– Всё, – бессильно выдохнул он. – Парень умер, упокой, господи, его светлую душу!
– Он… – Майк невольно отодвинулся от покойника, глядящего на него широко открытыми, остекленевшими глазами. – Он потерял много крови? Или з… замерз?
– Всё сразу. – Андерс болезненно закрыл глаза. – Зверье разодрало ему ноги, но я надеялся, что их удастся сохранить хотя бы до колен… Парень потерял много крови, обогрев вышел из строя, снаряжение разорвано в лохмотья… Переохлаждение его добило. Молодой совсем… неопытный. Нет никакой адаптации к Холоду, а тут ещё кровотечение… Не выдержал, бедняга. Жаль. Сердце у него было горячее. Хороший человек ушел. Настоящий.
Несколько секунд Андерс молчал, после чего вернулся к Пересу и попытался закрыть покойному глаза. Но заледеневшие веки не поддавались, перчатка соскальзывала по лицу, и старый полярник прекратил попытки.
– Присмотри за ним, – велел он Майку. – Он тебя спас. – С этими словами Андерс натянул мертвецу капюшон поглубже на голову, закрывая лицо, и ушел к остальным.
К Реактору вышли со стороны северных ворот. Радиоантенну на вездеходе Майка выломали медведи, но, по всей видимости, вторая машина сохранила связь, и её пассажиры сообщили на базу о произошедшей трагедии. За воротами растерзанную экспедицию ожидало полдюжины оборудованных пулеметными турелями вездеходов и аэросаней, и, едва поврежденный вездеход оказался в зоне видимости, наглухо запечатанные проходы через нити начали отпирать. Но бесившееся вокруг Завесы зверье первым заметило приближающуюся машину. Визжащие и рычащие стаи устремились ей навстречу, словно грязно-белая река, стремительно несущаяся по обледенелому насту. Со стороны Реактора загремели пулеметные очереди, почти сразу позади полуживого вездехода показался второй уцелевший транспорт, издали открывая огонь, и атакующее зверье бросилось врассыпную, спешно зарываясь в снег.
– Они разбегаются! – Майк вытянул шею, стараясь рассмотреть через окно, что происходит снаружи. – Эти уродливые твари прячутся! – Он нервно засмеялся: – Они испугались!
– Их слишком много. – Андерс настороженно оглядывался по сторонам, глядя в окна разных бортов. – Когда эти проклятые мутанты сбиваются в такие стаи, они ничего не боятся! Не нравится мне это! Слишком странно!
– Их отстреливают третьи сутки, – болезненно скривился полярник, подпиравший плечами тюк. – Зверье просто нажралось телами расстрелянных соплеменников настолько, что не хочет лезть под перекрестный огонь. Хитрые твари, чтоб им…
В этот момент под днищем вездехода раздался короткий хруст, с громким звоном ударил металл о металл, и машину резко занесло, закручивая вокруг своей оси. Полярники не смогли удержать человека, подпирающего импровизированную заглушку из палатки, он отлетел и рухнул на сиденья, ругаясь от боли. Тюк вывалился из дыры, глухо ударившись о залепленный кровавыми ледышками пол, и в открывшееся отверстие вновь ворвался ветер. Но на этот раз всё обошлось. Водитель быстро остановил вездеход и обернулся:
– Всё, приехали! Рулевое развалилось к дьяволу, мать его! Не дотянули полсотни метров всего! Дальше придется пешком! – Он распахнул водительскую дверь и выпрыгнул на снег.
– Выходим, выходим! – заявил Андерс. – Пока дождемся транспорта, задница льдом покроется! Проще на своих двоих добежать! – Он обернулся к Майку: – Давай, Батлер, вылезай и бегом к бункеру! Тебе сейчас пробежка только на пользу!
Полярники один за другим выскакивали из машины, и Майк поспешил за ними. Он не хотел оставаться здесь и лишней секунды, на сегодня с него хватит подвигов. Поломанным вездеходом, трупом Переса и всем остальным пускай занимаются спасательные команды. Оказавшись снаружи, Майк невольно остановился. Их вездеход сломался у самых ворот Завесы, всё пространство перед которой было густо перепахано следами лап, отпечатками кувыркавшихся по снегу тел и бороздами от клыков, хватавших заледеневшие капли крови. Повсюду валялись гроздья мелких ледяных пузырей, и он узнал застывшую пену, брызжущую из пастей мутантов. Тварь, что едва не отхватила ему пятку, выплевывала вместе с яростным визгом точно такую же. Если бы не Перес, она не остановилась, пока не прикончила его. Майк бросил взгляд внутрь замершей машины, на прислоненное к углу неподвижное тело, и торопливо поковылял к зданию базы.
– Батлер, приятель, бегом, бегом! – Андерс схватил его за руку и побежал, увлекая за собой. – Разгоняй кровоток! Через полминуты будем в тепле, отогреемся, медики тебя осмотрят! Ногу чувствуешь?
– Да, сэр. – Бежать было тяжело. Лишившийся наста снег оказался довольно глубоким, и ноги утопали в нем до половины голени. – Немного холодно, но с ней все в порядке!
– Тогда двигай сам, а я позабочусь о Пересе! – Старый полярник отпустил его руку и повернул назад. – Эй, там! – раздался позади его голос. – Помогите мне! В нашем вездеходе тело погибшего!
Ему что-то ответили, но Майк не расслышал. До входа в бункер оставалось метров тридцать, вокруг кипела суета, ремонтные команды спешили взять на прицеп сломавшийся вездеход, спасатели разворачивали носилки, кто-то что-то кричал о тяжелораненых, находящихся во второй машине, из дверей бункера Майку уже призывно махал рукой бригадир Уокер.
Кто-то тихим шепотом, невнятным и едва слышным, окликнул Майка сзади. В первую секунду ему показалось, что это Перес бесшумно бежит следом за ним и глухо шепчет: «Торопишься, трус?»Майк оторопел от неожиданности и замер, словно вкопанный. Он резко обернулся, сжимая кулаки, но позади никого не оказалось, зато теперь шептали с другой стороны, и ещё тише. Майк дернулся назад, впиваясь взглядом в Уокера, и недоуменно нахмурился. Бригадир стоял у входа в бункер, сняв капюшон и стянув лицевую маску. Он напряженно прислушивался к чему-то, испуганно косясь на термометр. Майк невольно последовал его примеру и увидел указатель, застывший на отметке в минус пятьдесят градусов по Цельсию. Внезапно он понял, что абсолютно все вокруг не двигаются и замерли подобно Уокеру. В наступившей тишине мягко шелестел почти неуловимый для слуха шепот.
– Батлер! Сюда! Бегом! – крикнул Уокер, торопливо натягивая лицевую маску. – Быстрее!
Майк непонимающе пожал плечами и сделал пару шагов, переходя на бег, как вдруг за его спиной раздался отчаянный, полный ужаса, истошный вопль:
– Воронка!!!
Мгновенно взревели моторы, зазвучали крики, находившиеся у входа в бункер люди, бросая на небо панические взгляды, бросились внутрь. Майк поднял голову и увидел, как чистое небо над базой стремительно мутнеет, словно гигантское марево, и исполинский океан дрожащего воздуха мгновенно складывается в колоссальный до бесконечности торнадо, протянувшийся далеко в небо. Острый приступ первобытного страха словно кипящим железом ошпарил нервы, бросая тело вперед, и Майк что есть силы рванулся к бункеру. Он был уже в двадцати шагах, когда Уокер заорал, тыча рукой в ближайший страховочный трос, соединяющий бункер с ближайшим ангаром:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
