Я некоторое время слушал, как Безумный описывает смерти тех, кто побывал в проклятых землях, а после невольно шагнул за едва заметную границу.
– Поздно-поздно, – закаркал вдруг смехом Безумный, – ты уже помечен Зоной. Просто послушай себя.
Слушать себя я не стал. Понимание того, что бандит говорит правду, накрыло меня беспросветностью как-то одномоментно.
– Ты про Шар не врал? – только и нашел в себе силы я спросить.
– Нееее, – покачал он головой, – зачем мне в этом врать? Я жить хочу. Пойдем? – вдруг поднялся он, снова впрягаясь в свою упряжь.
– Пойдем, – негромко буркнул я, злой сам на себя, – отсюда далеко идти?
– Идет эстонец по рельсам, вдруг ему навстречу дрезина. Кричит: «Эй, до Таллина талеко?» Тот, кто на дрезине, ему в ответ: «Нет, не талеко!» Ну тот забрался в дрезину, едут-едут, едут-едут, едут-едут. Тут пассажир не выдерживает: «Так до Таллина талеко?» «Теперь талек-коо!»
Безумный выдал это на одном дыхании, я даже слова вставить не успел. Да, если бы он пил кофе утром, я бы точно подумал, что это был явно не «Нескафе». Хотя… точно, он же вроде дрянь сожрал какую-то, перед тем как мы пошли. Вот поэтому и Безумный – понял я, обдолбается и ходит потом, удивляет всех своим поведением.
– Не смешно, – когда до меня наконец дошел смысл рассказанного, даже сплюнул я, – мудак ты.
– А ты грубый и не женственный, – отпарировал Безумный, уже таща за собой тело Велика, – а еще про однополярную любовь рассуждаешь.
Когда мы пошли почти в ту же сторону, откуда пришли, я, не сдержавшись, еще пару раз выругался.
20 июня, утро
Нилов Вадим, Новосибирская Зона Посещения
Шли долго, очень долго. Ноги у меня уже гудели, едва не подламываясь от слабости, во рту пересохло настолько, что трудно было дышать. А вот Безумный пер вперед без устали, еще и тело Велика за собой таща. Точно он сожрал что-то, без вариантов. В нем три дырки от пуль, а он все идет и идет. Хорошо хоть песни петь перестал, а то достал уже.
Урод.
Утерев заливающий глаза пот со лба, я попытался окликнуть впереди идущего спутника. Но тот, будто почувствовав, обернулся сам.
– Ближе подходи, ближе, – негромко произнес Безумный, призывно взмахнув рукой несколько раз. – Почти пришли, – ответил он на мой вопросительный взгляд, и я моментально подобрался, даже усталость отступила.
С этого момента мы двигались значительно медленнее, Безумный все чаще присматривался, еще и принюхиваясь, по-моему. С правой стороны от нас виднелся лес, и на его фоне показалась неожиданно выглядящая здесь туша экскаватора. Присмотревшись, я понял, что там карьер выкопанный. По левую руку вдаль поднималась гряда холмов, перед нами же сейчас располагалось небольшое болотце. Перейдя через заброшенную дорогу, в которой сквозь многочисленные трещины трава выбивалась, мы направились к зарослям тростника. Неподалеку, рядом с несколькими низкими и приземистыми деревцами, лежал труп. Довольно буднично лежал. Кстати, и у меня уже буднично получалось на мертвецов смотреть.
После того как мы приблизились к черной, местами затянутой ряской поверхности воды, в которой то тут, то там островки осоки виднелись, я насчитал еще четыре трупа. Рядом с одним из них, больше похожим на кучку тряпья, увидел как будто плавящийся воздух.
– Стой! – На ум мне вдруг мысль пришла неприятная.
– Что? – повернулся ко мне Безумный. Вот опять – ни следа того неадекватного состояния, взгляд серьезный, да и голос нормальный.
– Ты знаешь, как пройти к Золотому Шару, да? – полуутвердительно спросил я.
– Знаю, – кивнул Безумный. На него сейчас было страшно смотреть – бледный как смерть и почти черные синяки под глазами.
– А на порченую землю ты как зашел? Если знал, что ее там быть не должно?
Коротко выдохнув ругательство, Безумный вдруг замычал даже. Впрочем, он быстро пришел в себя.
– Вот и проверим, – помотал он головой, разворачиваясь, – все равно подыхать скоро.
Пройдя еще несколько метров, Безумный почти остановился. Теперь он шел вперед совсем маленькими шагами, тщательно прощупывая землю перед собой. Часто он обкидывал путь впереди себя гайками, обозначая действие аномалий. Каждый раз, когда воздух возмущенно взрывался, я вздрагивал и с опаской проходил мимо.
Пока шли по болоту, я заметил еще несколько тел, некоторые из которых были даже более-менее на вид. Почти целые.
– Эй… друг, – окликнул я спутника.
– А? – развернулся тот.
Ничего не говоря, я показал на труп мужика в нескольких шагах от нас. Фуфайка на нем была порвана, и сквозь прорехи виднелась синюшная кожа и пара глубоких ран.
– Что? – переводя взгляд то на меня, то на труп, спросил Безумный.
– Зачем? – спросил я, показав на тело Велика. – Зачем мы с собой его тащили, когда можно было здесь… подобрать?
– А ты рискнешь к нему подойти? – хмыкнул Безумный, кивком указав в сторону «местного» мертвеца.
Посмотрев туда же, я потянулся в карман и, достав гайку, легонько бросил ее над телом. Ничего не произошло. Я подумал-подумал и под пристальным взглядом Безумного бросил еще несколько. Снова никакого эффекта.
– И? – посмотрел я на спутника.
– И все равно я бы не рискнул, – покачал головой бандит, – он же не сам туда пришел?
Земля под ногами вскоре начала пружинить упруго, и было видно, как впадинки от ног постепенно заполняет вода.
– Не вздумай в лужи наступать только, – не оборачиваясь, посоветовал мне Безумный.
– Опасно?
– Да не, – покачал он головой, также не оборачиваясь, – больно и неприятно будет. И вены почернеют. Будешь как чудище из ужастика, с черными глазами и паутиной бугров под кожей.
Я так и не понял, шутит он или нет, но переспрашивать не стал. Еще около получаса мы шагали по болоту. Медленно-медленно. Безумный тщательно обдумывал каждый шаг, прощупывая, едва не вынюхивая дорогу впереди себя.
– Ты знаешь, – вдруг обернулся он ко мне, – она нас пускает.
– Кто пускает? – машинально переспросил я, с удивлением наблюдая, как бандит, кряхтя, закидывает на плечо тело Лехи.
– Зона. Пускает, – согнувшись под тяжестью, кивнул своим мыслям Безумный, – я уверен. Пойдем, – неожиданно дернул он подбородком и ускорил шаг.
Я замер на месте, но Безумный передвигался быстро, и пока ничего не происходило. Пробежав пару шагов, я догнал спутника и едва не вскрикнул, когда он неожиданно наступил на водную поверхность, подернутую мутной пленкой. «А, не, по мосткам идет!» – понял я неожиданно, поначалу едва в ступор не впав от зрелища Безумного, по воде шагающего.
Едва ступив на черные от времени доски, неотрывно глядя вниз, едва не отпрянул – в неподвижной глади воды явно было видно отражение луны и звезд. Тут же кинул взгляд на небо – по-прежнему солнце светит!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
