Читаем без скачивания Город священного огня (др. перевод) (ЛП) - Кассандра Клэр

Erchomai.

Я иду.

А теперь одно слово: «Veni».

Я пришел.

Второе послание. Ох, Себастьян был занят. «Глупо, — подумала она, — как глупо думать, что он пришел ради нее, что все это не было частью чего-то большего, что он не хотел большего: больше разрушений, больше ужаса, больше беспорядков». Она думала о его усмешке, когда упомянула о битве в Цитадели. Конечно, это было больше, чем нападение — попытка отвлечь. Отвести взгляд нефилимов от Аликанте, заставить их повсюду искать его и Омраченных, вызвать панику убитыми и раненными. А в это время Себастьян нашел дорогу к самому сердцу Гарда и разукрасил пол кровью.

Возле кафедры стояла группа Безмолвных Братьев в одеждах цвета кости и спрятанными за капюшонами лицами. С ожившими воспоминаниями Клэри повернулась к Джейсу.

— Брат Захария… у меня все не было возможности спросить у тебя, все ли с ним в порядке?

Джейс с болезненным выражением лица смотрел на надпись на кафедре.

— Я видел его в Базилиасе. С ним все хорошо. Он… другой.

— Другой в хорошем смысле?

— Другой в человеческом смысле, — ответил Джейс, и прежде чем Клэри успела спросить, что он имел в виду, кто-то позвал ее по имени.

В центре комнаты она увидела вытянутую из толпы руку, отчаянно размахивающую в ее сторону. Изабель. Она стояла с Алеком на небольшом расстоянии от родителей. Клэри услышала, как ее еще зовет Джиа, но она уже пробиралась сквозь толпу, Джейс и Саймон следовали за ней попятам. Она чувствовала направленные на нее любопытные взгляды. В конце концов, все знали, кто она. Знали, кто они все. Дочь Валентина, приемный сын Валентина и вампир-Светоч.

— Клэри! — воскликнула Изабель, когда она, Джейс и Саймон отделались от пялящихся зевак и чуть не врезались в брата и сестру Лайтвудов, которые смогли очистить себе немного пространства посреди толпы. Изабель бросила на Саймона раздраженный взгляд, а потом потянулась обнять Джейса и Клэри. Как только она отпустила Джейса, Алек потянул его за рукав и вцепился в него, костяшки его пальцев, держащие ткань, побелели. Джейс выглядел удивленным, но ничего не сказал.

— Это правда? — у Клэри спросила Изабель. — Прошлой ночью Себастьян был у тебя дома?

— У Аматис — да… Откуда ты узнала? — поинтересовалась Клэри.

— Наш отец — Инквизитор, конечно же, мы знаем, — ответил Алек. — О том, что Себастьян был в городе, ходили слухи, пока не открыли дверь в комнату Консула, и мы не увидели вот это.

— Правда, — вмешался Саймон. — Консул спросила меня об этом, когда разбудила — как будто я что-то знаю. Я все проспал, — добавил он, когда Изабель бросила на него вопросительный взгляд.

— Консул что-нибудь рассказала тебе об этом? — спросил Алек, взмахнув рукой в сторону мрачной картины. — Себастьян?

— Нет, — сказала Клэри. — Вообще-то Себастьян не делился своими планами.

— Он не мог добраться до представителей нежити. Только не в случае, если Аликанте охраняется, и каждый из их безопасных домов патрулируется, — сказал Алек. В его горле пульс стучал словно молоток, рука, покоящаяся на рукаве Джейса, тряслась от мелкой дрожи. — Они были на ужине. Они должны быть в безопасности. — Он отпустил Джейса и сунул руки в карманы. — А Магнус… Магнус даже не должен был находиться здесь. Вместо него должна прийти Катарина. — Он взглянул на Саймона. — В ночь битвы я видел тебя с ним на Площади Ангела, — сказал он. — Он сказал тебе, почему был в Аликанте?

Саймон покачал головой.

— Он просто прогнал меня. Он исцелял Клэри.

— Может, это блеф, — произнес Алек. — Может, Себастьян пытается заставить нас думать, будто он что-то сделал представителям нежити, чтобы сбить нас…

— Мы не знаем, сделал ли он им что-нибудь. Но… они пропали, — тихо произнес Джейс, и Алек отвел глаза, будто не мог вынести его взгляда.

— Veni, — прошептала Изабель, глядя на кафедру. — Почему…

— Он говорит нам, что у него власть, — сказала Клэри. — Власть, которую никто из нас не понимает. — Она подумала о том, как он появился в ее комнате, а потом исчез. Как в Цитадели под его ногами разверзлась земля, как будто она приветствовала его, прятала от угрозы мира наверху.

В комнате прозвучал резкий звон — колокольчик, призывающий Совет к порядку. Джиа двинулась к кафедре, с одной стороны от нее встал вооруженный стражник Конклава в одежде с капюшоном.

— Сумеречные охотники, — произнесла она, и слова четким эхом разнеслись по комнате, как если бы она использовала микрофон. — Пожалуйста, помолчите.

В комнате постепенно стало тихо, но судя по непокорным взглядам на нескольких лицах, это была тишина не стремящихся сотрудничать.

— Консул Пенхаллоу! — воскликнул Кадир. — Какие ответы есть у вас? Что значит это… это осквернение?

— Мы не уверены, — начала Джиа. — Это произошло ночью, между сменами стражников.

— Это месть, — произнес худой темноволосый Сумеречный охотник, в котором Клэри узнала главу Будапештского Института. Лазло Бэлоу, по-моему, так его звали. — Месть за наши победы в Лондоне и в Цитадели.

— Мы не одержали побед в Лондоне и Цитадели, Лазло, — сказала Джиа. — Лондонский Институт оказался защищен силой, о которой мы не знали, которую мы не можем повторить. Сумеречные охотники там были предупреждены и уведены в безопасное место. Но даже в этом случае некоторые из них были ранены, никто из войска Себастьяна не пострадал. В лучшем случае это можно назвать успешным отступлением.

— Но нападение на Цитадель, — возразил Лазло. — Он не вошел в Цитадель. Он не достиг оружейной…

— Но ничего и не потерял. Мы отправили шестьдесят воинов, а он убил тридцать и ранил десять. У него было сорок воинов, а потерял он, наверно, пятнадцать. Если бы не то, что произошло, когда он ранил Джейса Лайтвуда, то сорок его воинов убили бы наших шестьдесят.

— Мы Сумеречные охотники, — сказала Насрин Чоудхури. — Мы привыкли защищать то, что должны защищать до последнего вздоха, до последней капли крови.

— Благородная идея, — произнесла Жозиан Понмерси из Марсельского Конклава, — но, возможно, не совсем практичная.

— Мы оказались слишком консервативны в том количестве, которое отправили в Цитадель к нему на встречу, — произнес Роберт Лайтвуд, его громкий голос разнесся по комнате. — С момента нападений мы подсчитали, что на стороне Себастьяна сражается четыреста Омраченных воинов. Лишь учитывая цифры, можно сказать, что сейчас битва лицом к лицу между его силами и нашими Сумеречными охотниками будет означать его проигрыш.

— Поэтому сейчас нам нужно сражаться с ним как можно скорее, пока он не обратил еще одного Сумеречного охотника, — сказала Диана Рэйберн.

— Нельзя сражаться с тем, кого не можешь найти, — возразила Консул. — Наши попытки отследить его по-прежнему безрезультатны. — Она повысила голос: — Сейчас лучший план Себастьяна Моргенштерна — выманить нас небольшими группками. Ему нужно, чтобы мы отправили разведывательные группы на охоту за демонами или за ним. Мы должны держаться вместе, здесь, в Идрисе, где он не сможет противостоять нам. Если мы разделимся, оставим нашу родину, то проиграем.

— Он будет ждать, когда мы выйдем, — произнес светловолосый Сумеречный охотник из Копенгагенского Конклава.

— Мы должны верить, что на это у него не хватит терпения, — сказала Джиа. — Мы должны полагать, что он нападет, а когда это произойдет, наше превышающее количество одержит над ним верх.

— Нужно учитывать не только терпение, — проговорил Бэлоу. — Мы покинули наши Институты, мы прибыли сюда с пониманием того, что вернемся, как только проведем Совет с представителями нежити. Без нас в этом мире кто его защитит? У нас есть поручение, поручение Небес, защищать мир, сдерживать демонов. Мы не можем этого делать, находясь в Идрисе.

— Весь караул находится в полном составе, — сказал Роберт. — Остров Врангеля работает сверхурочно. И учитывая наше новое сотрудничество с нежитью, нам придется положиться на них, чтобы поддержать Договор. Это тоже должно было обсуждаться сегодня на Совете…

— Ну, тогда удачи вам в этом, — сказала Жозиан Понмерси, — учитывая, что представители нежити исчезли.

Исчезли. Слово повисло в тишине, как упавший в воду камень, вызвав рябь в комнате. Клэри почувствовала, как Алек рядом с ней тут же напрягся. Она не позволяла себе думать об этом, не позволяла себе верить, что они действительно исчезли. Она твердила себе, что эту уловку для них устроил Себастьян. Злая шутка, ничего больше.

— Мы этого не знаем! — возразила Джиа. — Сейчас стража ищет…

— Себастьян написал на полу прямо перед их креслами! — воскликнул мужчина с перевязанной рукой. Он был главой Института Мехико и участвовал в битве при Цитадели. Клэри вспомнила, что его фамилия — Росалес. — Veni. Я пришел. Как когда он в Нью-Йорке отправил нам сообщение со смертью ангела, так и сейчас он ударяет по нам в самое сердце Гарда…