стол отчет от заместителя. – Прочитайте, прошу вас.
Пробежавшись глазами по тексту, сначала вскользь, а после более вдумчиво, Дориан взглянул на посыльного. По мере того как информация доходила до его мозга, сон все больше отступал. И скоро глава Штаба понял, что выспаться этой ночью ему будет не суждено.
– Это точно? – спросил он, дочитав до конца.
– Не точно, сэр, поэтому они до сих пор там, – с легким отчаянием проговорил парень – он явно устал от попыток достучаться до начальника. – Мистер Бреннон с тремя отрядами пытаются понять, что с этим делать, и ожидают вас.
– Сообщи дежурным, чтобы подготовили мне коня, – становясь серьезным, сказал Дориан. – И покажи на карте, где именно они находятся.
Спустя полчаса он отправился в путь.
И теперь этот путь начинал казаться ему бесконечным – в темноте, в которой сложно было разглядеть отметку на карте, и в дурно пахнущей атмосфере, от которой начинало мутить. Туман вокруг, становившийся все более густым, оседал росой на его черном пальто – оно выглядело несколько старомодно, но все же являлось более теплым, чем кожаная куртка. А когда откуда-то послышался далекий полукрик-полувой, Дориан и вовсе ощутил себя героем классического романа, заблудившимся на пустошах и бредущим куда-то навстречу собственной смерти.
Он спешился, едва завидев слабый огонек по левую сторону от дороги, в самом сердце гнилостных болот.
Сомневаясь, Дориан достал из кармана карту и развернул ее. Он забыл свой телефон в кабинете, оставшись таким образом в глупом положении – без связи и без источника света. Это казалось смешным, особенно сейчас, но темные маги не умели создавать свет при помощи чар – свет буквально являлся частью светлой магии. Так что бывший охотник создал язычок пламени на пальце и попытался одновременно разглядеть отметки и не сжечь бумагу, которая трепыхалась на ветру.
Чернильный крест, оставленный посыльным, также уводил прочь от дороги. Значит, придется спуститься с безопасной насыпи и отправиться в топь.
Почва опасно колыхалась под каждым его шагом. Высокие ботинки, которые по обыкновению были на нем, позволяли не волноваться о грязи, но стоило лишь ступить не туда, и он рисковал провалиться по самую шею. Какое-то время Дориан вновь привыкал к темноте – так ему было проще ориентироваться. Он шел навстречу огням, надеясь, что они не окажутся болотными и что впереди его встретят люди из Штаба, а не чудовища.
Страшилок о болотах ходило действительно немало, но главной из них была история о Ланон Ши, в честь которой и прозвали всю местность. Ланон Ши являлась героиней древней кельтской легенды о прекрасной золотоволосой деве – воплощении злобного духа, заманивающего неосторожных путников на смерть. В ключевой момент она обращалась монстром, прокусывала шею несчастного и высасывала всю его кровь.
Вот и бывшие жители этих краев, когда болото еще не подступило так близко к их жилищам, часто рассказывали о некой призрачной деве, появлявшейся иногда на пустошах, очаровывавшей и убивавшей одиноких мужчин, поддавшихся на ее чары.
Дориану, идущему вперед в тумане и потерявшему счет времени, даже начинало казаться, что он слышит ее нежный голос и видит призрачные руки, манящие его за собой. Воздух был отравленным, а место – дурным, о чем глава Штаба не уставал себе напоминать. Только желание вернуться в свою постель и наконец поспать заставляло его не сбиваться с пути.
Идти стало совсем тяжело – подошвы ботинок утопали в грязном мху целиком и отрывались от него с усилием и громким чавканьем. Дориан вовремя заметил уложенный кем-то деревянный настил и поднялся на него. Доски были старыми, скрипучими, местами прогнившими и сильно прогибающимися под его весом, но выглядели куда более надежными, чем болотная почва.
Дориан ускорился и вскоре увидел свет и людские силуэты. Оказалось, что заместитель Брэннон развернул здесь целый временный лагерь. Территорию вокруг освещали переносные фонари на высоких жердях, тут и там стояли походные столы и стулья. Центром композиции являлась просторная палатка из черной ткани, размещенная прямо на мшистых холмиках рядом с деревянным настилом. Она сливалась с темнотой и туманом и потому не проглядывалась издалека.
Дориан подошел к ним злой как черт. Он весь вымок, продрог, устал, да и к тому же был не в себе из-за смрадного воздуха и видений.
– Надеюсь, у тебя были веские причины затащить меня сюда, – сквозь зубы проговорил он, находя Бреннона среди молчаливых и мрачных сотрудников Штаба.
Лукас Бреннон, одетый в короткое пальто, шляпу и шарф, понимающе кивнул, вытащил из внутреннего кармана металлическую флягу и протянул ее Дориану.
– Чертово чистилище. Глотни, помогает от… – сказал он, покрутив пальцами возле виска, изображая галлюцинации. – Здешние места питает вода отравленного моря. И хоть болото выступает природным фильтром, очищая ее, весь яд поднимается в воздух испарениями. Надо было отправить за тобой провожатого, но у самого голова уже плохо варит. Еле-еле смог поймать связь, и она тотчас пропала – только успел отправить сообщение Ивлину. Посмотришь на находку, и начнем сворачиваться.
– Так в чем дело? – спросил Дориан, делая несколько глотков подряд – во фляге было налито виски.
– Волонтеры из числа жителей Эмайна и несколько отрядов младших хранителей всю неделю прочесывали болота в поисках пропавшего мальчика. Вчера они нашли его примерно в миле отсюда, под старым упавшим деревом, и доставили в ближайшую лечебницу, – рассказал Лукас, шагая по настилу вперед.
Дориан следовал за ним.
– Мальчик сказал, что они с друзьями часто бегали сюда в попытках увидеть Ланон Ши, но никогда не заходили далеко. Ее замечали здесь особенно часто в течение прошлого года. А поругавшись с матерью, мальчик назло решил уйти подальше и в одиночку – надеялся, что призрак заберет его с собой. Вместо него он встретил кое-кого другого.
Бреннон спустился с настила, подошел к палатке и приоткрыл один ее край, делая при этом приглашающий жест.
Дориан вошел внутрь первым.
По бокам палатки располагались столы со старинным на вид лабораторным оборудованием и разложенными инструментами. Центральная часть была ограждена столбиками с красной липкой лентой, помечающей начало зыбкой трясины. А из самой трясины торчала часть полуразложившегося трупа. То, что осталось от его лица, исказилось в ужасающей гримасе.
Запах гниющей плоти смешивался с запахом болот и почти не выделялся в общем смраде. Всем и без него было дурно. Чувствуя скорее визуальное, чем обонятельное отвращение, Дориан подошел ближе.
– Мальчик угодил здесь в топь, чуть не утонул и смог выбраться, только нащупав нечто твердое. Когда он вынырнул, тело выкинуло из трясины следом за ним, – добавил Лукас. – Это произошло
