смыслах, а один из лидеров армии Древних развлекает себя онлайновыми игрульками!
В этот момент Эрра, играя за Хольдара, как раз ворвался на захваченную врагом точку и зарядил «курипиту» в Конка, который тут же вошел в режим обороны. Но ушлый бог войны перевел зону в гарбрэйк, подхватил Завоевателя на плечо и выкинул с обрыва. А когда его начали напористо, но не шибко умело прессовать Цент и Варден, Эрра активировал ярость и раскидал обоих, как котят. А там уже и свои подоспели…
– У нас для тебя задание, парень, – протянул бог войны, не отрывая взгляда от экрана.
– Я вижу, ты весь употел, работая над этим заданием, – съязвил Карн. Он то полагал, что тут полным ходом идет подготовка к штурму Гелиополиса!
– Богам тоже нужно как-то расслабляться, – парировал Эрра, поворачиваясь к Карну. – Да и ничто человеческое нам не чуждо. Уж ты то знаешь!
– Лучше б не знал, – скривил губы Карн. – Так что за задание?
– Серьезное, – кивнул Эрра. С его лица тут же улетучилась улыбка. – Ты хорошо знаком с историей Фригии?
– Не очень, – опешил парень. – Ну, знаю, что где-то в Малой Азии была такая страна…
– Ладно, не важно, – махнул рукой бог войны. Он взял со стола тонкую кожаную папку, достал из нее белый конверт и протянул его Карну. – Ты отправляешься на переговоры.
– На переговоры с кем? – удивился парень, принимая невесомый конверт.
– С парнем, без которого нам не выиграть эту войну, – без тени улыбки изрек Эрра.
Глава 12. Салава
«Парень, без которого нам не выиграть эту войну» был коренным фригийцем и всю свою жизнь длиною почти в три тысячи лет обретался исключительно в Малой Азии. Но на данный момент он уже который десяток лет жил здесь, в столице, осев, обрусев и окончательно пустив корни на, по его мнению, самой податливой из почв. Правда фамилия его теперь заканчивалась на «ман», что в определенных кругах являлось своего рода «бонусом» или даже «знаком качества».
Бог войны пояснил, что этот таинственный союзник желает видеть Адхва-Га лично. Чтобы, так сказать, убедиться в перспективности грядущих вложений. Локи и Рокеронтис были заняты приготовлением к войне (а еще – выпивкой, проститутками и онлайн-играми), поэтому у них не было решительно никакой возможности отправиться вместе с Карном. Эрра и Тот не могли покинуть митреум ни на минуту, ибо кому-то нужно было заниматься организацией Рагнарека. Вик помогал и тоже не мог отлучиться.
Идею о том, что Карна может сопровождать Арчер, отвергли сиюминутно, ибо при таком раскладе ребята могли попросту не добраться до столицы, сбежав с поезда в погоне за йети или Пикачу. К другим богам не было достаточного доверия, что бы отправить кого-то из них вместе со Странником. Они, конечно, Древние и люто ненавидят английскую братию, но в истории этого противостояния было немало эпизодов откровенного предательства, и рисковать не хотелось.
В итоге, Карн отправился один. Тот уверил парня, что никто теперь не будет затягивать его в Лимб. Еще бы, ведь он официально приглашен на аудиенцию в Гелиополис! К тому же Иные в любом случае знают о готовящейся битве, поэтому и своих дел у них в достатке. Все это позволило богу мудрости с высокой степенью уверенности предположить, что никто не докопается до Карна во время этой поездки.
А еще Рокеронтис где-то раздобыл кольцо Нибелунгов, древний артефакт, которому одноименное украшение из одноименной саги в подметки не годится. Реальное кольцо не одаривает владельца властью, золотом или особыми силами. Зато блокирует любое внешнее воздействие, даже Тот из митреума не может пробиться через его защиту при всем желании. Но, как обычно, есть нюанс – кольцо нужно «заряжать», то есть защищает оно ограниченный период времени. Однако бог мудрости пообещал, что «на пару дней точно хватит».
Что касается Охотника, то в свете недавних событий личность эта вызвала множество споров, но адекватного ответа на вопрос о том, кто он такой и какие у него цели, в наличии не имелось. Локи, кстати, долго переживал по этому поводу. Что объяснимо, ведь его, едва ли не древнейшего из богов, чуть не убила неведомая тварь с Изнанки! На этот счет он даже некоторое время пообщался с Семарглом, обучил того паре интересных трюков и сам кое-чему научился у славянского брата. Раньше им не доводилось встречаться, хотя славянин тоже был искрой Предвечного Пламени. И пусть он был младше трикстера на много тысячелетий, его умение в обращении с огнем вызывало у скандинава искреннее уважение.
Только Карна все эти игры богов мало заботили. А «серьезное задание» Эрры даже злило. Ему нужно было обозначиться у некоего типчика, который, не будучи богом в полном смысле этого слова, каким-то макаром оказался одной из ключевых фигур в грядущей битве! Но так как в его плотном графике все равно не было ни одного дела, стоящего внимания Миссии Древних Богов, парень не стал ни с кем спорить и в очередной раз послушно сделал то, о чем его попросили.
Он сел на поезд ровно в восемнадцать ноль ноль, вошел в свое купе и обнаружил там невысокого крепко сбитого мужика средних лет. Мужик был одет в стильный темно-синий костюм, под пиджаком по широкой груди растеклась рубашка насыщенно-красного цвета. «Как у Эрры», – машинально отметил Карн. Глаза у попутчика были карие, абсолютно человеческие.
Парень поздоровался с дядькой, тот сдержанно кивнул, но в его косом взгляде явно читалось любопытство. Что ж с ним не так? Хотя да, после «пробуждения» Карн стал замечать, что люди чаще смотрят на него без видимой причины. Просто смотрят и все тут! Бог мудрости объяснил – это происходит оттого, что он осознал свою суть и теперь энергетическое тело, окружающее мясную тушку (выражение Эрры, не Тота), образно говоря, начало «сиять». И чем больше Карн «просыпается», тем ярче «сияет». Так происходит со всеми, кто прикоснулся к Истине. Многие чувствуют это, поэтому непроизвольно впиваются в «сияющего» взглядом, будто светлячки летят на огонь. Хотя сами даже не понимают, что заставляет их делать это.
Но «сияние» – палка о двух концах. Одержимые Ангелами тоже чувствуют такое, и порой берут сияющих на заметку, как потенциально опасных индивидов. Если «сияющий» слаб, то он по чистой случайности попадает под машину, на него падает кирпич или что-то в этом духе.
