— Да-а-а… — покрутил головой Норберт. — А все жалуешься, что тебя канцелярская работа заела. А вон, какие страсти кипят! Ладно, поскольку никто домой не собирается, как я погляжу, я предлагаю поесть, как следует, а не пробавляться бутербродами. Ресторан закрылся, пошли все на кухню, я пожарю антрекоты.
Возражать никто не стал, и добрую долю сваренного мною днем чатни истребили с отлично пожаренным мясом.
Мы ели и пили за кухонными столами, но беспокойство по-прежнему было разлито в воздухе. Я думала, глядя на сотрапезников: «Как странно! Еще два месяца назад в моей жизни не было ничего лишнего — работа, единственная подруга, письма от родителей раз в неделю… и все! Вот что бывает, когда заводишь друзей. Оглянуться не успеешь, как они влезают в твою жизнь, вмешиваются в твою работу, заставляют тебя о них волноваться. И ведь о каждом здесь я знаю по-прежнему немного. Зато точно знаю, что без них мне будет плохо».
— Возвращаясь к твоему вопросу, Норберт, — сказал Джек, отставив бокал. — Если сегодня его величеству удастся поговорить с духами старых королей, мы узнаем имя. Если мы узнаем имя, я смогу узнать все о его деньгах — платежи, тайные счета, расходы и доходы. А когда ты знаешь все о чьих-то финансах, это означает, что ты держишь его за яйца. Даже если он это еще не почувствовал.
— Ну, если держать будешь ты, то он это почувствует довольно быстро, — под нос пробурчал Дэн.
— Тебе есть что скрывать? — холодно поинтересовался Джек под общий смех.
— Всем есть, что скрывать, — ответил вошедший в кухню мэтр Корстон. — Но мы сейчас зверски голодны, и скрыть этого не можем.
Следом за ним вошла Лавиния и… король. В наступившем молчании прозвучал мой вопрос:
— Вам мясо с кровью или среднепрожаренное?
Глава 42
Все трое — его величество, Лавиния и мэтр Корстон — были бледны аж до зелени. Видно было, что недолгое, в общем, действо, а ритуал продолжался не более двух часов, вымотало их до предела. В такой ситуации красное вино и жареное мясо должны были помочь, ну, а сон полностью восстановить силы.
Вот только времени на сон, похоже, не было ни у кого.
Король ел аккуратно и очень быстро, словно командующий, которому через несколько минут предстоит начинать генеральное сражение. В известной степени, так оно и было: предстоящая операция на самом деле являлась генеральным сражением за сохранность Бритвальда. И, скажем прямо, не только Бритвальда.
Тени старых королей пришли на зов своего потомка, и теперь имена людей, задумавших заговор и воплощение Темного, были известны королю Кристиану II и его соратникам.
Его величество планировал связаться и согласовать действия со всеми королевствами, где окопались заговорщики, чтобы аресты были произведены одновременно. Далее заговорщиков собирались изолировать и со временем, собрав доказательства — судить.
В Бритвальде во главе заговора стоял троюродный дядя его величества, герцог Монтмальк. Вот удивительное, вообще говоря, дело — на что он рассчитывал? Почему считал, что Темный, вышедший из Нижнего мира и вселенный в человеческое тело, немедленно назначит его королем? Кому вообще пришло в голову, что низвергнутый бог зла станет заниматься делами людишек, а не слопает без разбору всех, кто с ним, и кто против?
Герцог был родственником матери Кристиана II, следовательно, с правящей династией кровного родства не имел, и, соответственно, никаких прав на престол у него не было. Такими же родственниками правящих королей других стран Союза королевств были и иные участники заговора: троюродные кузены, дядюшки и прочие свойственники отчего-то считали себя куда более подходящими для роли правителя Спаньи, Галлии или Лации, чем тот, кто сидит на троне.
Но все их мнения были уже мало кому интересны: с утра Джек отправился в Казначейство, и уже через час все отслеженные им банковские счета заговорщиков, их родственников и друзей, все тайные счета, открытые на вымышленные имена, все фонды — все до медной монетки было заморожено. А заговор без денег возможен только в первом классе городской гимназии.
К вечеру того же дня Монтмальк и его сподвижники уже могли оценить качество тюремного питания в Рэйвенайзе. Как потом стало известно, в той же Спанье, например, с заговорщиками не стали церемониться, тратить деньги на суды и прочие законные действия, а просто по-тихому удавили их ночью, сразу после ареста. А оркские вожди, получив от Бритвальда имена шаманов-нарушителей Договора, устроили из их казни многодневное красочное представление для народа. Так сказать, убили одним шаманом сразу двух баранов.
За неделю до Нового года ресторан «Олений рог» открыл для посетителей новый зал. Залы решили разделить по кухне, оставив в старом помещении классическую кухню Бритвальда, в новое же вынести всю экзотику, от сиамских супов и рисовой лапши до пилава и лацийских равиоли. Всей классикой, как и раньше, занимался Фред Борнлиф, экзотику же взял на себя Хаким.
На входе гостей по-прежнему встречал Джонатан, невыносимо красивый в белом смокинге с красным широким кушаком и красным галстуком бабочкой. Книжечка меню с полным правом начиналась теперь фразой «Под патронатом его величества Кристана II».
В общем, все было прекрасно, и червячок, точивший меня изнутри вот уже несколько дней, вроде бы не имел никакого права на существование. Но, тем не менее, я чувствовала себя яблоком на ветке; хорошо, никто не откусил кусочка, не повредил червячий домик…
За два дня до Нового года с утра я собралась в Нижний город, традиционно в лавку господина Сяна за экзотическими пряностями и приправами. Поскольку это была суббота, Джек не спешил в казначейство, чтобы поймать за руку очередного расхитителя или недоплатителя, а сидел в кресле с книгой. Внезапно он отложил книгу, встал и подошел ко мне; я как раз пыхтела, пытаясь втиснуться в ботинки, не развязывая шнурки.
— Давай помогу! — он опустился на колени и помог мне, то есть, попросту развязал, всунул мою ногу в ботинок и завязал шнурок.
— Спасибо! Не знаешь, сегодня снег обещали?
— Обещали снег с дождем, так что есть шанс не только замерзнуть, но и вымокнуть. Надень теплый плащ, — он распахнул шкаф и достал мой любимый кожаный плащ на меху, который я так и так собиралась надеть.
— Да, конечно, мамочка! — я выдернула плащ из его руки и выскочила на крыльцо. Действительно, шел мокрый снег.
— Не задерживайся, я тебя жду! — донеслось мне вслед.
Я шла к фуникулеру и бубнила себе под нос: «Нет, ну надо же! Как же это я прожила предыдущие двадцать семь… ну, почти двадцать семь лет, и ни разу не попала под телегу, не вышла зимой на улицу в сарафане и тапочках и не наелась волчьих ягод? И что, теперь всю жизнь мне будут указывать, куда мне идти?»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
