– Ничего, я сама позвоню им утром, – быстро сказала Черити, надеясь, что это закроет тему на некоторое время.
– Папа был у них на той неделе, – настаивал Бретт. – Может, миссис Торнтон перепутала день.
– Я думаю, не настолько она глупа, – но мы можем еще кому-нибудь позвонить.
– А кому?
– Ну, допустим, Милликенам.
Бретт с удивлением взглянул на нее.
– Хотя вряд ли, – согласилась Черити. Прошлой зимой Джо и Джон Милликен поругались по поводу платы за какую-то мелкую работу, которую Джо сделал для него. С тех пор они не общались. Хотя Черити пыталась перекинуться словом с Ким Милликен, дочерью Фредди, но та не удостоила ее ни слова, словно сама не была первостатейной шлюхой, побывавшей чуть ли не под всеми старшеклассниками Касл-Рокской школы.
Ей пришло в голову, что они живут в настоящей изоляции, и она почувствовала легкий страх. Никто им не поможет.
– Ничего, – сказал тихо Бретт. – Он может поесть лопухи или еще что-нибудь.
– Послушай, Бретт. Я позвоню Альве завтра утром и попрошу его сходить туда. Обещаю тебе.
– Хорошо, мама. Только не забудь.
Тут в комнату заглянул Джим-старший.
– Я иду в бильярд. Не желаете со мной?
– Я желаю, – сказал Бретт. – Только покажите, где это.
– А вы, Черити?
Черити улыбнулась.
– Нет, спасибо. Что-то не хочется.
Бретт с дядей ушли. Она осталась сидеть на диване, глядя на телефон и думая о ночном хождении Бретта.
«Куджо больше не голоден».
Она неожиданно вздрогнула. «Завтра обязательно разберусь с этим», – пообещала она себе. Так, или иначе. Или нужно возвращаться и позаботиться обо всем самой. Она обещала Бретту.
* * *
Вик снова позвонил домой в десять вечера. Никто не отвечал. Он опять попробовал в одиннадцать и ждал очень долго, но к телефону опять никто не подошел. В десять он начал волноваться, а после второго звонка уже порядком испугался.
Роджер спал. Вик набирал номер в темноте, слушал и вешал трубку тоже в темноте. Ему было одиноко и страшно, как в детстве. Он не знал, что ему делать и что думать. В уме снова и снова вертелась простая фраза: «Она сбежала с Кемпом, она сбежала с Кемпом, она сбежала с Кемпом».
Все говорило против этого. Он вспоминал все, что они с Донной сказали друг другу, тщательно проигрывая в уме все фразы и интонации. У них с Кемпом все кончено. Она велела ему поискать другую дуру. Ничто не предвещало их повторной встречи.
«Разрыв не означает невозможности примирения», – произнес его ум мрачный вердикт.
Но где же Тэд? Она же не могла забрать его с собой? По ее словам, Кемп был чрезвычайно вспыльчив, и Вик предполагал, хоть она и не говорила, что в тот день между ними разыгралась какая-нибудь дикая сцена.
«Поступки людей иногда не предсказуемы».
Ум – вернее, его ревнивая, подозрительная часть, – находила ответы, на все, и в темноте самые дикие ответы обретали убедительность.
Он словно балансировал между двумя видениями: Кемпом и звонящим в их пустом доме телефоном. Она могла попасть в аварию. Может быть, они с Тэдом в больнице. Что-нибудь сломали. Конечно, в этом случае, кто-нибудь обязательно сообщил бы ему – но в темноте эта успокаивающая мысль не успокаивала его.
И он снова обратился к другой возможности: сбежала с Кемпом.
Среди возможных противовесов этой теории один наполнил его бессильной злостью. Что если они решили остаться у кого-нибудь на ночь, забыв предупредить его? Было уже поздно звонить их знакомым и спрашивать.
Можно, конечно, позвонить шерифу и попросить его заняться этим, но не излишняя ли это перестраховка?
«Нет», – сказал его ум.
«Они оба лежат с перерезанным горлом, – сказал ум. – Ты все время читал про такое в газетах. Даже в Касл-Роке такое случалось. Вспомни про Фрэнка Додда».
«Сбежала с Кемпом», – твердила другая его часть. В полночь он позвонил еще раз, и новая неудача окончательно наполнила его предчувствием беды. Кемп, убийцы, грабители – неважно. Беда есть беда.
Он бросил трубку и включил свет.
– Роджер, вставай.
– Угу, ммм… – Роджер прикрыл глаза рукой, заслоняясь от света.
– Роджер!
Роджер открыл глаза и уставился на часы.
– Ты что, среди ночи…
– Роджер… – он поперхнулся. – Роджер, уже середина ночи, а Донны с Тэдом нет дома. Я боюсь.
Роджер сел и поднес часы к самому носу, чтобы убедиться. Четыре минуты второго.
– Может, они где-нибудь заночевали? Элсия с девчонками иногда остаются на ночь у Салли Петри, когда меня нет. Она нервничает, когда одна в доме.
– Она бы позвонила, – при свете идея, что Донна могла сбежать с Кемпом, представлялась абсурдной, и он даже не верил, что еще недавно почти согласился с ней.
– Позвонила? – Роджер еще плохо соображал.
– Она знает, что я звоню домой по вечерам. Могла позвонить в отель и передать мне, если бы собиралась к кому-нибудь. Разве Элсия не звонит?
– Звонит, – Роджер кивнул. – Обязательно.
– Вот и я волнуюсь.
– Понятно. Но она могла и забыть, – но карие глаза Роджера все равно постепенно наполнялись тревогой.
– Могла. Но что-то могло и случиться.
– У нее же есть с собой документы? Если бы она попала в аварию, полиция в первую очередь известила бы тебя. Они позвонили бы домой, потом в офис, и им бы сказали…
– Я говорю не об аварии. А говорю о… – его голос начал дрожать. – Я думал, что они с Тэдом там одни, и… не знаю… Я просто боюсь.
– Позвони шерифу, – предложил Роджер.
– Но…
– Да никаких «но». Пойми, наконец, – никаких сирен и мигалок, просто попросил послать полицейского в дом и проверить, все ли там в порядке. Они могут быть в тысяче мест. Например, на вечеринке.
– Донна ненавидит вечеринки.
– Ну, может играла с подругой в покер допоздна, и Тэд уснул где-нибудь на диване.
Вик вспомнил, как она говорила ему: «Не хочу стать похожей на эти рожи на званых обедах», – но промолчал. Это было слишком близко к теме Кемпа.
– Может быть.
– Есть у вас запасной ключ?
– Да, на гвоздике возле двери.
– Вот и скажи им это. Пусть сходят и посмотрят… если, конечно, у тебя там нет ничего запретного, вроде травки.
– Да нет.
– Тогда позвони им. Она может за это время позвонить, и ты почувствуешь себя полным болваном, но хоть успокоишься.
– Да, – Вик слегка улыбнулся. – Так и сделаю. Он снова поднял трубку, помедлил, потом снова набрал свой номер. Ответа не было. Он набрал номер офиса шерифа из Касл-Рока.
Донна Трентон сидела, положив руки на руль. Тэд в конце концов уснул опять, но сон его был беспокойным, он вздрагивал и иногда стонал. Она боялась, что он снова переживает во сне случившееся до того.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
