руки касались парня, а сами они были в каком-то ступоре. Их тела были не просто худыми, они были высушены до крайности. Одежда мешковато свисала, с одного штаны вообще просто свалились.
Их окружал какой-то купол, природу которого я не могла опознать, явно не сталкивалась. Опалённый скхсглаф бросался на него, от места столкновения летели искры, явно обжигающие мерзкое животное. Но он продолжал кидаться на преграду, словно видел в этом цель жизни.
Переместившись поближе, я дотронулась до купола. Меня шандарахнуло молнией, волосы на голове и загривке встали дыбом, и меня откинуло метра на два.
В проломе на месте двери показался Правнук.
— А ну, отойдите оба! — скомандовал он, и снова выстрелил из интересной пушки.
Искорка пролетела до купола, и просто растворилась в нём. Вторая тоже. А вот после третьей с преградой начали происходить непонятные метаморфозы. Казалось, движения на ней начали разгоняться, врезаясь друг в друга. Мне это напоминало момент, когда мыльный пузырь собирался лопнуть. Воспоминания из настоящего моего детства, но с абсолютной памятью она всплыли, как будто вчерашние.
Ещё не осознавая, что творю, я подхватила гадкого кота, в прыжке сблизилась с парнем, обхватила его другой рукой и прыгнула в пролом.
Взрывом нас впечатало в противоположную стену коридора, к счастью несильно. Основная энергия ушла сквозь выбитые окна. Мы все трое моментально вскочили и бросились обратно.
— Ох, ни*уя себе! — услышала я голос ненавистного животного. — Меня реально решила спасти вампирша! Ты е*анулась или просто с головой поссорилась? Хотя респект, подруга. Я бы, конечно, выжил, но было бы неприятно, б*яха-муха. Так что за мной должок. Ты а*уенная, точнее была бы, если бы человеком уродилась. Да пох, ты по-любому а*уенная, б*я буду!
К моему удивлению, слова врага моего народа мне были реально приятны. Внутри растеклось незнакомое мне тепло.
— Ты тоже классный, — неожиданно для себя ответила я. — Я хотела бы, что бы мы подружились.
— Пи*дишь! — котей вдруг тормознул и недоверчиво уставился на меня. — Вампиры любят врать!
Уже не обращая на Графа внимания, я продолжила путь. В центре комнаты стоял голый парень, недоумённо оглядывая результат Серёжиного вмешательства. От высушенных людей ничего не осталось. Кровавые брызги по полу и стенам, и всё. Ни одежды, которая почему-то стала им всем велика, ни костей, ни кишок.
Краем глаза я увидела, как Сергей достал крохотное оружие и навёл его на волосатого паренька. Раздалось короткое шипение, и тот сломанной куклой упал на пол.
— Поможешь мне его связать? — спросил у меня Правнук.
Я подхватила брошенную мне верёвку и схватила тощего за руку. Всё тело пронзила боль, и я почувствовала, как из меня ураганом начали высасывать энергию.
Очень редко среди нас, вампиров, рождались вампиры энергетические. Мать никогда не переживала момента родов, впрочем, как и врачи, присутствующие при этом. Этих тварей мы всегда сжигали, причём до окончания казни, как правило, гибли ещё до трёх человек. Страшенная сила.
У этого монстра с телом человека сила распространялась вроде только на касание, но и этого было достаточно, чтобы возненавидеть его каждой клеточкой своего тела. Кто бы мог подумать, что в чужом мире возможен энергетический вампиризм?
— Сергей, его необходимо срочно уничтожить! — заорала я. — И проверить всех, кто с ним контактировал. Если там были беременные женщины, их надо уничтожить тоже!
Правнук в шоке посмотрел на меня, подошёл, погладил по голове и прижал к себе. Это меня немного отрезвило.
— Серёж, я не псих. Я знаю, что такое — энергетический вампиризм. Вспомни людей, что стояли вокруг этого… этой мерзости. Они были намного меньше одежды, надетой на них. Это не случайность. Такие твари выпивают саму душу, и у тебя не остаётся даже шанса на перерождение. А их жертвы выглядят так, как несчастные, которых распылило при отказе щита. Ну поверь мне!
— Я верю, родная. Но нам нужна информация. Он очнётся через двадцать с небольшим минут. Мы его допросим, и тогда уже уничтожим, ладно?
— Нельзя, чтобы он очнулся, — не сдавалась я. — Он даже без сознания тянет душу и энергию. Вот прямо сейчас. Из тебя и меня. Мы медленно умираем, не замечая этого!
— А эта самка права, — вдруг опять проявился Граф и кивнул в мою сторону. — Как бы х*ёво я к ней не относился, но сейчас я на её стороне. Я чувствую, как из тебя, напарник, душа утекает, она не пи*дит.
Я с надеждой перевела взгляд с кота на Правнука. Похоже, наконец тот решился. Достал огромное оружие, которым выносил дверь, направил на энерговампира и нажал пуск. Оружие полностью уничтожило мерзость, сделав дополнительно огромную дыру в полу. Откуда на нас смотрели удивлённые глаза трёх девушек, которые проводили какие-то исследования над растениями в своей лаборатории. Граф тут же растворился.
Сергей помахал им рукой, и пошёл к команде. Богиня, сделай так, чтобы я никого не покалечила? Да даже сотрясения, в идеале, чтобы не было!
Кстати, Гном уже очнулся, и сейчас сидел, тряся головой и прислушиваясь к своему телу. Увидев нас, он вскочил, и застыл напряжённый, готовый к битве.
— Серёж? — неуверенно спросил он. — Я не знаю, что на меня нашло, я ни когда не хотел с тобой драться, ты для меня как брат! Ты лучший друг. Я всё помню, но ничего не понимаю. Это не я был, честно. Хотя и понимаю, как по-детски это звучит.
— Всё хорошо, — успокаивающе вытянул руки вперёд Сергей. — Я знаю, что это не ты. Ты тварь, что тобой управляла, уничтожена. При случае, скажешь спасибо Эльвире и Графу. Один нашёл источник опасности, вторая с ним справилась и не дала наделать глупостей.
Правнук приблизился к Алексею и протянул руку.
— Мир?
— Мир, — выдохнул Гном и вдруг крепко обнял нашего лидера.
Мне показалось, что у того захрустели кости. Но, только показалось, Правнук улыбался, похлопывая здоровяка по спине. Тем временем зашевелились все остальные, кроме Ольги. С ней я, кажется, перестаралась.
Реагировали все примерно одинаково. Особенно себя казнила Язва, ведь она оказалась единственной, кто смог достать Сергея. А может, она просто напрашивалась на дополнительные утешения от лидера, допускаю.
В итоге, все со всеми помирились, все всё объяснили. Эльза подошла к Оле, задрала веко, посветила фонариком, пощупала пульс и проделала ещё кучу непонятных мне манипуляций.
— Очнётся с минуты на минуту, она в порядке, — был её вердикт.
И действительно, Олины ресницы затрепетали, и она открыла глаза, которые моментально наполнились слезами. Она непонимающим взглядом обвела нас всех, и вдруг разрыдалась.
— Серёж, — сквозь всхлипывания было сложно различить, что она хочет
