Читаем без скачивания Мужские забавы - Олег Певцов

Есть такая красивая легенда, как два одессита – Харламов и Давыдов – в самом начале ХХ века организовали в городе Милуоки фирму, назвав ее Harley-Davidson. И, узнав об этом, каждый патриотично настроенный обыватель готов был поставить мотоцикл этой марки в один ряд с советским спутником и танком Т-34. Но, к величайшему сожалению русских людей это всего лишь легенда.

Парашют раскрывается на высоте 1 000 м. Из-под ранца выдергивается специальная «медуза» – маленький парашют, который вытаскивает основной купол. Есть еще запасной парашют – на всякий пожарный случай. Бывает так, что нераскрытое полотнище раскручивает парашютиста так, что до кольца, которое отцепляет основной купол, просто невозможно дотянуться.

Представьте, что вы потеряли сознание. На такой случай нужно обязательно иметь при себе специальный приборчик, который называется «сайпрас». Примерно на высоте 300 м он измеряет скорость падения и, если нужно, автоматически отстреливает основной парашют, открывая запаску.

Метров за 100 до земли сделайте резкий разворот против ветра и со свистом разгоняйтесь, переведя вертикальную скорость на горизонтальную. Тормозите, выбирая клеванты строп управления до отказа вниз, ловя так называемую «подушку». На мгновение замрите в воздухе и соскочите на землю, чуть пробегите вперед.

Писк мировой парашютной моды – это, конечно, скай-серф. Вы парите в воздухе, скорость вашего падения очень велика. Ноги ваши закреплены на специальной монолыже. Длина доски – 1,5 м и больше, ширина – 30 см, упругие концы слегка загнуты. Руки в «лягушачьих» перчатках с перепонками расставлены в стороны, воздушный поток наполняет сквозь специальные прорези рукава, поддерживая спортсмена и как бы ведя его «под руки».

Крепления напоминают детские лыжные, «под валенки». Лыжа сидит плотно, но вся конструкция отстегивается легким движением руки: тросик отцепки, которым крепления зачекованы на пятках, выдергивается, и доску мгновенно срывает с ног. Понадобится 100–150 прыжков, прежде чем обретешь достаточно уверенности для выполнения сложных элементов.

Сначала тренируются на маленькой «дощечке», которую приходится «объезжать» как норовистую лошадь. Вы летите головой вниз, тело с бешеной скоростью вращается вокруг своей оси, доска превращается в пропеллер. Пять-шесть секунд – и перед глазами поплыли «зайчики» – верный признак того, что сознание вот-вот отключится. И приходится дергать за спасательный шнур и избавляться от «пропеллера».

Мастерство приходит с опытом. Осваиваются все новые элементы: сальто вперед, назад, арабское, с пируэтом; движение по горизонтали; «вертолетик» – вращение вниз головой с плотно прижатыми руками; вращение сидя на доске; вращение лежа на потоке. Вес доски не чувствуется, только ее аэродинамика. Малейший перекос сразу приводит к какому-то движению, вращению, перевороту. Элемент по-настоящему получается только тогда, когда ты перестаешь думать о том, как ты его делаешь. Все должно быть доведено до автоматизма.

Скорость вращения при выполнении сальто – оборот в секунду, в положении «полусидя» – до 2 оборотов, а в «вертолетике» вообще доходит до 3–4 оборотов в секунду. Ускорение ощущается всем телом.

Знаете ли вы, что гонки Формулы-1 – это очень дорогое удовольствие не только для самих спортсменов, но и для поклонников и простых наблюдателей. Билет сюда стоит от 400 евро, а в среднем болельщик, приехавший на Гран-при, тратит около 250 долларов в день. Бюджеты главных команд превышают 100 млн долларов, каждый болид стоит около 6 миллионов, а зарплата среднестатистического гонщика составляет 30 млн долларов в год.

Серфы наращивают постепенно, по 20 си. Приходится все начинать заново, приспосабливаться к новым условиям полета. Высоту определяют по альтиметру. Основной ориентир – земля, и, хотя движение может проходить сразу в трех плоскостях, как, например, при выполнении сальто с пируэтом и одновременным вращением параллельно горизонту, поверхность земли остается единственной точкой отсчета, к которой можно хоть как-то «привязаться».

Если во время выполнения сложного элемента попадешь в густое облако, то нормально выйти из этого элемента вообще не удастся. Перестаешь понимать, где что, а сила тяжести не чувствуется. Так и болтает из стороны в сторону, пока не вылетишь из облака и не поймаешь взглядом землю.

Столица мирового скай-серфа – в Америке, в штате Аризона, в небольшом городке Алой. Здесь круглый год идеальная погода, здесь собирается весь «парашютный бомонд» – американцы, французы, швейцарцы…

Рекордная скорость в мотогонках на кольцевой трассе – 403,878 км/ч – была достигнута германским гонщиком Хансом Либолдом на сверхскоростной трассе в Нардо 5 мая 1979 года, когда он на своем мотоцикле прошел дистанцию 12,62 км за 1 мин 52,67 с.

Своей небывалой популярностью скай-серф и вообще парашютный спорт обязан не только спортсменам. Кто бы смог оценить их мастерство, если бы не люди, которые умеют снимать в небе? Чемпионаты мира по скай-серфу и пять этапов кубка мира среди профессионалов транслируются во всем мире, вызывая огромной интерес публики.

Все фигуры и пируэты скай-серфа, а их около 30, подробно описаны и запротоколированы. За выполнение каждого элемента присуждаются определенные баллы. Оценок две: первая – за технику и сложность элемента, вторая – за артистизм исполнения. Итоговый результат определяется по сумме трех попыток. Судейство ведется по видеозаписи. И тут все зависит от мастерства и профессионализма видеооператора.

В летном костюме видеооператор напоминает инопланетянина. На руках и ногах – крылышки, на голове диковинный шлем, к которому крепятся видео– или кинокамера и фотоаппарат, затвор которого спускается «элегантным движением» щеки. На очках – черный прямоугольник, своеобразный экран с прицельной точкой посередине. Скайф-серф снимать очень трудно. Оператор и спортсмен должны прекрасно понимать друг друга, работать в одной связке.

Виндсерфинг – это волна и ветер. Паруса и доски стоимостью не в одну тысячу долларов называют коротко и ясно – «матчасть», а вот о каждой волне могут говорить часами. Виндсерфинг – чисто мужской вид спорта. Девушки тут не могут составить серьезной конкуренции.

Гавайский пляж Хукипа-Мекка – оазис мирового виндсерфинга. Здесь семиметровые волны (это выше мачты метра на два) – обычное дело. Виндсерфинг на больших волнах (бывают и двадцатиметровые) – сплошная импровизация. Это сложнейший танец. Серьезная волна – как огромный, мощный локомотив. Многотонная масса воды несет тебя вперед с огромной скоростью. Кататься на этом «локомотиве» очень непросто и весьма опасно. Волна ошибок не прощает. Там, где большие волны, как правило, мелко. В самой воронке волны до дна и рифа не более метра. А силища огромная! Если вода накроет с головой, то запросто может «размазать» человека по дну. Парус и доска, разумеется, вдребезги. Серфер должен слиться с волной, стать ее частью. Главная задача – продержаться как можно дольше на одной волне. На доске можно кататься по 8—10 ч в день. Однако для этого нужна соответствующая «матчасть». И не только доска с парусом. В России без гидрокостюма заниматься виндсерфингом немыслимо.

«Изобретатели» виндсерфинга – Холли Швейцер и Джим Дрейк (1968 г.). Они прикрепили к доске парус и на глазах у изумленного пляжа ринулись на столь хрупкой конструкции в прибой. Новая забава быстро покорила весь мир. В СССР виндсерфинг появился уже в середине 70-х гг.

Как разрабатывают новые доски? Не на кульманах. Все делается чисто экспериментально, методом проб и ошибок. Прежде чем доска попадает в серию, создаются «кастомные» варианты (от английского слова «кастом») – в ручном исполнении, не по матрице. Сама доска – многослойная. Оболочка на основе стеклопластиков – «сандвичевая», сердцевина – из легкого пенопласта. Парус натягивается на пятиметровую мачту, как тетива на лук. С помощью так называемой «трапеции» с характерным крюком серфер цепляется к «гику» (продольной рулевой рее, за которую также держатся руками) и нагружает его массой своего тела. Руками «держишь ветер», управляя парусом, а ноги «ведут» доску. Сочетание маневра рук и ног относительно ветра и волны – это-то и есть искусство серфера.

Кстати сказать, оснастка профессионального аквалангиста далеко не так проста и незатейлива, как кажется на первый взгляд. Обычно используются ласты без пяток, надеваемые на ботинки, для защиты ступней от неровностей пляжа и морского дна. Маска должна быть силиконовая, так как этот материал наиболее мягкий и упругий и не оставляет следов на лице, на какую бы глубину вы ни нырнули. Баллон с воздухом (не кислородом) является не аквалангом, как ошибочно принято считать, а компенсатором плавучести.

Сначала производились только длинные доски со швертом (некое подобие киля). Потом стали делать доски покороче и без шверта, только с небольшим плавником на конце. В сильный ветер такая доска одним плавником решает сразу две задачи – стабилизации движения и противодействия дрейфу. Эта доска очень быстрая и «прыгучая». Длинные доски – для начинающих. Используются только при слабом ветре. Все остальные доски – короткие.