Вне себя от злости, она закончила игру, извинилась и решительно направилась через широкую лужайку к патио, сердито размахивая ракеткой (хорошо было бы сейчас огреть этой ракеткой Хоссама по его дубовой голове!). Теперь он вздумал за ней шпионить! А она-то старалась быть с ним деликатной! Надо было просто сказать, что он надоел ей до чертиков. Да, настал подходящий момент для серьезного разговора.
Он стоял, скрестив руки на груди, и с самым невозмутимым видом смотрел, как она несется к нему на всех парах. Ростом он был футов шесть; ей нравился его рост, но сейчас она мысленно пожелала, чтобы он стал коротышкой и она могла дать ему пинка под зад.
— Прекрати сейчас же! — прошипела она, свирепо уставившись в темные стекла его очков. — Между нами все кончено. Ты понял? Кончено! Ко-нец. Капут. Финиш. Я бы повторила и на египетском, но ни черта не знаю на этом языке. Мне было хорошо с тобой, а теперь я ухожу…
— Арабский, — пророкотал он.
— Что?
— Египтяне говорят на арабском. Египетского языка вообще не существует.
— Ну, спасибо за информацию. — Она ткнула его пальцем в грудь. — Перестань меня преследовать, перестань шпионить за мной. Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности, понимаешь ты или нет?
— Я просто хочу быть с тобой.
Вот идиот, в отчаянии подумала она.
— Ах ты, дубина! Да пойми, я не хочу быть с тобой! Я видела все твои фокусы, и теперь мне нужен другой волшебник. Не смей больше докучать своими приставаниями.
Кара оттолкнула его и вошла в дом. Она нацепила на лицо любезную улыбку, здороваясь со знакомыми гостями по пути к своей комнате, которая была расположена на третьем этаже и выходила окнами на подъезд. Но, захлопнув за собой дверь, она дала волю своей ярости. Если Хоссам лишит ее такого прибыльного места работы, она собственными руками свернет ему его толстую шею. Вот из-за таких мужчин и уходят в монастырь — нигде от них нет спасения! Нет, не нужен ей очередной любовник; ей необходимо пройти обследование у психиатра, если она уже собралась постригаться в монахини.
Пусть Хоссам только попробует еще раз бросить взгляд в ее сторону — она пожалуется Луи. С нее хватит!
Джон незаметно осматривал сигнализацию, пока Ронсар отпирал дверь в офис. Замок был кодовый, и каждая цифра номера транслировалась в звуковой сигнал определенного тона, как в телефоне. Ронсар постарался загородить своим телом замок, чтобы Джон не смог подсмотреть код. Джон и не пытался заглянуть ему через плечо; наоборот, он повернулся спиной, оглядывая коридор, и отыскал глазами телекамеру, установленную на углу. Потом незаметно опустил руку в карман пиджака и включил миниатюрный диктофон, записавший звуковые сигналы кода, который набирал Ронсар.
— Нам здесь никто не помешает, — сказал Ронсар. — Прошу вас, садитесь. Хотите чего-нибудь выпить? Кофе?
— Нет, благодарю вас. — Пусть его называют параноиком, но он предпочитает соблюдать осторожность и не есть и не пить, когда ему предлагают. Если это буфет, где едят все, тогда другое дело, а на работе он всегда сохраняет бдительность. Береженого Бог бережет. Простое, но довольно эффективное правило.
Джон оглянулся. На огромном старинном столе стоял компьютер Ронсара, но к нему не был подключен телефонный кабель, из чего следует, что компьютер хорошо защищен. Секретные файлы Ронсара наверняка находятся в этом компьютере. Другая машина стояла на соседнем столе эпохи Людовика XIV и была подключена к телефонной линии, принтеру и сканеру.
На столе Ронсара имелся также маленький монитор с контрольной панелью, и Джон понял, что с помощью его Ронсар осуществляет наблюдение за коридором. Должно быть, где-то в здании находится центральный пункт наблюдения, но это ему еще предстояло выяснить. Возможно, наблюдение ведется лишь за некоторыми комнатами, а не за всем домом, как и в случае с подслушивающими устройствами. А эта часть виллы представляет собой личные апартаменты Ронсара, и он вряд ли позволит своим служащим вести за ним наблюдение.
— Кто занимается производством этого соединения? — спросил Джон, так, на всякий случай. Иногда люди выбалтывают правду, когда их застигают врасплох прямым вопросом.
Ронсар улыбнулся:
— У меня имеется соглашение с… производителями. Они не пользуются услугами других дистрибьюторов, а я не раскрываю их координаты. Если только узнают, кто они такие, их предприятие подвергнется настоящей осаде. Заинтересованные лица и организации будут пытаться узнать формулу синтезированного вещества, прибегая к откровенно террористическим методам — похищению, пыткам и так далее. Правительство наверняка их закроет, но при этом постарается завладеть производством. Другого от них и ожидать нельзя, верно? — Он уселся за стол. — Я думал, вы ведете переговоры за моей спиной. Вы с Эрнстом Моррелем интересовались поставками вещества — как еще прикажете вас понимать? А теперь я спокоен.
— Рад слышать.
Джон произнес эту фразу с полным безразличием, и торговец оружием усмехнулся:
— Понятно. Итак, мистер Темпл, перейдем к делу? У меня гости, а вам, видно, не терпится продолжить ухаживания за миссис Джемисон. Скажите мне, только откровенно, на что вам жена? При условии, конечно, что ваши ухаживания увенчаются успехом.
Джон прищурился.
— Я буду ее любить и оберегать.
— Ах, вот как. А вы на это способны? — С этими словами он указал на компьютеры, стоявшие в его офисе. — Благодаря компьютерам мир сузился до размеров экрана монитора. С их помощью каждый может узнать все и обо всем. Сейчас это стало реальностью. Вам не удастся так просто исчезнуть.
— Информацию можно изменить или стереть. Если мне понадобится номер страхового полиса или кредитная карточка, я воспользуюсь чужим именем.
— Да, но как быть с вашей дамой? Она ведь не сможет исчезнуть. У нее есть семья, знакомые, друзья; она привыкла к определенному образу жизни, к страховому полису и кредитным карточкам, о которых вы отзываетесь с таким пренебрежением. Я достаточно хорошо знаю миссис Джемисон и могу вам обещать, что она не захочет пользоваться краденой кредиткой.
Итак, Ронсар пытается защитить от него Ниему, подумал Джон, немало удивленный.
— Если она решит, что такая жизнь не для нее, ей надо всего лишь сказать» нет «. Похищать ее рискованно; это привлечет внимание к моей персоне.
— А этого вы стремитесь всячески избегать, — заметил Ронсар и кивнул. — Ну а если она согласится ехать с вами — что вы будете делать?
Джон молча посмотрел на него в упор и ничего не ответил. По правде говоря, он и сам не знал, что будет делать, но Ронсар-то об этом не догадывался. Что ж, пусть думает, что Темпл — самый скрытный мерзавец, какого ему приходилось встречать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
