устоит, — хмуро сказал Пушкин. — То, чего так боялся Император Михаил, наконец произошло. Надеюсь, мы обойдёмся малыми потерями, — он снова слегка улыбнулся. — И почему-то мне кажется, что будущее всего человечества зависит от этого молодого барона, с которым я уже давно хотел познакомиться. Что ж, сейчас самое время.
* * *
Я знал этих тварей. Конечно же, я встречался с ними в прошлом мире.
Серые закончили Сопряжение. Не могу видеть, но уверен, что если бы я сейчас оказался в середине Арктического Эпицентра, то увидел бы множество порталов, из которых прямо сейчас ведётся вторжение.
Рой закончил подготовку и серьёзно приступил к делу. Это значит, что его Высший Разум подсчитал вероятности, и возможность захвата нового мира приблизилась к ста процентам. Именно после такой подготовки Рой вторгался в чужие миры. И если не вмешивался Орден Охотников или кое-кто из высших сил, то не было ни одного раза, чтобы Рой потерпел поражение. Уж слишком отличалось их мышление от человеческого. У тварей Роя отсутствовали эмоции, такие, как неуверенность или страх. У них была одна цель — как можно больше расшириться, как серой заразе распространиться по всем мирам. Как я уже говорил, от Роя страдали, как обычные миры, так и миры Неназываемого.
Это была единственная раса из тех, кого я знаю, кто вычищали поражённые Скверной миры и восстанавливали на ней жизнь. Да, такую странную, можно сказать, извращённую, как Рой, но тем не менее эти миры снова начинали жить, а также начинали вносить свою лепту в экспансию Роя в другие миры.
Вот только в этот раз Рой просчитался. В этом мире тоже есть ма-а-аленькая переменная, и её зовут Сандр… или Александр Галактионов. И это охрененно какая неизвестная переменная во всеобщем уравнении! Что я смогу сделать? Для начала проверить, не поменялось ли что-нибудь в тактике Роя и в индивидуальных качествах его бойцов за долгое время моего отсутствия.
— Огонь, — тихо сказал я, стоя на стене, полностью облачённый в доспех, и сложив руки на груди.
— Огонь! — продублировал мой приказ командир гарнизона Игорь Харченко.
С громкими хлопками сработали баллисты. Стрелы для баллист были оборудованы взрывоопасной здоровенной магической боеголовкой. Но главным их оружием на данный момент были не они. Главным оружием были Воздушные Слаймы, что были бережно закреплены прямо за наконечниками стрел, дабы их не сдуло ветром.
В данный момент я лично держал связь с каждым из маленьких помощников, что летели сейчас в сторону врага. Я знал каждую идущую к нам тварь, ведь сражался с ними раньше и знал их слабые стороны. По моему приказу Воздушные Слаймы запустили многочисленные пучки молний во все стороны. Со стороны это выглядело, как внезапная гроза, возникшая в небе.
Молнии поражали Ос Роя. Да-да, мы тоже называли их Осами. Зачем придумывать велосипед, если они были похожи на здоровенных ос? Так вот, молнии не могли убить тварей, но они сбивали связь тварей с разумом Роя, устраивая помехи. Чёткий строй тварей сразу нарушился. Сами по себе безмозглые твари не могли нормально функционировать. В отличии от четырехруких простых боевиков Роя и, тем более, менталистов, они не были индивидуальными разумными личностями. Их основным оружием было острое жало, которым они могли пробить обычные доспехи. Кроме этого, у них был аналог духовного доспеха Одарённых. Вот только, чтобы концентрироваться и держать доспех, для всего это должна быть воля роевого разума.
Сейчас связь была разорвана. Я увидел, как Осы заметались, и почувствовал, что некоторые в растерянности опустили доспехи, дабы попытаться снова нащупать волю Высшего Разума.
И тут начали взрываться снаряды баллист. Тех, кто «уронил» доспех — разрывало на части. Тех, кто доспех не снял, просто раскидывало в стороны.
Радостные крики на стенах ознаменовали первую маленькую, но такую важную победу. Люди видели, какое количество тварей на нас шло! Да, их вдохновило моё появление и появление самых сильных бойцов моего Рода. Но человеческий разум такой, что он относится ко всему новому с насторожённостью.
Осы выглядели устрашающе, но прямо сейчас, растерзанные на куски, что падали с неба на белый снег, они показали, что с ними тоже можно сражаться… Сражаться и побеждать!
Теперь дело за Мамонтами. Так мы называли этих шестиногих гигантов, которые были, сюрприз (!), своеобразной дальнобойной «артиллерией» Роя.
Как раз, в этот момент, первый из исполинов достиг расстояния стрельбы, и остановился. На лбу у него начало формироваться маленькое яркое солнце.
— Быстро укрыться за зубцами! — рявкнул я, не дожидаясь окончания.
Все последовали моему приказу.
«Солнце» на лбу зверюг ширилось, увеличиваясь в размере, и в какой-то момент превратилось в одиночный импульс белого света, который полетел в нашу сторону и врезался в стену.
Громкий взрыв, и яркий свет распространился во все стороны, вырывая кубометры земли и льда у подножия стен.
Я с улыбкой посмотрел на большую опалину, образовавшуюся на серой стене. Я знал, что так будет. Гарантия качества Архитекторов была не пустым словом — наши стены Мамонтам не по зубам, и это даёт нам большое преимущество.
Но вот все остальные крепости Периметра… Что ж, с вероятностью девяносто девяти процентов они падут. Это неизбежно. Но это не значит, что я дам так просто пройти этой части Роя дальше.
— К бою, — тихо скомандовал я, затем окинул напряжённые лица окружающих меня соратников, и широко улыбнулся. — Не ссыте, друзья, мы сегодня не умрём. Точно не сегодня. Сандр затащит…
Глава 17
Сандр затащит… Сандр затащит… Прокручивал я в голове снова и снова свои слова, от досады сжимая кулаки.
То, что я сейчас видел, даже близко не было похоже на успех. Мы убивали сотню Серых, а на их место приходило две сотни. Это было мелочью для меня прошлого, но серьезным испытанием для теперешнего.
— Командир!!! Одна из баллист уничтожена! Тварь подчинила себе бойца, и он подорвал ее! — поспешил с докладом Волк.
— Знаю… — мои кулаки сжались еще сильнее. — Когда разряжаются амулеты, отправляй бойцов, как можно дальше от стены.
— Сделаю!
Как же у нас однако мало ментальных амулетов. Очень, блин, мало!
Не могли они напасть через месяца два? У нас, в Игнатовском училище, через две недели будет выпускаться особый класс, состоящий из тридцати учеников. Тридцати особенных учеников, которые, верны моему Роду, и мне лично. Все они в последнее время обучались очень узкому направлению. Артефакторике, а точнее,
