Читаем без скачивания Скованные (СИ) - Верх Лика

С погодой повезло: не солнечно, но и не холодно. Главное, без дождя.

Жаль, планшет остался в сумке. Могла бы по пути развлечь себя музыкой. Хотя, что мешает мне петь? На трассе никто не услышит моего продвинутого вокала.

Будет достаточно времени на подумать, опять же. Приличная физическая нагрузка. Плюсов в этом походе достаточно.

По левую сторону появилось красное авто и медленно поползло рядом. Окно со стороны пассажирского сидения опустилось. Не повернулась, продолжая смотреть вперед.

— Малая, садись в машину.

— Сама доберусь.

— Одна, по трассе, пешком. Отличный план, — протянул Макс.

Сцепила зубы, сдерживаясь от колкого ответа. Лучше игнорировать, быстрее отстанет.

Расстояние до ворот будто не сокращалось. Словно идешь впустую.

Малин продолжал медленно ехать рядом. Шорох камушков под колесами разбавлял тишину.

— Давай проясним: тебе не понравилось, что я остался, а Дрейк уехал?

Ехайте… оба!

— Молчишь, ладно. Тебе не нравится, что я плачу Болдану, — это мы уже выяснили…

Я не обязана восторгаться вашими правилами. Конечно мне не нравится, что мной фактически торгуют.

— Не понравилось, что я сказал, что ты поедешь со мной?

Фыркнула недовольно, не сдержалась.

Макс усмехнулся.

— Причину нашли, идем дальше. Ты, очевидно, хотела, чтобы я сперва спросил тебя, да?

— Очевидно! Я не вещь, чтобы вы меня передавали друг другу. Мне плевать, как вы привыкли обращаться со слейвами, по отношению к себе я не стану этого терпеть. Ясно?

— Доступно, понятно. Неясно другое: ты могла ртом сказать?

— Ты мог догадаться? Или ты не привык интересоваться чужим мнением?

Смех долетел из салона авто.

— И это говорит мне та, кто вообще никого, кроме себя, не спрашивает.

Пробежалась взглядом по лесному массиву за забором. Еще раз. Снова.

Неприятная сухость в горле придала ускорения хаотичным мыслям. Сцепила руки под грудью, сминая рукава теплой кофты.

— Ты не можешь меня в этом обвинять.

— Я констатирую факт. Ты требуешь к себе определенное отношение, а сама этих правил не соблюдаешь. Нечестно вроде как, нет?

— Нет. Ты в своей среде обитания, у вас принято считаться только с равными себе, остальные ничего не значат. Мы не в равных условиях, и ты не имеешь права высказывать мне за мой эгоизм.

Пауза затягивалась под шорох колес по асфальту. Ворота остались за спиной.

Чуть поежилась от сплошного леса впереди, разделенного одной дорогой. Немного порадовалась, что все-таки здесь не одна.

— Сядь в машину.

— Не сяду.

— Хор-рошо, — рычащее недовольство все же показало себя. — Продолжим так. Я виноват, что ты родилась не в столице?

— Я бы не хотела здесь родиться.

— Все хотят, — ирония надавила на чувствительную точку.

— Представь себе — не все!

Позади раздался громкий сигнал. Серебристое авто пристроилось за нами. Профессор Гринвуд за рулем активно жала на клаксон.

Узкая дорога расширялась на две полосы за поворотом. До него еще далеко. Малину надо либо ехать вперед, либо прижаться к обочине и пропустить машину. Он, похоже, ни того ни другого делать не собирался.

— На чем мы…

Голос Макса заглушил истошный сигнал.

— Ты не даешь человеку проехать, — заметила недовольно.

— Садись в машину, все поедут, — тон столичного не уступал моему.

— Вы долго собираетесь плестись?! — прокричала Гринвуд и снова засигналила.

Почему мне неловко перед профессором из-за упрямого Макса?

— Малин, езжай уже!

— Оставить тебя одну на трассе — супер-идея, мне не нравится.

— Я поеду с Гринвуд.

— Она тебя не повезет.

— Значит дойду сама.

Малин высунулся из окна и прокричал:

— Извините, профессор, придется потерпеть. Недолго. До поворота.

В ответ последовал яростный сигнал.

Саданула ладонью по машине, скрипя зубами. Макс остановился.

Села, едва закрыла дверь, и авто с ревом сорвалось с места.

— Грязная манипуляция, — прокомментировала с демонстративным безразличием.

Сыграла с трудом, зато на отлично.

— Не бросил свою пару на трассе — грязный манипулятор, если бы бросил — стал бы конченым мудаком. Существует вариант, где я не виновен?

— Да.

Макс покивал, с завидной легкостью удерживая руль одной рукой на огромной скорости.

— Озвучь.

— Когда я больше тебя не увижу, мне нечего будет тебе предъявить.

Усмешка Малина вышла саркастичной.

— Видимо ты моя кара за черт знает какие грехи.

Макса выдавала напряженная челюсть. Он смотрел на дорогу, а я на него.

Я не хочу быть расплатой и наказанием.

— Ты меня не знаешь, — произнесла глухо и отвернулась к окну.

— Я хочу тебя узнать, — Малин слегка повысил голос. — Для этого перестань быть сукой и сделай шаг навстречу.

Зачем? Это обоюдный процесс, я не хочу однажды проснуться и понять, что у меня появились какие-то теплые чувства к Максу. Поддерживать раздражение, недовольство, неприятие легче, проще и безопаснее.

Доехали в тишине, не было даже музыки. Напряжение курсировало в салоне авто, отскакивало от нас, сталкивалось, разлеталось в разные стороны и вновь возвращалось к нам.

Представляла, как вздохну с облегчением, когда выйду из машины. В мыслях это было расслабляюще-прекрасно, по факту ничего подобного не случилось. Одного взгляда на универ оказалось достаточно, чтобы вспомнить "чудесное" соседство, "потрясающие" порядки, "обожаемых" преподавателей.

Никакого облегчения.

Пожалуй, эти выходные были лучше, чем я о них думала.

Макс подождал, пока заберу сумку, и сразу уехал.

Обиделся?

Нет, сомневаюсь. Если так, это глупо с его стороны.

В выходной мало кто болтался по корпусу. Столичные заполонят собой все к глубокому вечеру.

По лестнице поднималась нерасторопно. Торопиться в комнату не хотелось.

Под медленный счет ступенек мысли невольно вернулись к прошедшим суткам.

Малин подтвердил наличие брата-близнеца. Он ведь должен учиться здесь, почему я его не видела? Спутать с Максом может и могла бы, но гетерохромию сложно не заметить.

Прокручивала в голове все лица, которые замечала за прошедшее время в универе. Я не могла видеть абсолютно всех, но основных столичных…

Я не видела его у бассейна или в клубе, на охоте… Не участвует? Странно, он столичный, это вроде обязанности. Или все-таки его здесь нет? Тоже странно, Макс ведь учится.

Не стал бы он скрываться, верно? И как? Под капюшоном на постоянной основе. Его бы наверняка кто-то запалил. Скам Аштар. И фамилия другая. Нет, это точно не он, но его лица я не видела.

Нэнси точно видела. Она бы наверняка на эмоциях рассказала, что у Малина есть близнец.

Затормозила перед входом в свой блок. Как же не хочется сюда возвращаться…

Выиграть и уехать, — эта мысль должна придавать сил. Надежда вернуться в свой привычный мир. У меня есть шанс.

Зашла в комнату с гнетущим неприятным ощущением.

— Привет, — бросила девочкам по пути к своему месту.

Джана выглядела неловко в своем молчании, Фиф смотрела надменно и так, будто я ее чем-то смертельно обидела.

Не обращая внимания на сгустившуюся атмосферу, разобрала сумку, переоделась. До ужина достаточно времени, его посвятила подготовке к новой учебной неделе.

Взгляд то и дело падал на планшет. Подмывало написать Дрейку, потребовать помочь мне связаться с Кристмалом, но там, чтобы разговаривала с ним я сама.

Очевидно, Дрейк не на моей стороне, иначе объяснить его попытки вывести Макса не получается.

Не стала писать. Лучше хорошо обдумать, с какой стороны подступиться к Дрейку так, чтобы моя наглость не была демонстративной. Должен быть обходной путь. Может Болдан захочет провести со мной время, это и станет подходящим моментом для деликатного наступления.

Перед ужином Нэнси ждала меня на выходе из блока. Скромное тихое счастье — такое определение ложится при виде нее.