его собратья.
Глава семнадцатая. Первый выпад
Спустя полчаса. Остров Анафи. Десять часов утра.
Небеса издали страшный громовой рокот и неистово зарыдали. Дождевая пелена застлала землю, укутав её в непроницаемый плащ небесного водостока, что стремился вымочить земную твердь до самых её костей.
Жуткий ветряной порыв, штормового мотива сменил лихого ветра-менестреля. Рёв завывания этого ветра, готового опрокинуть в море корабли, буквально закладывал уши и обжигал кожу несущим с собой холодом.
Над островом нависла природная буря, словно вторя тому, что сейчас разверзнется адский шторм фанатизма и слепой веры, что пройдётся по острову инфернальным пламенем и выжжет всякого недовольного новым мировым порядком. Но и на этом клочке земли, вокруг которого сжимались когти ужаса, воины готовились дать свой последний и безнадёжный бой.
На северо-западе острова, подставив свою грудь проливному дождю, стоял Карамазов. Его волосы лихорадисто трепыхались на шквалистом ветру, а по коже израненного лица струйками стекала вода, перемешанная с холодным потом волнения. Его тёмно-синие глаза устремились в морскую пучину, с бесстрашием взирая на силящийся там ад. По нагрудным пластинам его брани тарабанил дождь, словно эмитируя барабанную дробь.
Позади бывшего Верховного Инквизитора стелились линии немногочисленных траншей и бункеров, которые охраняли зенитное вооружение и средства антикораблельной обороны. Целая береговая батарея была готова дать огненный отпор противнику. Ряды крупнокалиберных пушек за спиной Карамазова смотрел более чем убедительно… и пафосно.
Внезапно устройство на шее мужчины активировалось и оттуда вырвался статический шум, со словами:
– Господин, мастер-наставник, вы находитесь на открытом пространстве. Вы представляете мишень для снайперов и корабельной артиллерии противника.
«Снайпер» – смущённо подумал про себя Карамазов и тут же изъявил свои мысли в рацию у шеи:
– Господин, брат-капитан, вы должны помнить, что не один снайпер не стреляет на таком расстоянии и не станет в такой шторм и корабельную качку… к тому же он не достанет с такого расстояния, – сухо пояснил мастер-наставник.
– А как же корабельная артиллерия? – прозвучали слова, вырвавшиеся совершенно не из рации.
Карамазов мгновенно оглянулся в поисках источника голоса, и ему на вид попалась прекрасная девушка, сменившая свою боевую одежду. Вместо стандартного облачения бойца Ордена Лампады на прекрасной даме был плотно прилегающий чёрный костюм, собранный, словно из пластика. Это новая амуниция блестела в свете немногочисленных источников света и изливалась бликами небосвода. Каждый элемент своеобразного доспеха плотно прилегал к телу, и накрепко крепился к другому элементу, оставляя на виду лишь тонкую полоску места стыка. На поясе у этого воина висела покачивающаяся блестящая рапира и кобура с необычным пистолетом.
Но больше всего мужчину привлекло лицо девушки и его черты, которые явно веяли слабым очертанием лиц бывшей «Страны Восходящего Солнца». Наполненное жизнью лицо, короткие волосы, доходившие до плеч, с серебряными глазами, в которых словно поник свет и натужная улыбка.
Смотря на натужность радости лица Карамазов почуял неладное, его душа заныла, а паранойя усилилась, но поникнув дамы мужчина списал на волнения от грядущей битвы.
– Что это? – удивлённо вопросил бывший инквизитор и развёл руками в неожиданном удивлении.
– Я сменила свой наряд, – игриво, словно пытаясь скрыть волнение, ответила девушка. – Наш Магистр выдал мне автономной боевой костюм, «Чёрный Монарх». – И сменив голос на более глубокий, добавила. – Такое ощущение было, что мне как будто отец свадебное платье подарил.
Губы Карамазова разошлись в лёгкой улыбке, и в его грёзах промелькнул греющий сердце образ свадьбы, выдержанной в традиционном старо-имперском стиле. Достойно, чинно и благородно. Но внезапно залпы корабельной артиллерии разорвали пространство и развеяли все размышления в мыслях мужчины. Девушка буквально в два шага преодолела пространство, перепрыгнула через широкую укреплённую траншею и оказалась у плеча Карамазова, который положил ей свою, закованную в кольчугу из сверхпрочного материала, руку на талию, коснувшись холодной брони.
Внезапно рация активировалась, и полились отлично разборчивые слова, под плащом статики:
– Вы даже на войне расстаётесь, вот чума.
Внезапно его перебил иной голос:
– Морс, не забивая эфир, ради Господа.
– Хорошо, ваше пресвятейство. – Послышался ответ язвительным тоном.
Тут же из рации уже сухим и спокойным голосом вышло требование непосредственно к Карамазову:
– Господин, мастер-наставник, я смею вам напомнить, что мы в бою. И сейчас нужна сосредоточенность.
– Хорошо, брат-капитан, – согласился мужчина и отпустил талию девушки. – Можете доложить обстановку.
– Так точно. Наша батарея готова дать залп. Вражеские корабли строятся в боевые порядки, а боевые десантные амфибии готовятся к высадке сухопутных сил противника. Они заходят веером, по всему нашему побережью, как предсказывал мастер-наставник Сантьяго Морс.
Карамазов тут же обратил взгляд в бушующее море. Там, на пенистых волнах, под саваном ледяного дождя, рассекая неспокойную водную гладь плыли они. Тяжёлые, неповоротливые, с постройками, похожими на готические соборы, выкрашенные в чёрные цвета, они замедлялись и занимали удобные позиции для начала артиллерийской дуэли. Звуки грома и бури заглушили приказы корабельных командиров, что наводили уже свои пушки на островную оборону. А между тяжёлыми бортами, юркими судёнышками неслись десантные катера и амфибии, нёсшие на своём борту десятки тысяч военных и фанатиков. Они подобно щупальцам подплывали к берегам, готовясь его занять повсюду. Первый выпад машины оружия врага устремился прямо на всё побережье.
Неожиданно слова брат-капитана перебились и зазвучали слова, произносимые тяжёлым голосом, полным мудрости и военного знания:
– Говорит лорд-командир малого ордена «Инфернальное Пламя». Отдаю приказ расчёту береговой батареи «Армагеддон». Открывайте огонь по крейсерам и эсминцам противника. Именем ордена, отправьте их на дно.
Секундой позже, зарумяненные и готовые орудия береговой батарей дали свой громоподобный залп. Трёхсотмиллиметровые пушки, с рокотом, готовым расколоть земную поверхность, выплёвывали тяжёлые снаряды и пускали их в полёт. Сразу же за ними разверзлись шахты баллистических ракет, что по проектируемой траектории устремились в недолгий путь. Военные кометы, быстрой стрелой накрыли позиции вражеских кораблей, слившись в адское крещендо с залпом пушек. Жуткий хорал накрыл весь берег острова.
Флот противника отсалютовал кусками порванного и взметнувшегося в воздух металла, криком агонии и смертями. Корабли врага стали гореть, но не тонули, стоически держась на воде. Началась дуэль, ибо линкоры и эсминцы Автократорства так же дали залп, плюнув снарядами и ракетами.
Огненный шквал накрыл побережье, став превращать в стекло песок и обращать в пыль скальную породу. Карамазов и Эмилия тут же нырнули в траншею и спрятались в бункере, что бы не быть разорванными сражением двух «титанов войны».
Пока пушки и ракеты утюжили друг друга, вражеские сухопутные силы подходили всё ближе к заветному берегу, позволяя перемещать огонь всё глубже к центру острова, к Великой Цитадели.
Тут же по
