как покупатель, и сама тут все изучить.Она словно прочла мои мысли, и я должен решительно высказаться по этому поводу, иначе через полгода, она снова потащит меня на новый комикет, только на этот раз, мне придется продираться сквозь эту толпу зомби, алчущую кавая по сходной цене.— А вот я — нет! И меня с собой не тащи! — твердо ответил я, и кузина, фыркнув, демонстративно отвернулась, обидевшись, что я вижу мира через ее розовые очки.Три дня прошли относительно неплохо, мы снова увидели и Кумк с Эрири, они подходили к нашему столу, и по одному и парой. Мы обменялись несколькими вежливо-бессмысленными фразами, они даже купили у нас пару копий той странной, (и как я теперь знал имеющей романтическое очарование) порнухи про кузин, которую мы продавали, и которую я только на третьи сутки таки соизволил прочесть, поняв, наконец, чем мы торговали, и был приятно и неприятно удивлен. С одной стороны история была вроде как о других людях, с другой же — Лина без спросу показала на страницах манги себя, меня, Юлию и Саори перемешав фантазию и реальные события в какой-то извращенный вертеп!Я, кстати сидя за прилавком перечитал работу еще раз. Вчера я видел ее романтическую сторону, сейчас же отметил звенящую пошлость артов и «сюжета» в целом. При свете дня, читать такое бесстыдство в окружении тысяч незнакомцев было очень смущающим деянием. Пока я это читал, мое лицо стало красным как помидор, я был уверен, что сгорю от стыда. Кстати, Эрири дала мне еще одну свою визитку, если понадобиться помощь с расследованиями. Мне это врятли будет нужно, но мы же японцы, как я могу пройти мимо и не обменяться с кем-то визитками? Хотя обменяться я как раз и не смог, у меня нет визиток. Так что процесс был немного односторонним, но мне все равно было приятно, что у меня есть номер токийской красотки. Приятное чувство… хотя у меня уже две ее визитки. Она ведь может потом дать мне еще парочку… мне солить их, что ли? Врятли мы еще когда-нибудь встретимся, если только на поле боя, чего я искренне не хочу.И вот, наконец… третий рабочий день был окончен! Фестиваль объявил о закрытии и пригласил всех посетителей прийти на следующий год, но тут уж, пожалуй, без меня.— Я отвезу остатки на склад, а ты пока заполни форму — Лина протянула мне какую-то бумажку с надписями сделанными карандашом.— А? — не понял я.— Подойди к стойке организаторов, возьми бланк участия на следующий год и заполни, что писать есть на бумажке, впиши мой клуб.— Но, как я смогу за тебя это сделать? У меня нет твоей печати, да и подписи у нас разные— Это просто формальность, они собирают анкеты и бронируют места на следующий комикет, перед его началом со мной свяжутся и выяснят, собираюсь ли я участвовать. С тебя даже денег не возьмут, не переживай. Это просто формальность, но она важная, не хочу потом бегать за неделю до начала и пытаться получить свободное место.— … — я уже не знал, как отвертеться от работы, и не был уверен, что я хочу от нее отвертеться— Иди уже! Хватит искать оправдания!
*** К концу мероприятия, не распроданными остались примерно полторы из десяти коробок, Лина пошла на склад, чтобы убрать остатки, и позвонить знакомому владельцу манга-магазина и сбагрить часть макулатуры, я же пошел заполнять ту дурацкую брошюру, по сути мне просто надо было переписать то, что было на бумажке. Название клуба, представитель клуба, телефон, электронная почта. Это было и в самом деле пустяковое дело. Через минут пять я приблизился к пустому складу и…— Лина? — позвал я, ответа не было.Кузины нигде не было, что сразу насторожило меня. Странно. Она бы не ушла, зная, что я сейчас приду. Может в туалет убежала? Раздался звонок телефона, ее сотовый валялся на полу, что заставило меня по-настоящему занервничать. Подняв трубку, я услышал:— Привет, Казума — незнакомый женский голос не предвещал ничего хорошего. Похоже, моя паранойя и мания преследования не была просто усталостью и игрой воображения. Не зря мне чудилось все эти дни, что за мной следили. И та тень, что преследовала нас около манга-кафе…— … — я промолчал, не зная, что стоит сказать в такой ситуации, точнее я должен был сдержать те слова, которые очень подмывало произнести.— Не молчи так, ты меня пугаешь, сказала я с крутым видом — она несет какой-то бред и говорит о себе в третьем лице, значит все еще хуже, чем я думал изначально.— Чего ты хочешь?— Сразу к делу? А мне это нравиться… сказала я, с крутым видомМне захотелось послать ее подальше и раздавить телефон в руке, но я сдержался. Эта девка уже меня раздражала, но, что очевидно, Лина у нее в заложниках.— Так чего ты хочешь?— Лина у меня, ты это уже понял?— Я понял это… с крутым видом… — ляпнул я.— Не надо меня передразнивать, я ведь могу и разозлиться, и твоя подружка пострадает — посоветовала мне похитительница, но на этот раз, судя по раздраженному голосу, она была далека от крутого вида или хотя бы уравновешенного спокойствия. Похоже, и ей не доставляло удовольствия, бегать за нами эти три дня. Нотки раздражения в голосе, почти как меня, но я не должен сочувствовать явной злодейке и должен сконцентрироваться на задаче возвращения сестры.— И чего ты хочешь?— Встретимся через час, у доков, под мостом Токийского залива. Там будет старый склад, тут мы тебя и ждем.— Через три часа.— Чего?— Через три часа.— Т-ты… ты еще торговаться вздумал? Я ставлю условия!— Я первый раз в Токио, я вообще не знаю, о чем мы там говорим, что за мост, что за доки, какие заливы. Ты реально думаешь, что я за час найду, черт знает какое место у черта на куличках?На другом конце трубки послышались приглушенные вздохи, бормотание, разной степени обидности фразы и наконец, более усталый голос Четвертого инквизитора, (что это именно она, я не сомневался, других вариантов просто не было), произнес:— Я пришлю тебе координаты на телефон, у тебя два часа. И ни минутой больше — после чего повесила трубку.Я несколько раз треснул металлическую стену склада, оставив на ней заметные структурные повреждения, но сделал это скорее из необходимости как-то отреагировать на ситуацию. Во мне не было злобы, только холодная уравновешенная ярость. Хотелось пойти на
