В управлении производством, на втором этаже, в большой комнате у парторга стоит приемник. Очень старый. Приемник наверняка помнит челюскинцев и Чкалова. Этот приемник сказал в сорок первом: война. Этот приемник закончил войну Берлином. Давно бы пора заменить потемневший, охрипший ящик. Но есть вещи, к которым привыкаешь, как к людям.
Дело в том, что хозяина приемника Валентину Федоровну Усову ткачихи больше двадцати лет выбирают своим секретарем, сначала комсомольским, потом партийным. В ее комнату в дни больших новостей ткачихи приходят узнать, что и как. Много хороших вестей сказал старый приемник. 12 апреля приемник говорил о Гагарине. Взбудораженные ткачихи забегали по очереди:
– Ну как он?
У приемника сидели две Вали. Старшая Валентина Федоровна и младшая – секретарь комсомольцев. Младшая крутила ручку:
– Девчонки, пошел на посадку… Девчонки, давайте все будем думать о нем – ему легче будет. Посадка – самое трудное…
Девчонки слушали каждый вздох, каждый шорох старого ящика. А потом девчонки плясами от радости. Валя опять крутила ручку:
– Он говорит… Его голос. Его голос, девчонки. Какой человек!
Тут же сообща ткачихи сочинили хорошую телеграмму: «Москва, Гагарину». Весь день не выключали приемника. Кто он? Откуда?
В тот день секретарь комсомольского комитета Валя Терешкова не знала: через два года подруги будут бегать из цеха к тому же приемнику. Мир будет сидеть у старых и новых приемников. Миллионы людей будут с нетерпением спрашивать: кто она? Откуда?
* * *Ее родина – деревня Масленниково в ста километрах от Ярославля. В этой деревне отец Вали, Владимир Аксенович Терешков, работал трактористом в колхозе. Отец не вернулся с войны, Валя знает его по рассказам матери и фотографиям.
Валя не помнит времени, когда ее мать с узлами и тремя ребятишками ехала в город. С грудным сыном и двумя дочерьми Елена Федоровна Терешкова поселилась в маленькой бревенчатой комнате с низким потолком и единственным окном. В окно сын и две дочери видели грядку зеленого лука, борозды картошки и чудом уцелевшую вишню…
«Дети росли на картошке. В особенно лихие годы… Не знаю, как и выросли. Откуда здоровье взялось», – это говорит мать.
«Мать для нас сделала все и даже больше, что может сделать самая любящая мать. Всю жизнь, все самое дорогое ей отдавать, и все равно перед нею будешь в долгу», – это говорит о матери дочь Валентина.
Здоровыми, крепкими, хорошими людьми выросли дети Елены Федоровны. Старшая, Люда – ткачиха. Сын Владимир – шофер. Средняя дочь – космонавт.
Средняя дочь росла сорванцом. «Водилась с мальчишками. Брата обидят – обидчику нос расквасит. Одежда огнем горела. Портфеля на зиму не хватало. Летом наперед всех мальчишек с железного моста в реку сигала. За проделки ее меня в школу тягали, – рассказывает мать. – Училась хорошо. Особенно ладилась математика»…
Валя легко решала задачи и свои, и старшей сестры, и даже девчонок из техникума. Семь лет ходила Валя в дневную школу. К осени мать, как всегда, купила книжки, новый портфель. Но дочь твердо сказала:
– Мама, я должна пойти на работу. Надо тебя сменить.
На работе в прядильные и ткацкие цехи стали ходить втроем: мать и две дочери.
* * *Но учебники не лежали без толку. Одной только работой мечтательная, непоседливая девчонка жить не могла.
Вечерняя школа. День работы, а потом книжки. У подруг глаза слипаются от усталости, а ей и этого мало. Лыжи. Кружок домбристов. Связки книг из заводской библиотеки. Работа по дому: пол в маленькой комнате начищен до блеска, на окне всегда чистая занавеска, прополота картошка, посолены огурцы, сшиты для племянника распашонки. И все с шутками, с песнями. «Есть такие люди. Работать начнут – у всех руки чешутся взяться за дело, за стол сядут – у всех аппетит появляется. Валя у нас такая». Это слова Людмилы, сестры Вали.
Каждый удар сердца ловят чуткие приборы.
В. Терешкова и Ю. Гагарин на занятиях.
После школы Валя пошла в заочный техникум. Опять – днем работа, вечером книжки. Лыжи, лесные костры, волжские плесы. Появилась и еще одна страсть. Эта страсть пугала и мать, и сестру, а Валя смеялась:
– Это ж совсем не страшно!
Началось с того, что Валя стала подниматься утрами раньше обычного. Тихо, чтобы не проснулись мать и сестра, выйдет к калитке и смотрит. А там, за крайней улицей, каждое утро пролетал самолет. Если пристально поглядеть, увидишь, как самолет высыпает на землю темные гвоздики. Гвоздики падают и один за другие превращаются в легкие одуванчики. Медленно, чуть наискосок, одуванчики проплывают над лугом. Так было в каждое тихое утро. Когда шли на работу, Валя говорила матери и сестре:
– Вот люди, да!
В какое-то утро она не выдержала. Едва только самолет появился – побежала. Побежала по грядкам картошки, перемахнула, как мальчишка, через забор и прямиком к лугу.
Потом, спустя два месяца, явилась домой в синяках и с вывихнутой ногой. Мать расплакалась, а она бросилась целовать:
– Мама, ну что ты, многие так начинают… Мама, это же счастье: из самолета шагаешь в небо. Плывешь и петь хочется…
И мать поверила в это непонятное для матери счастье. Дочь уходила задолго до рассвета. Мать поднималась следом за ней. Мать у калитки ждала самолета. С тревогой и смутной радостью мать наблюдала, как на восходе солнца по небу плывут белые купола.
Дочь добровольно выбрала трудную жизнь: рано утром прыжки, днем работа, вечером техникум.
* * *Есть такая работа: сколько ни делай – все мало, и сделанного часто не видно, и похвалу не часто услышишь. Поднимаешься с солнцем, ложишься, когда все окна потушили огни. В суматохе не всегда пообедаешь вовремя. И каждый день отдаешь людям частицу своего сердца. Эта работа не удается, если нет большого и горячего сердца. Две тысячи ткачих выбрали Валю Терешкову на такую работу.
В 1960 году Валя окончила техникум и перешла в ремонтно-механический цех «по-настоящему изучить оборудование». Это было продолжением учебы, но времени теперь было больше, и Валя не расставалась с парашютом. Ранец с парашютом она принесла в комсомольскую комнату. Это не была парадная комната, с плакатами и диаграммами достижений. Тут после воскресников, случалось, стояли лопаты и метлы, на столах лежали рулоны бумаги для стенных газет, в шкафу костюмы для маскарада, подарки шефам. Парашют, конечно, всем знакомая штука, но больше по кино, по картинкам. А тут можно растянуть по комнате пучок тонких веревок, потрогать рукою холодное белое полотно. Много нашлось любопытных ткачих. Так родилась парашютная секция. Валя Терешкова стала руководителем секции. Но скоро вокруг Вали стали собираться не только по делам парашютным. У кого-то из вечерней школы не получилась задача, Валя сидит, решает вместе с девчонкой. Кого-то обидели в цехе, Валя идет в завком. Валю отводят в сторону: «Валя посоветуй…» – и доверяют случай, какой доверишь не всякому.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
