Я выжидающе посмотрела на отца, который сверлил меня мрачным взглядом.
— Я думал ты больше не испытываешь к Адриану Фаранскому никаких чувств. Я ошибся? — требовательно спросил он.
Такого разговора я не ожидала. Я думала, мы поговорим о заговоре против нашей семьи, или о том, как мне предстоит пройти испытание на определение уровня магической силы. Смутившись, я поспешно отвернулась, и отошла к окну. Как ответить на его вопрос?
Я определенно к Адриану что-то испытывала! Злость, раздражение, гнев… Это же тоже чувства! Иногда я была ему искренне благодарна, как тогда, когда он спас меня от «Пресса смерти». Были случаи, когда я испытывала к нему уважение (когда увидела, как он сражается, или когда он говорил о своем народе). Вот только когда он слишком близко ко мне, я совершенно не понимаю, что чувствую. Все в голове путается, и мыслить трезво становится очень сложно. А как он целует, это вообще отдельный разговор. Стоило подумать о том поцелуе, и мои щеки залил предательский румянец. Мне определенно понравилось. Да чего там, я бы полжизни отдала, чтобы еще раз его поцеловать!
Вот только гордость заняла упрямую позицию!
— Я ничего не испытываю к Адриану Фаранскому, — твердо произнесла я, поворачиваясь к отцу.
— Тогда почему ты поцеловала его? — вспылил отец. — И заметь, я не говорю, что он тебя поцеловал! Нет, его поцеловала ты! Я прекрасно тебя знаю, никто не смог бы сделать это, против твоей воли! И если этот поцелуй случился, то инициатива была твоей, Белла!
— Я была под воздействием эликсира «Вожделение»… — начала я, но меня перебил Шедар Шергонский.
— Но ты не кинулась целовать Гомеса! Ты выбрала кронпринца! Неужели ты не понимаешь, что не можешь быть с ним? Или ты больше не хочешь стать королевой Королевства Стальных Клинков? Стать главнокомандующей Армией Империи Альдерамин? Гвардейцы уже сейчас готовы присягнуть тебе на верность, и это с учетом того, что они не знают о твоей магии! Как только стало известно, что ты и есть «Звезда», командиры всех отрядов сообщили, что во всем поддержат тебя и готовы хоть сейчас присягнуть тебе на верность!
Я ошеломленно смотрела на своего отца. О том, что мне готова присягнуть на верность вся Армия, я не знала. Гвардейцы присягают только королю Королевства Стальных Клинков, который в свою очередь (как и все остальные короли) дает присягу императору. Я не помню ни одного случая в истории нашего Королевства, чтобы Армия дала присягу наследнику престола, они служат только правителю, который и является их главнокомандующим.
— Они готовы присягнуть мне, считая, что у меня «белый» уровень маги и нет законных прав на престол?
Он тяжело вздохнул и потер глаза.
— Да, Белла, — ответил Шедар. — Тебя хотят видеть на троне Королевства Стальных Клинков, и воинам без разницы какой магией ты обладаешь. Если ты смогла заслужить сорок шесть гладиумов, задержать отступника Мадэна, то для них ты уже лучшая правительница. Сама же знаешь, что в Армии ценят только силу, а ей ты обладаешь сполна. Они поддержат тебя в любых начинаниях, и твое слово станет для них законом. Ты — их будущая королева, и они уже приняли тебя без подтверждения твоего права на престол.
Отец многозначительно смотрел на меня, а до меня стало доходить, на что именно он намекает. Мороз прошел по коже, а внутри все заледенело.
— Наследники престолов не обязаны присягать императору, — начала я свои рассуждения. — И, получается, если гвардейцы присягнут мне, до того, как я стану королевой и присягну императору на верность, то стану реальной угрозой для правления Фаранских? — проговорила я.
— Станешь, — кивнул отец, внимательно меня разглядывая. — Если ты будешь не согласна с политикой правящей имперской династии, то именно твою сторону займет вся военная мощь нашей Империи Альдерамин.
В истории еще не было прецедентов, чтобы Армия присягала дракону, не присягнувшему императору. В свое время отец сразу после коронации давал присягу Виктору Фаранскому, а уже потом принимал присягу у гвардейцев.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Это условие было гарантией власти династии Фаранских. Присягу нарушить нельзя, она закрепляется магией, и в случае измены отнимает у предателя вторую ипостась или полностью лишает магии (если у дракона нет воплощенной формы). Такая вот защита, и мой отец при всем своем желании не может в открытую противопоставить себя политике Фаранских. Он во многом может подпортить им жизнь, даже ослушаться прямых приказов (ведь он не дает клятву сателлита), но действовать против законов Империи Альдерамин, он не имеет права.
А вот я не буду связана с Фаранскими никакими клятвами, и если приму присягу у гвардейцев до вступления на престол, то чисто теоретически смогу руководить Армией по своему усмотрению, без оглядки не только на мнение императора, но и на законы Империи Альдерамин.
Не могу даже представить лицо Адриана, когда он поймет, что стоит мне захотеть, и вся Армия восстанет против него. Я могу оставить Фаранских без военной поддержки, и уже вокруг меня сплотятся остальные Королевства. Нужно мне это? Однозначно, нет. Как бы я не относилась к Адриану, его династия много веков правит Империей, и справляется с этим весьма неплохо. Я во всем разделяю их внешнюю и внутреннюю политику, и становиться во главе Империи, меня не особо прельщает. Мне хватит одного Королевства, своего родного.
Но смогу ли я удержаться от возможности потрепать нервы нашему кронпринцу? Скорее нет, чем да.
— Отец, это очень сильный политический ход, — проговорила я, обдумывая эту ситуацию. — Фаранские такого точно не ожидают. Но хочу сразу предупредить, я никогда не стану действовать против правящей имперской династии.
— Это и не нужно, Фаранские прекрасно справляются со своими обязанностями, — хмыкнул отец. — Я только хочу, чтобы они в полной мере осознали, что, обидев мою дочь три года назад, они очень сильно ошиблись. Не стоит недооценивать Шергонских, мы сила этой Империи, и если захотим, то и Фаранских может поставить на колени, — он несколько секунд рассматривал меня, а потом добавил. — Как только ты покажешь свои крылья, Белла, кронпринц сделает все, чтобы разорвать свою помолвку с Сюзанной и соблазнить тебя. Ты станешь самой завидной невестой и самым ценным союзником. Поверь, кронпринц сделает все, чтобы добиться тебя и твоего расположения. Именно поэтому мне и важно узнать, что у тебя с Адрианом?
— Ничего, — ответила я. У меня на самом деле с ним ничего не было. Один поцелуй не считается. Этот поцелуй останется в моей памяти, как самое невероятное воспоминание. Сам Адриан влюблен в другую драконицу, а ко мне он проявляет интерес, поскольку не понимает моих целей. Он не любит меня. Я не люблю его. — Нам с ним не по пути, отец. Я стану твоей наследницей и если хочешь, то приму присягу гвардейцев Армии Империи Альдерамин.
Глава 39
Арабелла
К обеду новость о моем поцелуе с Адрианом Фаранским облетела весь дворец. Его, не переставая, транслировали по голографам и комментировали. Зак Лесс в своем репортаже высказывал идею взять у меня интервью, чтобы я рассказала о своих ощущениях от поцелуя с кронпринцем Империи Альдерамин. При этом также не осталось без внимания и мое отравление эликсиром «Вожделение» и тот факт, что я якобы перепутала братьев Фаранских. Противный журналист призывал подданных не верить, что я перепутала Адриана и Аллена, и подталкивал их поддержать мой «бурный роман» с Адрианом!
От расспросов придворных меня спасали только мои друзья, которые надев все свои гладиумы и страшные улыбки, повсюду сопровождали меня.
После обеда у всех участниц отбора была назначена прогулка в центре Цефея с нашим женихом. О данном мероприятии стало известно за час до времени сбора, и четверо принцесс, в панике кинулись в свои комнаты прихорашиваться. Я же не понимала, почему они так разнервничались. Мы же с утра приводим себя в идеальный порядок, и перед прогулкой необходимо только подправить макияж и переодеться, но девушки в такой спешке покинули столовую, что даже не стали обедать. Я не была готова к таким жертвам, и от еды отказываться не стала.
