и Миссисипи. Шесть штатов, в соответствии с полученными хартиями, обладали неограниченными правами на Западе. После революции они потребовали их реализации. Но штаты, не имевшие таких резервных территорий, в частности Мэриленд, выразили протест. Если отдать прирост территорий на Западе на откуп нескольким привилегированным штатам, это нарушит баланс Конфедерации. В Балтиморе с самого начала предлагали сделать территорию на северо-западе страны общим достоянием и отдать ее в управление конгрессу, пока она не будет достаточно заселена, чтобы там можно было образовать новые штаты. Пока это решение не принято, Мэриленд отказывался подписывать Статьи Конфедерации. Нью-Йорк уступил в 1780 году, а в 1781-м — под влиянием Джефферсона — Виргиния и остальные заинтересованные штаты. Это было важнейшее решение. Если бы северо-западные территории не принадлежали всей стране в целом, освоение континента свелось бы к захвату целинных земель несколькими штатами, которые приобрели бы тем самым большее влияние и составили бы угрозу для остальных. Совместное же владение огромной территорией, напротив, объединяло штаты, накладывало на них коллективные обязанности и впервые облекло конгресс реальной властью. Национальный суверенитет Конфедерации стал осязаемым. Пока Мэриленд сопротивлялся, его обвиняли в эгоизме и упрямстве. На деле же этот маленький штат своим упорством содействовал образованию великой страны.
Портрет Джона Адaмса. Литография с картины Алонзо Чаппела. Начало XIX века
10. Но как раздать эти земли переселенцам? В 1784 году Джефферсон предложил следующий проект. Он разделил северо-западные территории на десять штатов, которые должны были войти в Союз, как только это позволит плотность их населения. Это должны были быть республики с всеобщим избирательным правом, все они брали на себя обязательство навечно войти в состав Соединенных Штатов, а после 1800 года отменить рабство. Джефферсон придумал для них странные названия: Сильвания, Мичигания, Метропотамия, Иллинойя и т. п. Это было время, когда американские города называли Итакой, Сиракузами, Коринфом и Спартой. Проект был отвергнут, отчасти из-за того, что против статьи о рабстве выступили штаты Юга. В 1785 году было решено начать продажу земель населению. Вся северо-западная территория была поделена на квадраты со стороной в шесть миль, а каждый квадрат — на тридцать шесть участков. Тридцать пять из них выставлялись на продажу, а тридцать шестой отдавался в собственность школам. Принцип был неплох, но для продажи земель нужно было еще, чтобы покупатели получили гарантии, что их будут защищать, охранять и управлять ими. Конгресс решился заняться организацией новых территорий только после того, как этого потребовали личные интересы могущественных персон. В марте 1786 года несколько граждан, собравшись в Бостоне, основали Компанию Огайо, которая выразила желание купить огромные территории за миллион долларов с оплатой в континентальных сертификатах. Представлять их в конгрессе и заручиться согласием на создание территориального управления они уполномочили искусного посредника, преподобного Манассию Катлера. Конгресс не потряс преподобного Манассию Катлера своим бескорыстием; желанного разрешения посреднику удалось добиться только после того, как к делу подключились видные общественные деятели, выступившие в роли брокеров. Из пяти миллионов акров, предоставленных компании, три с половиной миллиона должны были пойти на вознаграждение за оказанное политическое содействие. Это было возмутительно, но только такой ценой компания смогла в 1787 году получить свою концессию.
11. Северо-запад получал временного губернатора (которым, как будто случайно, оказался председатель конгресса генерал Сен-Клер), судей и чиновников. На будущее было решено: а) что территории с населением менее пяти тысяч человек будут управляться конгрессом; б) что территории с населением более пяти тысяч, но менее шестидесяти тысяч человек получат право на управление выборными ассамблеями, но представительства в конгрессе иметь не будут; в) что новый штат с населением более шестидесяти тысяч человек получит равенство с первоначальными штатами; г) что жителям этих территорий гарантированы свобода вероисповедания, гражданские свободы и суд присяжных. Это постановление имело принципиальное значение. Благодаря ему федеральный принцип правления одерживал на Американском континенте верх над колониальным. Любое новое поселение, входившее в Союз, после испытательного срока становилось его полноправным членом. Никогда еще государство не относилось с таким великодушием к будущим аннексированным территориям. Следует добавить, что в колониальных империях подход был совершенно иным. Новые штаты заселялись людьми той же расы, той же цивилизации, что и старые. Это было похоже скорее на прививку дичков, чем на завоевание.
Завершение военной кампании в Виргинии в 1781 году. Генерал Лафайет. Гравюра по оригиналу Жана Батиста Ле Паона. 1780-е
Фургон американских пионеров. Литография. 1859
II. Конституция
1. Революция, в результате которой колонии обрели независимость, была делом рук группы видных деятелей, образованных, с либеральными взглядами, и совершена силами радикально настроенных масс. Военачальники часто побаивались своих подчиненных. «Несмотря на обманчивые названия, вроде „Бостонского чаепития“, эта революция была именно революцией, со всеми характерными явлениями, обычно сопровождающими революцию: с насилием, демагогией, пренебрежением к приобретенным должностям, разгулом злобы и алчности». Эти революционные настроения сохранялись довольно долго, что беспокоило тех, кто был заинтересован в покое, соблюдении контрактов и восстановлении порядка: коммерсантов, финансистов, держателей векселей. Опыт показал, что конгресс, в том виде, в каком он был учрежден Статьями Конфедерации, не мог управлять нацией. Собрание может контролировать, но действовать оно может только посредством исполнительного органа; а у конгресса такого органа не было. «Вы говорите, милостивый государь, — писал Вашингтон, — чтобы я употребил свое влияние и усмирил нынешние беспорядки в Массачусетсе… Влияние — это не правительство. А нам нужно именно правительство, благодаря которому будут сохранены наши жизни, наша свобода и наше имущество». Да, нужно было централизованное правительство. Но как заставить штаты, так трепетно относящиеся к собственной независимости, согласиться на него? Несколько человек сочли это возможным и даже попытались такое правительство создать. Они были из тех, кто воевал и выиграл войну, и принадлежали к тому типу умеренных реформаторов, которые инспирируют революции, начинают их и чаще всего не доводят до конца. В Америке они попытались остановить революцию на ее первой стадии. Самое странное, что им это удалось и что именно умеренные создали в Соединенных Штатах республику и стали ею управлять.
2. Движение за Конституцию началось с местных разногласий. В 1785 году уполномоченные от Виргинии и Мэриленда встретились, чтобы обсудить несколько вопросов, связанных с навигацией на Потомаке. Они быстро обнаружили, что у Пенсильвании и Делавэра в этом деле тоже есть свой интерес, и тогда Виргиния предложила, чтобы в 1786 году все штаты направили своих делегатов в Аннаполис, где они должны будут решить, «не требуется ли для соблюдения общих интересов и гармоничных взаимоотношений единообразная торговая система». В Аннаполис приехали представители только пяти штатов, но внимательные наблюдатели увидели причину такого неучастия в подготовке другого, более грандиозного проекта. В самом деле,
