уроком была геральдика, где мы изучали тотемы-покровители и их рода. В общем, ничего интересного.

А вот последним занятием на сегодня у меня как раз были проклятья. Так внимательно я ещё никогда не слушал Марью Ивановну, а она всячески отводила взгляды от меня.

— Что-то она сегодня нервная, — прошептал мне на ухо Нурлан.

— С чего бы?

— Да вон у неё рука дрожит, когда рисует образцы рун. А на нас даже не смотрит.

— Ну вот видишь, до чего довёл бедную женщину своими шутками.

— Да я же не со зла. Святая Акула, раз так, то надо бы извиниться.

— Акула? — я искренне удивился, когда некромант упомянул мой тотем.

— Ой, эт я от Вики заразился. Она постоянно так говорит.

Это звучало странно. Словно Акула сама закладывает в головы своих последователей это определение. Но зачем?

Думается, что скоро мне предстоит об этом узнать. И наверняка я пожалею о собственном любопытстве.

Когда занятие закончилось, я вышел из класса со всеми студентами. Нурлан куда-то убежал, а я остался ждать в коридоре. И когда все ушли, снова вернулся в аудиторию.

Закрыл за собой дверь и наложил на помещение руны тишины.

— Сергей Александрович, в чём дело? — спросила преподавательница дрожащими губами.

Я указал на руны и сказал:

— Говори смело. Нас никто не услышит.

Она кивнула. Только вот ей нечего было мне сказать. Тогда я продолжил:

— Меня одолевает любопытство, и я не смогу спокойно дожить до вечера, пока не узнаю.

— О чём же? — спросила она, отводя взгляд к окну.

Неужто я так впечатлил женщину, что теперь она боится меня?

— Облик невидимого монстра. Он же настоящий. А то, что я вижу перед собой лишь хорошая подделка на человека. Но ты не человек.

— Я не монстр, — твёрдо сказала она, словно я пытался её оскорбить.

— Ты высокоуровневое создание, обладающее не только разумом, но и магией. Девятый уровень?

— Я маг смерти шестого уровня.

— А я не про классификацию людей. Мы говорим об изнанке.

— Восьмой. И, Сергей, об этом никто не должен знать. Я скрываю это даже от своих нанимателей.

— А разве я похож на болтуна?

— Нет, — она сглотнула.

— Тогда последний вопрос. Сколько человек в министерстве аномалий, или как он там называется, знает о твоём существовании?

— Пятеро. Один из них князь Мышкин. Левая рука императора.

— А правая — это граф Орлов?

— Верно. Но не занимается шпионажем подобного уровня.

— Пять человек, одного из которых нельзя убивать, — рассуждал я вслух.

А вот Марья Ивановна с ужасом на меня посмотрела. Словно я какой-то маньяк.

— Разве я неправильно рассуждаю, Марья? Всего пять человек в имперской канцелярии чинят проблемы моему клану.

— Верно, но как я уже говорила, остальных имён назвать не могу.

— А этого и не потребуется.

— Сергей, ты меня пугаешь. Что ты задумал?

— В полночь всё узнаешь. — улыбнулся я и открыл дверь аудитории, попутно сняв с неё свои чары.

Вышел в коридор и меня чуть не сбил с ног Нурлан.

— Ты чего удумал? — спросил я у него.

Но некромант лишь отмахнулся и забежал в класс. А я не удержался, чтобы не подсмотреть.

— Марья Ивановна, это вам, — сказал парень и протянул преподавательнице букет чёрных роз.

— Они отравлены или прокляты? — с недоверием спросила она.

— Нет, Марья Ивановна. Я бы хотел извиниться, что довёл вас своими шутками.

— Благодарю, — улыбнулась женщина и приняла букет. — Извинения принимаются.

С довольным видом Нурлан вышел из кабинета.

— А ты чего тут стоишь? — спросил он у меня.

— Так, тебя искал, — со всей серьёзностью ответил я.

— А, ну вот он я. Пойдём, там Вика заждалась поди.

— Ты превращаешься в подкаблучника.

— Почему? — удивился некромант. — Разве любовь к своей девушке можно так назвать?

— Нет, но тебе бы не мешало иметь и своё мнение, помимо Викиного. А то иначе, смотри, она тебе устроит свадьбу на дне океана, — усмехнулся я.

А вот парень, похоже, принял на веру моё предположение и серьёзно задумался.

— Слушай, я тут подумал, что если свадьба будет на дне океана, но под воздушным куполом, то это не так уж и плохо, — высказался некромант, когда мы поднимались к апартаментам.

— А ты сам чего хочешь? — спросил я в надежде до него достучаться.

— Жениться на твоей сестре. А как уже не столь важно.

— И всё же, подумай над моими словами. Поверь, женщинам нравится, когда ты сам им что-то предлагаешь.

Если бы я тогда знал, что через час разъярённая Вика ворвётся ко мне в комнату, то воздержался бы от советов.

— Свадьба на кладбище? Да ты в своём уме?

— А я то тут при чём? — максимально спокойно ответил я.

— Это ты надоумил Нурлана до такого!

— Так, — я встал, не желая слушать дальше. — Это твой жених, он имеет своё мнение. И я уверен, что вместе вы найдёте компромисс.

Я взял сестру за руку и выпроводил из комнаты. Но интуиция подсказывала, что это только начала спектакля в жанре семейной драмы между магами с горячими головами. Поэтому я ловко переместился в клановое поместье.

Постучался в дверь Иванны и поймал себя на мысли, что в её комнату захожу куда чаще, чем в свою.

Она открыла дверь и предстала предо мной в охотничьем костюме.

— У меня дежурство через полчаса, — уведомила она.

— Я предупредил отца и сегодня тебя заменит Воланд.

— Так, у него же двое суток подряд выходит.

— Это неважно, пусть отрабатывает.

Она только открыла рот, чтобы что-то сказать, но я продолжил говорить:

— Если ты сегодня поможешь мне, то больше не придётся дежурить по двое. И вас, как и раньше, будут вызывать только в случае прорыва.

— Хм, заинтриговал. И что я должна делать?

Я объяснил девушке свой план за чайником травяного чая в столовой.

А к полуночи она уже