— Никто здесь не поверит, что Тайлер Стовалл это я, — усмехнулся Тай. — За любую соломинку уцепятся, чтобы этого не допустить. Ты же видела, как повела себя Мисси, как только узнала, что ты снимаешься на телевидении. Она долго не могла этому поверить. Актеры, по их мнению — не настоящие люди, — добавил он. — Они как инопланетяне — из другого теста слеплены.
— Ты провел её очень убедительно, — улыбнулась Кэмми. — Как будто заранее отрепетировал.
— Так и есть, — признался Тай. — За эти годы мне пришлось подготовиться ко всему. Кстати, — добавил он, чуть помолчав, — ты собираешься сниматься и дальше?
Вопрос этот застал Кэмми врасплох. Ведь не могла же она брякнуть: «Это зависит только от тебя!»
— Возможно, — неопределенно ответила она.
— Ты, похоже, не слишком мечтаешь о богатстве и громкой славе? — Два года съемок на телевидении — прекрасное снадобье от звездной болезни, — засмеялась Кэмми. — Хотя сниматься мне нравится, и я бы с удовольствием продолжила актерскую карьеру.
Наивная искренность Кэмми пленила Тая. Жаль, что они с ней такие разные, подумал он. Ведь его собственная актерская карьера давно уже не привлекала. Как и вообще все, связанное с кино.
За исключением, разве что, сочиненного им сценария…
Тай потупил взор, чтобы Кэмми не догадалась, о чем он думает. После той ссоры он забрал сценарий из злополучного ящика и отнес наверх. Больше года он потратил на эту работу, и теперь она была почти завершена.
— Я хочу тебе кое-что показать, — неожиданно для себя брякнул он, и жестом предложил пройти в гостиную, а оттуда — проследовать по лестнице в мансарду.
Кэмми затрепетала. После самого первого дня, когда он показал ей свой рабочий кабинет, Тай ни разу не приглашал её наверх. Он, конечно, и не запрещал ей этого, однако дал вполне недвусмысленно понять, что там находятся его частные владения. Кэмми же после взбучки, полученной от Тая за попытку порыться в его комоде, больше рисковать не собиралась.
— Между прочим, звонила моя мать, — проронил по пути Тай. — Она так до сих пор и сказала мне о твоем приезде.
В глубине души Кэмми было приятно, что Нанетта хранит их маленький секрет. Тем более что, по словам Тая, Нанетта пользовалась каждым удобным случаем, чтобы замолвить про неё несколько добрых слов.
— Наверно, тебе нужно сказать ей, что я здесь, — промолвила Кэмми.
— Да, я уже и сам об этом думал, — ответил Тай.
— Тогда что тебя удерживает?
— Сам не знаю, — честно признался он. — Возможно, просто не хочется… портить все это.
Кэмми поняла, что он имеет в виду. Она тоже была безмерно счастлива, и безмерно боялась, как бы ни случилось нечто такое, что могло нарушить эту идиллию. И тем не менее она сознавала, что этому придет конец. Часовой механизм был уже запущен, и бомба могла вот-вот взорваться. Самуэлю Стоваллу наверняка было известно, где она находится, а терпением отец Тая никогда не отличался.
— Так что ты хотел мне показать? — спросила Кэмми, когда Тай привел её в свой крохотный кабинет.
— Насколько я помню, палец ты прищемила из-за того, что хотела взглянуть на мой сценарий, — напомнил Тай, нежно целуя её руку.
— Я так ничего толком и не увидела, — с грустью сказала Кэмми. — Буквально несколько слов прочитала, а потом услышала твои шаги, запаниковала и прищемила палец.
— Бедненькая!
— Поделом мне, — с чувством сказала Кэмми.
— Не смей так говорить! — воскликнул Тай и, сдавив её в объятиях, принялся покрывать поцелуями её лицо и шею.
— Ой, ты меня задушишь, медведь противный! — вскричала Кэмми, громко хохоча. — Пусти же! А то закричу!
— Пожалуйста, — охотно согласился Тай. Взгляд его скользнул по её раскрасневшемуся лицу, затем спустился, остановившись на полукружиях груди, соблазнительно торчавших под тонким свитером. — Кричи, сколько влезет, — добавил он внезапно охрипшим голосом.
— Ты, кажется, собирался мне сценарий показать, — напомнила Кэмми, видя перемену в его настроении.
— Неужели? — игриво спросил Тай.
— Сам знаешь!
— Сценарий может и подождать. — Он нежно прикоснулся к её груди. — Что же ты не кричишь?
У Кэмми сразу закружилась голова.
— Мне расхотелось, — еле слышно прошептала она.
Тай жадно впился в её губы, одновременно легонько подталкивая её к дивану. Наткнувшись на подушки, ноги её подогнулись, и Кэмми, жалобно пискнув, упала на диван.
— Грубиян!
— Да, в лесах, как-никак, живу, — согласился Тай, плюхаясь рядом с ней. Ноги их соприкоснулись, и рука Тая тут же поползла вверх по её бедру. Кэмми машинально остановила её.
— Ты играешь с огнем, — предупредила она.
— Вот как?
— Да, многое изменилось с тех пор, как ты уехал из Лос-Анджелеса.
— Например? — спросил Тай. Он её даже не слушал, лаская языком нежную мочку уха. По коже Кэмми бежали мурашки, дыхание участилось, и тем не менее она ещё находила в себе силы продолжать шутливую перепалку, которую они с Таем так любили.
— Прежде чем трогать, нужно разрешения спрашивать, — сказала она. — Сексуальное домогательство — преступление серьезное. И уголовно наказуемое, между прочим.
— Домогательство? — Тай вскинул брови. — Сейчас мы это проверим.
— Каким образом? — полюбопытствовала Кэмми.
— Я кое-что сделаю, и мы по твоей реакции установим, приятно ли это тебе, неприятно или — безразлично.
— Что значит — кое-что? — с подозрением спросила Кэмми.
— Сейчас увидишь.
Тай чуть отодвинулся, таким образом, что только их колени соприкасались. Руки его возлежали на подушках, да и сам он раскинулся расслабленно и грациозно, как леопард. Кэмми покосилась на него, и тут же отвела взгляд. Не могла она устоять перед его обаянием и, если крохотная часть её мозга ещё готова была продолжать игру, то почти все её существо стремилось к близости с Таем. Господи, и что с ней будет, когда этому счастью настанет конец? Как она это выдержит?
— Что случилось? — спросил вдруг Тай, заметив, что по лицу её скользнуло облачко.
— Ничего, — пожала плечами Кэмми. — А что?
— Мне показалось, что ты загрустила.
— Просто у меня есть дурная привычка заглядывать в будущее, которое далеко не всегда радует.
Тай пытливо посмотрел на нее.
— Ты имеешь в виду наше будущее?
— Что-то в этом роде.
Тай притянул её к себе и, обняв за плечи, поцеловал.
— Я хочу, чтобы это продолжалось всю жизнь, — прошептал он ей на ухо.
— Я тоже, — грустно улыбнулась Кэмми. — Но ведь рано или поздно всему приходит конец. — И голос её предательски дрогнул.
Вместо ответа Тай снова поцеловал её, а потом прижал к себе с такой силой, словно боялся, что кто-то попытается отнять у него возлюбленную.
