10.1
Олег
-Нет, нет, нет, - господи, только не она, - Инга, блядь, нет, не закрывай глаза, черт..
- Я люблю тебя, - было последним, что я от нее услышал, а потом она закрыла глаза и потеряла сознание.
Я ни черта не мог сообразить, паника затуманила разум, прижимал к себе тело жены, орал что-то, что угодно бы отдал, лишь бы она жила. Меня собой закрыла, глупенькая, что же ты наделала.
-Да приди ты в себя, - сквозь затуманенный разум послышался голос друга, - ее к Астахову надо вести, скорую дольше будем ждать.
Как ни странно, голос друга вывел меня из транса, стянул с себя куртку, зажал рану на кровоточащем боку и нащупал пульс.
«Жива»
-Найдите мне этих ублюдков, - прорычал, усаживаясь в машину, с Ингой на руках. Всю дорого прижимал ее к себе, рычал на Кирилла, чтобы прибавил скорость и мысленно умолял жену не умирать, не оставлять меня, потому что на хрен мне без нее ничего не нужно. Смотрел на мертвенно бледное лицо своей девочки и умирал вместе с ней. Не смогу я без нее, какого черта именно она?
Кир гнал на огромной скорости, пролетал на красный, и давил на педаль сильнее, а я продолжал рычать, потому что ни хрена не мог поделать, она истекала кровью у меня на руках, а все что я мог - это прижимать ее к себе.
Дима среагировал быстро, набрал номер Астахова, к нашему приезду все было готово, во дворе уже ждала каталка и бригада врачей, хрен знает, что бы я делал, если бы не друг, потому что трезво мыслить в таком состоянии я был не способен. Такого ужаса я не испытывал даже в тот момент, когда сам был на волосок от смерти.
-В операционную ее, - скомандовал Марк, - а вы ждите, - обратился он к нам, - помочь все равно ничем не сможете.
Ее увезли, Астахов тоже скрылся за дверьми операционной, а я готов был сдохнуть от собственной беспомощности. Волком выть хотелось. Я ведь ее беспокоить не хотел, когда эта падаль объявилась. Звонок Вольского не стал для меня неожиданностью, как и то, что ему было известно о новом статусе Инги.
Мне даже удалось отследить звонок, но естественно по прибытию мы никого не застали. Он хорошо прятался, с поддержкой Михеева он был практически неприкосновенен, и я это прекрасно понимал. Единственный вариант достать ублюдка – сначала разобраться с генералом.
Ингу в это дело впутывать не хотел, она должна забыть о своем прошлом, посчитал, что будет правильнее ничего ей не рассказывать, пока не разберусь с подонком. Она видела мое состояние, чувствовала, а я отмахивался, потому что не собирался говорить на эту тему. Голова была забита мыслями о том, как достать Михеева, нагрубил ей в нашу последнюю встречу, ушел, оставив без объяснений. Ни хрена меня ничему жизнь не научила, а теперь она там, за долбанной дверью, на операционном столе.
В тот злополучный день сорвался в столицу, впервые за столько лет назначил встречу Соколу, без его помощи мне было не обойтись, а по телефону обсуждать не хотелось, о многом нужно было поговорить. Михеев теперь большая шишка, просто так я до него не доберусь, мне нужен был союзник, тот, кто все еще находится внутри структуры. Несмотря на ранение, карьера Сокола на новом месте пошла в гору, по подполковника дослужился, мозги у парня работали, как часы.
Я понимал, что прошу о невозможном, но мне нужна была вся информация на Михеева - адреса, включая те, что официально зарегистрированы на другие лица, контакты, передвижения, имена служащих, что находятся в тесном контакте с Михеевым.
-Я заплачу, Сокол, столько, сколько скажешь, - заверил его я.
-Мне от тебя ничего не нужно, Гром, я жизнью тебе обязан и рад буду, если эта мразь сдохнет, знаю, каково друзей терять и груз вины выжившего на себе тащить, дай мне немного времени, я сделаю, что смогу.
На этом мы попрощались, собирался вернуться домой в тот же день, но планы полетели к чертям, когда моя тачка попала под обстрел и слетела с обрыва. Отделался легким испугом - сотрясение, ссадины, пара сломанных ребер, да несколько трещин на правой руке. Поторопился я, Дима предупреждал, я не послушал. Пришлось задержаться на несколько дней в столице.
Возвращался с целым кортежем охраны, Дима настоял, когда въехал в город, к нам присоединился Демин. Лишь подъезжая к дому, дали охране команду отбой, остался только автомобиль Демина, мой и одна машина сопровождения. До дома друга я добрался раньше остальных, хотел увидеть жену, она ведь ничего не знала, я запретил говорить.
Чертовы ворота оставили открытыми в ожидании хозяина, никто не мог предположить, что кто-то осмелиться открыть стрельбу здесь, на территории особняка, я просчитался, дважды. И за мою ошибку расплачивается она. Взвыв от боли, впечатал кулак в стекло, в надежде хоть немного заглушить душевную боль физической, следом еще раз и еще.
-Успокойся, - почувствовал на плече хватку друга, - хватит, - он обхватил меня за плечи и оттащил от окна, забрызганного моей кровью, - прекрати слышишь.
-Я сдохну без нее, понимаешь, сдохну, - Дима продолжал держать меня, рискуя собственным здоровьем, в таком состоянии я плохо себя контролировал, - я не буду жить без нее, - это были не просто слова, без нее мне эта жизнь не нужна.
-Что ты несешь? – заорал друг, развернув меня к себе лицом, - идиот.
-Она для меня все, я ее всю свою долбанную жизнь ждал, я не могу ее потерять, - схватился за голову, не обращая внимания на сочащуюся кровь, на все было плевать, сам был готов сдохнуть, лишь бы она жила.
-Прекрати ее хоронить раньше времени.
-Ты ни черта не понимаешь, - ноги не держали, прижался к стене и сполз на пол.
-Думаешь мне сейчас легко? – снова разразился он, - у меня ближе тебя и этой девочки никого нет, я люблю ее не меньше, просто иначе.
Дима уже было снова открыл рот, но в этот самый момент дверь операционной распахнулась и в коридоре показался Астахов. Я подорвался с места, стоило ему появиться.
-Говори, - процедил я, вся жизнь перед глазами промелькнула, пока ждал ответа.
