припарковываюсь на стоянке возле ярмарки искусства и еды, расположенной вдоль центральной улицы.
— Счастливая догадка.
Мы начинаем с одного конца и медленно продвигаемся к другому. Ви останавливается почти у каждого стенда. Она общается с художниками и восхищается их творениями. Даже когда я могу сказать, что это искусство не для нее, она находит что-то, что ценит в готовом продукте.
Я ценю еду. Вокруг нас витает запах жира и сахара, и я балуюсь, хватая нам крендельки, затем корн-доги, тамале [Прим.: Тама́ле — мезоамериканское блюдо; тесто из никстамализированной кукурузной муки, обёрнутое кукурузными листьями, приготовленное на пару] и, наконец, фанел-кейк [Прим.: Торт «Воронка» — это региональное сладкое блюдо, популярное в Северной Америке, которое можно найти в основном на карнавалах и в парках развлечений. Он готовится путем обжаривания теста во фритюре].
Я протягиваю тарелку, чтобы предложить ей последний кусочек.
— Ни за что. Я так полна. — Она держит руку на животе. Ветер развевает волосы вокруг лица. Не пытаясь сдержать это, Вайолет запрокидывает голову и смотрит на небо. — Это была лучшая ночь.
— Это еще не конец.
Мы уже дважды ходили вверх и вниз по улице, но я веду ее к маленькой будке, где мужчина рисует карикатуры. Я плачу ему, и он жестом предлагает нам сесть на стулья перед его мольбертом.
Она тянет подол своего черного платья — еще одного, которое она сама сшила.
— Как ты попала в дизайн одежды?
— Ну… — Она улыбается, начиная говорить. — Думаю, в моем детстве было много мелких показателей. Я любила одежду, но ненавидела, если кто-то носил такую же одежду, как я. Это привело к тому, что я настроила свои собственные вещи. Моя мама так злилась. Я рисовала узоры на джинсах и кроила рубашки. В конце концов она подарила мне швейную машинку и разрешила записаться на местные курсы. — Она пожимает плечами. — Я люблю это. Это весело, но в то же время очень тяжело и неприятно.
— Я понимаю. Есть определенное удовлетворение в выполнении сложных дел.
Волнение загорается в ее карих глазах. — Верно? Каждый раз, когда я дохожу до этого момента в дизайне, я задаюсь вопросом, почему я это делаю, а потом заканчиваю, и это лучшее чувство.
Я ударяю ее коленом о свое. — Ты действительно хороша в этом.
Она пытается отмахнуться от комплимента.
— Я серьезно, Ви. Ты невероятна. Я мало что знаю о моде и еще меньше о том, что в нее входит, но ты действительно хороша в этом, и это делает людей счастливыми. Я видел это по твоим подругам, когда они вчера вечером надели эти платья.
— Спасибо.
Художник заканчивает работу и передает бумагу Вайолет.
— Дай мне увидеть. — Я наклоняюсь ближе, и она наклоняет его так, чтобы мне было лучше видно.
Даже в таком виде Вайолет выглядит великолепно, но я смеюсь, когда вижу себя. Карикатурно я смотрю на нее, и в моих глазах настоящие сердечки.
— Это кажется пугающе точным, — говорю я, пока мы встаем. Я благодарю парня и мы отправляемся за моим внедорожником.
Когда мы почти добрались до цели, Ви останавливается передо мной. — Спасибо. Это было идеально.
— Пожалуйста.
Ее волосы снова падают ей на лицо, я убираю их и наклоняюсь, чтобы поцеловать ее.
— Хочешь переночевать? Строго спать. Я просто не хочу, чтобы эта ночь заканчивалась.
Она кивает и говорит: — Я тоже.
28
ВАЙОЛЕТ
— Что ты собираешься надеть? — Джейн спрашивает.
Они с Далией сидят на моей кровати, а я стою перед зеркалом на задней стороне двери чулана и расчесываю мокрые волосы. Я приняла самый быстрый в мире душ после того, как Гэвин подвез меня после нашего свидания, и переоделась в более удобную одежду.
— Я не знаю. — Я смотрю на свои обрезанные шорты. — Этот?
Никто из них ничего не говорит.
— Мы не собираемся возвращаться. Я просто пойду туда спать. — Я тяну подол потертой джинсовой ткани. — Разве это не нормально?
— Классно выглядишь. Ты всегда выглядишь великолепно, — говорит Далия.
Я обращаюсь к Джейн за подтверждением.
— Я имею в виду, да, ты выглядишь сексуально, но для ночевки? Как насчет сексуальной комбинации или бюстгальтера без косточек с крошечными хлопковыми шортами?
— Ты хочешь, чтобы я пошла в Белый дом в бюстгальтере и шортах?
— Ооо. Оооо. — Она подпрыгивает и машет руками. — У тебя есть одна из его футболок или футболка с его именем на спине?
— Нет.
— Ну что ж. — Она пожимает плечами и садится обратно. — Это была всего лишь идея.
Я подхожу к кровати и сажусь между ними, затем падаю на спину. — Почему я так нервничаю?!
— С тобой все будет в порядке. — Далия трясет меня за ногу. — Он без ума от тебя. Мы все могли это видеть, когда он был здесь прошлой ночью. Разве мы не могли бы?
Джейн кивает. — Ага. Это правда. Хотя я бы все равно предпочла более сексуальную одежду для отдыха.
Сейчас я нервничаю больше, чем всю ночь. Двадцать минут спустя я иду к Белому дому. Гэвин встречает меня у двери.
— Привет, ты сделала это. — Он отступает назад, чтобы впустить меня, проводя рукой по мокрым волосам.
Спортивные штаны свисают низко на бедрах, а белая футболка прилипает к влажному телу.
— Ви?
— Да? Что?
Он усмехается. — Ты войдёшь?
Я смотрю на свой наряд. Я убью Джейн. В итоге я надела то же платье, что и раньше, потому что не могла придумать, как выглядеть удобно/сексуально, чтобы не чувствовать себя самонадеянно или чрезмерно нетерпеливо.
— Мне пойти переодеться? Я собиралась надеть что-нибудь более повседневное, но не была уверена. Это слишком много. Никто не спит в платье. Я скоро вернусь.
Я поворачиваюсь, но его пальцы обхватывают мое запястье, не давая мне убежать. — Тащи сюда свою великолепную задницу. Позже ты сможешь одолжить мою одежду.
