После этого дядя Ян начал разрабатывать план убийств – так называемую двойную игру. С одной стороны, он выстраивал каждое место преступления так, чтобы оно не поддавалось логическому объяснению. Чем более загадочно выглядело убийство, тем больше служанки верили в действие проклятия. Именно поэтому на каждом месте преступления он создавал иллюзию запертой комнаты. С другой же стороны, дядя Ян пытался запутать следствие, оставляя всевозможные ложные улики вроде лака для ногтей, шоколадных конфет и сокрытых следов, пытаясь направить подозрения полиции на служанок.
И вот стало известно о первом убийстве. Узнав, что Лу Жэнь трагически погиб в кладовой, которая была полностью заперта, и что на месте преступления обнаружили пуповину, Лю Яньхун решила, что проклятие подействовало. Думаю, вскоре после убийства Лу Жэня дядя Ян связался со служанками: он отправил им письмо, в котором назвал себя «посланником колдуна» или что-то в этом роде, и сказал, что как «посланник» уже помог им исполнить «проклятие земли», в результате которого умер Лу Жэнь. В письме он подробно описал смерть Лу Жэня и предсказал дальнейшие планы служанок, а те, поверив в его «магическую силу», обязались следовать всем указаниям «посланника». С тех пор дядя Ян стал давать поручения служанкам через письма и получать от них информацию о положении дел в особняке. Разумеется, те, в свою очередь, полагали, что вся проделанная ими работа была необходима для действия проклятия.
Так, например, им было приказано приклеить к спине Лу Чжэнаня гробовой гвоздь. Ян Сэнь объяснил это тем, что «гвозди должны касаться тела жертвы». Он также велел служанкам подсыпать в еду снотворное, потому что «никто не должен беспокоить их во время произнесения заклинания». Затем дядя Ян приказал Лю Яньхун отдать ему дневник, а потом запретил ей вести какие-либо другие записи. Наверняка он придумал причину вроде «оставь в дневнике все свои обиды и отдай его мне». Служанки верили в проклятия, призраков и злых духов, и подобными психологическими уловками ими можно было управлять, как марионетками. В то же время это усиливало подозрения полиции на их счет. Само собой, в конце концов вся переписка была сожжена служанками по указанию дяди Яна.
Когда и Лу Чжэнань, и Лу Ханьбин были мертвы, служанки покончили с собой, и полиция сделала их главными подозреваемыми. Вчера днем, когда дядя Ян утверждал, что пошел утешать Лу Ли, он тайно пробрался в комнату прислуги и оставил там вырванную из дневника страницу с «признанием».
Когда Ань Чжэнь закончил свою длинную речь, общая картина дела об убийствах в семье Лу окончательно прояснилась.
– Чтобы поймать тебя в сети, я придумал ловушку. – Ань Чжэнь встал и подошел к Ян Сэню. – Сегодня утром я произнес речь перед всеми, заявив, что убийцами были служанки, чего ты и добивался. Однако на самом деле полиция задержала их еще вчера вечером. Под нашими с Лян Ляном уговорами они рассказали всю правду. Я попросил их разыграть небольшой спектакль – притвориться трупами, лежащими под деревом. Увидев их, ты поверил в то, что они действительно покончили с собой, испугавшись наказания за свои преступления.
Затем я попросил Лэн Сюань принести чек из канцелярского магазина. Ты засомневался, не вели ли служанки другой дневник втайне от тебя, потому что боялся упоминания так называемого «посланника колдуна», как и того, что они не сожгли вашу переписку, а это привело бы твой план к краху. Поэтому ты и прибежал в этот подвал, желая избавиться от дневника и сопутствующих улик до того, как полиция прибудет сюда.
Этот подвал Лю Яньхун и Фань Сяоцин арендовали специально для изучения различных оккультных способов убийства. Как видишь, здесь полно странного реквизита. Ты следил за служанками, поэтому знал, где находится это место.
Напоследок хочу сказать тебе, дядя Ян, что в глубине души я надеялся, что ошибся и ты не убийца. Однако реальность поистине жестока. По этой причине я предпочитаю мир манги.
Эпилог
1Длинный коридор походил на глубокий туннель. Ань Чжэнь шел по коридору, пребывая в смешанных чувствах. Тень от железных прутьев окон по правую сторону аккуратным рядом падала на серый пол, подобно лестнице, ведущей куда-то вдаль.
Поясница Ань Чжэня зажила, и теперь он мог нормально ходить. После долгого, как ему показалось, пути он наконец увидел табличку «Допросная». У двери его ждал Лян Лян с сигаретой в зубах, пуская густые клубы дыма.
– Разве ты не бросил?
– Да трудно бросить эту гадость. Но уж лучше, чем наркотики, – сказал Лян Лян, затягиваясь дымом. – Он ждет тебя внутри.
Ань Чжэнь открыл дверь в комнату для допросов – там сидел Ян Сэнь в тюремной форме, а за ним стоял полицейский.
– Дядя Ян. – Ань Чжэнь сел на стул напротив Ян Сэня.
– Все еще называешь меня дядей Яном? Теперь я просто убийца. – Ян Сэнь слегка улыбнулся. Он говорил с Ань Чжэнем впервые после ареста.
– Я так привык.
– Как приятно вернуться в старые добрые времена.
– Ты сам разрушил свою жизнь, когда начал торговать.
– Не хочу слушать твои нравоучения.
– Это не нравоучения. Это правда.
После долгого молчания Ян Сэнь снова заговорил:
– Учитель Ань, ты когда-нибудь жил в бедности? Ты хоть знаешь, каково это – копаться по мусоркам и собирать объедки? Даже если я стану лучшим редактором, даже если буду каждый день работать не покладая рук, даже если всю свою жизнь посвящу карьере, мой доход все равно будет ничтожно мал. По сравнению с этими знаменитостями, богачами и боссами я просто ничтожество.
Мне нужны деньги, много денег – и Лу Жэнь дал мне их. Показал мне, что значит сорить деньгами. Он дал мне возможность покупать все, что я только захочу. Именно он позволил мне почувствовать роскошь, о которой я даже не мечтал! Деньги – вот что действительно может решить все проблемы и развеять все печали. Порой они почти как наркотик.
Но однажды, когда я задумал еще больше разбогатеть, Лу Жэнь вдруг заявил, что хочет завязать со всем… Как так? Он затащил меня в эту яму, а потом, заработав целое состояние, решил уйти? Я требовал объяснений, но он взял и напился до беспамятства в кладовой. Спьяну он рассказал мне, что в прошлом совершил много ошибок, а теперь, когда вот-вот родится внук, хочет расплатиться за свои грехи. А еще сказал, что собирается явиться в полицию и все выложить.
Я не мог допустить этого: он уже погубил меня однажды, и я не мог позволить ему погубить меня снова! Я должен был убить его.
Учитель Ань, твой талант воистину поразителен – и я имею в виду не художественный гений, а детективные способности. Я и подумать не мог, что мое преступление раскроешь именно ты. Я восхищен точностью и связностью твоих рассуждений. В целом мыслишь ты правильно, однако есть один момент, который нужно исправить.
Ань Чжэнь вгляделся в лицо Ян Сэня:
– Какой момент?
– Ты действительно думаешь, что я убил Лу Чжэнаня и Лу Ханьбина только для того, чтобы подставить служанок? – Ян Сэнь внезапно поднял голову и безумно рассмеялся: – Не забывай, учитель Ань, я ведь твой главный поклонник. Я давно мечтал стать одним из твоих героев и убивать людей так же безрассудно, как они! После убийства Лу Жэня во мне пробудился зверь, моя дьявольская натура вырвалась на свободу – я жаждал всеобщего признания. Семейка Лу в любом случае заслуживает смерти. Все они заслуживают смерти! Так что, учитель Ань, могу ли я стать героем твоей следующей истории?
В ответ Ань Чжэнь спокойно покачал головой:
– К сожалению, нет.
2Несколько дней спустя все СМИ пестрели заголовками об убийствах в особняке Лу. Помимо самого дела, была раскрыта и темная тайна семейства, что вызвало бурю негодования по всей стране. После вмешательства полиции Лу И и Лу Ли, причастные к убийствам младенцев, были задержаны. Устные показания Ван Фэнь вошли в число доказательств обвинительного приговора. Тем временем У Мяо была признана главной виновницей в деле о детоубийстве. Когда полиция приехала в больницу за ней, старушка взобралась на подоконник и стала вопить, угрожая самоубийством, – в результате она потеряла равновесие и разбилась насмерть, упав с двадцатого этажа.
