страданиями. Урон, причинённый непосредственно силами вторжения, хотя и очень значительный, меркнул на фоне того, какой урон принесли политические последствия подобной высадки.
Как уже ранее упоминалось, зашатались самые основы фундамента лоскутной монархии британцев. Началось всё, разумеется, с ирландцев. Ирландцы устроили британцам Содом и Гоморру в Ирландии.
Воспользовавшись моментом вторжения и уходом большинства расположенных в Ирландии британских войск, отозванных для защиты Лондона, они развязали крупномасштабную партизанскую войну против британского правления.
И британцы моментально оказались в очень неловком положении, ведь у них не было сил подавить восстание в самом начале. И это неловкое положение привело к очень агрессивному и очень быстрому росту числа повстанцев.
Сначала британской экономике очень сильно повредили новости о предательстве Португалии, вызвавшие справедливые опасения, что на прежний уровень экономические связи между двумя странами уже никогда не выйдут.
Затем британской экономике очень сильно повредили новости о том, что противники Великобритании собирают объединённый флот, чтобы произвести высадку на территории Британии.
После этого британской экономике очень сильно повредили новости о том, что флот, ответственный за защиту метрополии от подобных угроз, потерпел неудачу в недопущении объединения морских сил Испании, Франции и Португалии в единый кулак.
Затем британская экономика едва ли не рухнула оземь после новостей о том, что флот Канала был противником разгромлен. Причём это вы, дорогие читатели, знаете о том, что флот не был разгромлен окончательно.
Многие рядовые британцы этого не знали. Многие действительно верили слухам о том, что флот был разгромлен и полностью потоплен. Тем более, что их слухи подтверждались крайне медленным, по мнению этих людей, возвращением флота в родные гавани.
И, естественно, многие из этих рядовых британцев были активными игроками на финансовых рынках Британии. И, разумеется, они были в полной панике, и действовали они соответственно.
Да, они поддались панике и нанесли своими действиями, основанными на иррациональных страхах, экономике Великобритании просто чудовищный урон. В общем-то, так обычно всё и происходит. Так всё, собственно, и произошло.
Уже затем выяснилось, что уже в следующем году флот будет готов к реваншу, но, к сожалению, времени у британцев не было. Уже пришли новости о полном сожжении Портсмута. Причём, разумеется, у страха глаза были очень великие.
Многие искренне верили, что французы, будто демоны, если не спалили уже дотла всё английское побережье Канала, то в скором времени это сделают, и ничего их не остановит.
Никто не знает, как в итоге бы вышло, но факт остаётся фактом — страх подобного сценария властвовал над умами многих тысяч людей. И эти люди, движимые своим страхом, оправданным или нет, буквально бежали от французов.
Разумеется, в сторону Лондона, усугубляя и без того ужасную ситуацию в столице. Эти ведь люди вовсе не боялись делиться своими страхами, и многие из них выдавали свои опасения за случившуюся реальность.
Да, они были неправы — французы ещё не успели сжечь всё английское побережье Канала, вот только жители столицы об этом не знали. Им оставалось либо верить рассказам беженцев о зверствах французов, либо искать информацию где-нибудь ещё.
И многие предпочитали верить «очевидцам». И, вновь, некоторые из этих людей играли определённую роль на финансовых рынках. И эти люди вновь совершили действия, бывшие иррациональными с нашей стороны, и принёсшие значительный вред британской экономике.
Затем пришли вести о том, что армия отрезана от прямого сообщения с Лондоном, и что французская армия её вот-вот возьмёт в кольцо окружения, принудив к крайне унизительному поражению.
Вновь, многие утверждали, что это поражение уже случилось. Многие утверждали, что французы и вовсе истребили всех защитников. Многие утверждали, что французы уже идут на Лондон, и некому их остановить. Вновь у страха глаза оказались велики.
И, я думаю, вы уже понимаете, к чему мы клоним — люди поспешили сделать то, что вновь навредило экономике Великобритании. В Лондоне был настоящий пожар преступности.
Многие, поддавшись панике, бежали со всех ног из Лондона, прихватывая с собой своё имущество. Были вспышки убийств, мародёрства, грабежей. Был настоящий бунт, чуть не смётший правительство.
В городе царила полная паника, хаос и анархия. В это же самое время, французский генерал попивал кофе за завтраком, даже и не думая ни о каком походе на Лондон.
Он уже достиг всех своих целей, понимая, что лучшей позиции для мирных переговоров, чем тогда, у французов уже не будет. И это не так трудно понять, если у вас есть доступ к нужной информации. Но его не было у обывателя.
Это вам мы даровали это знание. Обыкновенные жители Лондона и глубинки были обо всём это не в курсе. Не были в курсе и те, кто уже поспешил присягнуть на верность французскому королю.
И всё это безобразие, как вы понимаете, не очень хорошо сказалось на экономике. Экономика не любит, когда у экономических агентов исчезает уверенность в сохранности их инвестиций. Ещё больше не любит, когда у экономических агентов исчезает уверенность в сохранности хотя бы их жизней.
И эта уверенность у британцев была. Ровно до того момента, когда силы вторжения разгромили британский флот, высадились на британской земле, сожгли крупнейшее производство в стране и после этого фактически поставили правительство на колени, создав опасность окружения и разгрома британской армии.
Единственной силы на тот момент, способной навести порядок в стране, на которую могло бы опереться правительство в Лондоне, могло совершенно внезапно не стать, будь у французов ещё немного военной удачи.
И тот беспорядок, что воцарился в Лондоне из-за новостей, творился не только там. Беспорядки, вызванные недовольством правительством, возникли уже в целом ряде крупных экономических центров Великобритании.
В Ирландии, упомянем вновь, возникло крупнейшее за всю историю Великобритании восстание. Ирландия практически полностью отложилась от Великобритании.
Ситуация усугублялась ещё и тем, что все рычаги для окончательного отложения уже существовали. Каждый день промедления британского правительства стремительно уменьшал шансы британцев на восстановление британского правления в Ирландии. И уж точно это правление было невозможно теперь на прежних условиях.
И не только в Ирландии бурлило недовольство. Недовольство британским правлением бурлило в Уэльсе, бурлило в Шотландии. Да, это были лишь мелкие очаги, но всё же.
Если у вас даже в Уэльсе, где уже более двухсот лет не было крупных восстаний против британского правления, начали возникать подобные очаги, это говорит о многом.
И нужно должное — британская государственная система доказала, что она не лыком шита. Она смогла подавить восстания и в Лондоне, и в крупных городах Англии, Уэльса и Шотландии, и подавить восстание в Ирландии.
Британцы сумели удержать американцев
