Подруги в этом даже и не сомневались. Когда Пэм была бедной фермершей, она и то умудрялась мутить воду. А уж теперь, войдя во вкус и получив большие деньги, она в состоянии и горы своротить, и стать первым президентом-женщиной ЮАР или, во всяком случае, его белой части.
Глава 18
Итак, Пэм оставалась в своей стране, которую надеялась в скором будущем сделать вновь раем для белых ее граждан. Силой оружия это должно было произойти или путем дипломатических переговоров, бунтарку не волновало. Она была готова и к переговорам, и к войне. Ну а переговоры, подкрепленные оружием, обычно бывают куда как успешными.
– Будем надеяться, что у Пэм все получится и никто при этом не пострадает.
Но если честно, то на это у подруг было мало надежды. Пэм уже совершила в своей жизни убийство. И она была морально готова убивать и впредь. Оставлять такого человека на свободе было опасно для окружающих. И пусть сейчас вся энергия Пэм была пущена на борьбу с черными мародерами, третировавшими всю их округу, неизвестно, что произойдет потом, когда с бандитами будет покончено. За кого потом примется неустрашимая и неразборчивая в средствах Пэм?
Все три подруги были недовольны тем, как завершилась их поездка в Южную Африку. Но особенно недовольной казалась Верунчик.
– Вам-то что, потратились только на билеты. А мне каково? Потеряла и жениха, и богатый дом, и деньги!
Тот факт, что Крис был болен психически и вряд ли мог стать нормальным мужем, Верунчиком по-прежнему не учитывался.
– Даже слышать ничего не хочу от вас! – гневно заявила она подругам, которые в сотый раз объясняли ей, какой беды она избежала благодаря им. – Не пытайтесь оправдаться передо мной, не получится! Вся родня узнает, как вы мне завидовали и добились, чтобы наша с Крисом свадьба развалилась!
– Верунчик, опомнись! Ты сама просила, чтобы мы полетели с тобой в ЮАР!
– Умоляла нас об этом!
– Я же тогда не знала, какие вы обе злыдни! И зачем вы взялись за расследование убийства отца Криса?
– Потому что он и ты сама нас об этом попросили!
– Глупой я была, а вы этим воспользовались! Знаю, зачем вы это сделали!
– И зачем?
– Да вы с самого начала позавидовали моей удаче, вот и свершили все для того, чтобы мои планы порушились!
В конце концов Кира не выдержала и вспылила:
– Скажи еще, что и до сумасшедшего дома Криса тоже мы довели!
И ничуть не удивилась, услышав ответ:
– Да, в этом есть и ваша вина! Не лезли бы не в свое дело, ничего бы Крис и не узнал! Жили бы мы с ним счастливо. А если бы он впоследствии и угодил в сумасшедший дом, то было бы это уже после нашей с ним свадьбы.
– И тебе его совсем не было бы жаль?
– Нужен мне этот Крис! Мне деньги его нужны были. И я вам точно говорю, ни Петрес, ни эта гадюка Пэм в глаза бы не увидели ни цента из денег моего Криса! Все досталось бы мне одной! Уж вы мне поверьте! А из-за вас такое отличное дельце провалилось!
Верунчик до того разобиделась на подруг за то, что считала их виной, что в самолете не пожелала сесть с ними рядом. И, отсев, избегала даже смотреть в их сторону. Но подруги были этому только рады. Верунчик порядком достала их за эти дни, проведенные в Южной Африке, своим эгоизмом и вечным нытьем.
– А ведь если разобраться, то нам всем просто повезло, что мы уносим ноги из этой страны целыми и невредимыми.
– Да, нас запросто могли подстрелить или сделать чего похуже.
Жизнь в Южной Африке нынче назвать однообразной было никак нельзя. Черные охотились за белыми, а белые за черными. Обитание в таких условиях могло быть каким угодно, но только не скучным. Но подруги были рады, что улетают из этой страны. Может, когда-то она и была благословенна, но только не теперь.
Вернувшись домой, подруги с радостью приветствовали свой милый уютный домик и домочадцев – Фантика и Фатиму, которые сильно соскучились без своих хозяек. Тетя Наташа была добра к кошкам, вкусно их кормила и ласкала. Но она все же не могла заменить кошкам их любимых хозяек.
Верунчик же к подругам даже не заехала. Она всерьез на них разозлилась. Вернулась к маме в Белоруссию и распустила по всей родне слухи, до чего отвратительно повели себя с ней Кира и Леся.
Что же касается тех участников этой истории, кто остался в Южной Африке, то их судьбы сложились по-разному. Преданный Лимпо оказался в тюрьме, зато его дочку Замбию выпустили и сняли с девушки все обвинения. Крис по-прежнему находится в больнице под присмотром доктора Роберта.
Петрес взял брата, а заодно и его имущество под свою опеку и вовсю этим пользуется. Красивый дом Криса сдан в долгосрочную аренду. Свой дом Петрес продал, а сам переехал в старинный особняк, в котором еще совсем недавно жил его отец. Видимо, Петрес всерьез вознамерился вернуть своему роду былую славу и величие.
Пэм гоняет обнаглевших негров по своим полям и лугам, но борьба с ними у белых фермеров идет с переменным успехом. С обеих сторон есть жертвы. Этих жертв уже немало, а конца этой борьбе еще не видно. Но время от времени Пэм пишет Кире с Лесей отчеты.
Кажется, она так и не поняла, что подруги не собираются вставать ни на чью сторону. В том, что происходит в далекой стране Пэм, есть вина обоих народов. Они не хотят жить дружно, не хотят понять друг друга, отсюда и все их проблемы. Пока обе враждующие стороны не осознают, что лучше жить мирно, мира в этой стране ждать не приходится.
Что касается самих подруг, то они были так рады вернуться к себе домой, в свой безопасный «Чудный уголок», что целую неделю никуда не высовывали носа, приводя в порядок хозяйство, несколько запылившееся в их отсутствие. Кошки ходили рядом и не скрывали своего торжества.
«Мяу, мы же вам говорили! Не надо никуда ездить. Сидите дома!»
«Мурр, ну, теперь вы поняли, что лучше дома нету ничего на свете? Теперь вы обе образумились?»
Но обе подруги совсем не рвутся осесть в своем «Чудном уголке» и стать записными домоседками. Этот мир слишком велик и прекрасен, чтобы сидеть дома и ничего не видеть. Может быть, когда-нибудь девушки и угомонятся. Но пока что до этого им еще очень далеко.
